Любовь по его правилам - Рина Ушакова

бока, а затем резко развернулась и ушла на поиски учителей, чтобы заручиться их поддержкой.

У остальных сложилось впечатление, что эта история не закончена, поэтому никто не расходился, чтобы случайно не пропустить второй акт. Все гадали, куда направилась Света и будет ли её класс участвовать в соревновании, но пока нельзя было предположить ничего конкретного.

— Мисс школы из дылды не получилось, зато титул Мисс неудачницы она отхватила, хе-хе, — с нескрываемым злорадством сказал староста.

Случись всё это минут на двадцать пораньше, и Даниэла, может быть, тоже посмеялась бы, но теперь все эти разборки между классами резко показались ей ненужными и глупыми.

— Староста, давай вернём им этот тупой проектор, — сказала Даниэла, когда вышла за ним в коридор.

От такого предложения у него чуть глаза в стратосферу не улетели.

— Чего? У тебя мозг замкнуло что ли? — спросил он.

— Но ведь они же вправду готовились, зачем портить им настроение, всё-таки Новый год скоро, — ответила она и вздохнула. — Светка, конечно, меня бесит, но её одноклассники в этом не виноваты.

— Ты меня поражаешь, Денисова! Сама же вчера уговаривала меня на это, а теперь у неё совесть, видите ли, проснулась! Раньше не могла об этом подумать?

— Да плевать мне на них, пусть подавятся своим планетарием, — процедила сквозь зубы Даниэла, скрестив руки на груди. — Всё равно мы их сделаем, пусть хоть немного порадуются перед своим неизбежным поражением.

— Ну, хочешь — возвращай, — махнул рукой староста. — Твоя идея, ты с этим и разбирайся, а мне класс готовить надо.

Он опять скрылся в кабинете, а Даниэла подошла к окну. Снег почти прекратился, и с неба падали лишь мелкие редкие снежинки, отчего воздух казался по-морозному прозрачным и свежим. На улице стремительно темнело, и от этого школьные коридоры с неярким тёплым светом, искрящимися украшениями и гирляндами выглядели особенно уютно.

Портить эту почти сказочную атмосферу показалось Даниэле неправильным, поэтому она застучала каблуками в сторону боковой лестницы. Внизу, у запасного выхода, было относительно тихо, поэтому она без проблем раскопала спрятанный проектор и пошла обратно, постоянно оглядываясь по сторонам.

Ей хотелось встретить где-нибудь по пути Феликса, хотя и непонятно, зачем. Последние дни выдались слишком уж странными, а то, что она услышала от него сегодня, оставило гнетущее впечатление, как будто он опять задумал что-то, но пока не торопился раскрывать свой план. Возможно, Даниэла ошибалась, но узнать это, не увидев Феликса, не получилось бы.

Для этого она специально выбрала самую длинную дорогу, несмотря на то что ноги от каблуков с непривычки ужасно болели. Правда, все её страдания были совершенно напрасными, потому что натыкалась она только на счастливые, но малознакомые лица. Даниэла уже мысленно сдалась, когда возле гардероба всё-таки столкнулась с Феликсом.

Передвигаться бесшумно в своих туфлях она не смогла бы при любом раскладе, но он прошёл мимо, словно её не существовало, и направился к выходу. Дверь за ним негромко хлопнула, и Даниэла в замешательстве застыла на месте, а затем торопливо процокала к окну. Судя по всему, Феликс вышел не для того, чтобы подышать свежим воздухом, его фигура в чёрном пальто всё отдалялась и отдалялась, пока не слилась с темнотой, окружавшей школу.

К этому времени на втором этаже снова поднялся переполох. Вербицкая вернулась уже с завучем и требовала остановить конкурс до выяснения всех обстоятельств, а остальные классы громко спорили с ней и осыпали угрозами. Продолжение праздника оказалось бы под угрозой срыва, если бы Даниэла не протиснулась сквозь толпу и не протянула бы Свете проектор.

— Так это ты была? — сказала Вербицкая. — Не ожидала от тебя такого.

— Чего? — моментально перешла в наступление Даниэла. — Я его вообще в женском туалете нашла на самом видном месте! И скажи спасибо, что я его притащила тебе, а не перепрятала куда-нибудь ещё, после того как вы эту идею у нашего класса украли! А надо было, наверное!

— Ладно, ладно, извини, — примирительно ответила Света. — Спасибо.

Едва ли её сговорчивость можно было объяснить отсутствием претензий к Даниэле, скорее, она не хотела, чтобы Нина Алексеевна узнала о не самом достойном поведении будущей золотой медалистки. В любом случае конфликт быстро исчерпался, и все разошлись в разные стороны, обмениваясь своими впечатлениями от этого случая.

— Даниэла, ты как всегда в гуще событий, — сказал, смеясь, Максим. — И как только это у тебя получается?

Кабинет его класса располагался рядом, поэтому он, естественно, был свидетелем этой сцены. В отличие от многих других Максим не влезал в разборки, а наблюдал за ними со стороны, развалившись на одной из парт, которые за ненадобностью вытащили в коридор.

— Не знаю, как-то само собой выходит, — ответила Даниэла и подошла к нему.

— Какая-то ты грустная сегодня.

— Настроения нет.

— Да что такое-то? Все сегодня без настроения, — посетовал Максим.

О том, кого он подразумевал под «всеми» она догадывалась, но спросить в открытую не решилась.

— Я только что видела, как Феликс ушёл, — как бы между делом сказала Даниэла, опустив глаза в пол.

— Он не любитель всех этих вечеринок, а староста технически всё ещё я, — ответил Максим. — Так что делать тут ему особо нечего.

— Ты? Значит, Аня сегодня опять не пришла?

— Не-а. Может, и вообще больше не придёт, кто её знает.

Даже после того, что Ростовцева ей наговорила в понедельник, Даниэла никак не могла выбросить её из головы. Поступила та, конечно, не лучшим образом, но было в ней что-то, что не позволяло взять и налепить на неё ярлык наглой и коварной девицы.

— Знаешь, мне кажется, что она не такая плохая, — сказала Даниэла. — Может быть, она стала такой не просто так, есть какая-то причина?

— Даже если так, то она сделала всё, чтобы мне не захотелось узнать эту причину, — ответил Максим с самым серьёзным видом.

Обстановка не располагала к обсуждению таких тем, поэтому Даниэла замолчала. Вокруг все бегали, смеялись, из динамиков в коридоре звучала новогодняя музыка, но её это только раздражало.

— Я пойду, — сказала она, натянуто улыбнувшись, — у меня дела кое-какие ещё есть.

— Увидимся, — кивнул Максим и пристально посмотрел ей вслед.

Хотелось забиться в тёмный угол, где никто бы её не нашёл и не побеспокоил, но найти такой этим вечером было очень сложно. Даниэла медленно брела по коридору, без особого интереса заглядывая внутрь кабинетов, где уже заканчивались последние приготовления.

Класс Вербицкой уже запустил проектор, отчего на стенах и потолке загорелись сотни маленьких точек. Звёзды и галактики на фоне невероятной красоты туманностей фиолетовых и малиновых оттенков смотрелись действительно впечатляюще, а спокойная