Сердце ворона - Олег Яковлев

Она присела, сжалась, напрягла все тело, как тетиву на луке. Один прыжок, один только прыжок, и она… Удар… в голове потемнело, затылок обагрился горячей кровью. Она падала, не достав Черного Демона всего лишь на локоть. Оказавшийся рядом всадник, духи не ведают как не вовремя, помешал ей. Удар по голове эфесом меча был такой силы, что она просто скользнула под копыта белоснежного коня с лунной гривой. Ее кривой нож, привязанный к запястью, повис на седельном ремне остроухого демона в золотом доспехе, петля затянулась, и конь понес ее, безвольную и бессознательную, куда-то прочь из войска.

Грышган продолжал выпускать стрелу за стрелой, и почти каждая из них находила цель. Орк был уверен, что наконец-то перестроившаяся и готовая к отражению любой атаки армия потеряет тысячи, но опрокинет и растопчет ненавистных остроухих. Однако Верховный Вождь прекрасно понимал, что, даже несмотря на вероятную победу в этом бою, он все равно потерпел сокрушительное поражение. Слишком велики будут потери, и слишком упущено время… И что для его армии сражение у стен великого восточного города, ради которого они долгими днями топтали степь, уже проиграно, не начавшись. Для орков его даже не будет.

И тогда, оставив все амбиции завоевателя, растоптав свою так и не захваченную в бою славу, оставив трофеи, которые так и не будут обретены, отринув мечты о мести проклятому чернокнижнику, Грышган прокричал, почти провыл в вечерний воздух приказ к отступлению.

– Неужели без меня ничего нельзя сделать?! – кричал Черный Лорд на своих подчиненных. – Погубить таран!

– Но, милорд, мы ничего не могли поделать. Откуда мы могли знать, что с ними будет это чудовище из дерева и кожи? – попытался оправдаться Магнус, втайне улыбаясь еще одной неудаче Черного Лорда. Он-то прекрасно знал о летающих кораблях – тем более что видел их воочию, когда пробрался за стены еще перед осадой.

– Повелитель, позволь мне войти в город, – некстати сунулся Ревелиан. – Клянусь всеми пленными душами Умбрельштада, Град Харлейва падет…

– А ты где должен быть?! – взъярился Деккер, сплетая перед собой копье праха. – Что я тебе приказал?!

– Сторожить Белую Смерть, – в ужасе отпрянул Джек-Неведомо-Кто.

– Вот и пошел вон! – Копье вонзилось в землю рядом с рыжеволосым некромантом. – Болваны! Всем отойти!

Оба Ступивших за Край поспешили оставить Черного Лорда, младшие некроманты так и вовсе бросились прочь от этой внезапной вспышки гнева, разбежались, словно крысы по норам. А Деккер лишь устало вытер выступивший на лбу ледяной пот, успокаиваясь, – как только они все убрались, эти ни на что не способные жалкие ничтожества, сразу стало легче дышать. Он уже начал понимать, что путь лича – это путь одиночества, чужое присутствие все сильней и сильней тяготило будущего Аватара Тьмы, мешало сосредоточиться, отвлекало от действительно важных мыслей. Злость тут же сменилась равнодушием – Черный Лорд уже сам удивлялся, как эти могильные черви сумели вывести его из равновесия. Ну, потеряли время и сколько-то там мертвых костяков – невелика трагедия. Пусть даже сегодня в лагере не останется ни одного жалкого зомби, какая, к Бансроту, разница? Даже если вдруг придется отступить и вернуться – у него теперь уйма времени, практически вечность. Куда теперь спешить, зачем торопиться? Он может веками идти по тропе своей мести, смертные лишены этого понимания. Эти глупцы всегда суетятся, живут, словно в последний раз…

Нужно преподать им небольшой урок сегодня. Показать, что все их нелепые попытки противостоять ему, все их пустые надежды – прах. Разбить их волю, чтобы осколки отчаяния и обреченности проросли в сердцах страхом. Это даже важнее, чем взять никому не нужный город и поубивать там всех.

Иногда в сознании возникал вопрос, откуда у него появляются подобные мысли, но лишенное глаз чудовище с иссиня-черными волосами, устроившее себе уютное логово в душе некроманта, сразу же подавляло все попытки остановиться на половине пути и обернуться.

Деккер встал на колени и начал рисовать на земле фигуру. В том, что ты – лич, есть много преимуществ, даже если ты пока еще не совсем лич. Одно из них – непревзойденный глазомер, позволяющий вырисовывать пентаграммы и другие геометрические колдовские рисунки с невероятной точностью и без каких-либо приспособлений: линеек, угольников и прочих. И сейчас Черный Лорд готовил одно из мощнейших темных заклятий, подобных которому, он был уверен, не видели еще эти земли. Он и сам не знал, откуда они появляются в его сознании, ведь, в отличие от трактатов Сиены, он не изучал их – просто в нужный момент оказывалось, что он прекрасно знает, что следует делать.

Сейчас же получился большой круг, пересеченный под острыми углами длинными лучами-линиями. В углах и центре были выведены тайные руны, означающие: «прах», «мощь», «единство» и «смерть». Один из лучей многоугольной фигуры-звезды вырывался острым наконечником за пределы круга, чего, согласно всем учениям некромантии, нельзя было ни в коем случае позволять…

За спиной Черного Лорда стоял неугомонный Сероглаз – ему почему-то было плевать на возможный гнев повелителя, ему хотелось лишний раз позлить Предателя Трона. При этом он не мог себе отказать в удовольствии от опасного, но будоражащего кровь ощущения себя, отплясывающего на острой кромке ножа. Поэтому он так и не ушел, когда велел ему Лорд-некромант.

– Милорд, вы неправильно начертили фигуру, – заикнулся было Магнус, но Деккер поднял на него такой взгляд, что у Сероглаза язык прилип к нёбу.

– Материал… – пристально осматриваясь, шептал Предатель Трона. Сейчас он походил не на некроманта, а на какого-то жуткого демона, готовящегося, как минимум, обрушить мир в Бездну. – Мне нужен материал… – Вдруг его взгляд остановился на стенах города и на штурмующих их скелетах.

Черный Лорд усмехнулся, вскинул вверх руки и прокричал в черное грозовое небо:

– Creare Speculum de Ossa et Cinis. Aperire di porta. Amo![22]

Дикий рев сотряс воздух. И защитники Дайкана, и сами некроманты с ужасом смотрели на легионы. Когорты прямо перед воротами поглотил черный смерч, раздался грохот, и, когда пыль осела, они увидели висящее в воздухе гигантское полупрозрачное костяное копье, направленное на город. Теперь действительно испуганному некроманту с алыми полосами, нарисованными через глаза, стал понятен смысл слова «материал». На этот волшебный таран пошли кости и прах пяти когорт скелетов. Вокруг копья летали призраки и души павших воинов, скрепляющие своими силами оружие Деккера. А тот так и застыл с вытянутыми над головой руками и широко открытыми глазами. И только длинные иссиня-черные волосы развевались на холодном, почти осеннем ветру.