Славянский шкаф, или Малахитовые часы - Владимировна

— Добрыня Никитич, давай бросим эту золотистую энергию, и пустим твое золото на вензеля антиквариата!

— Я понял, золото на напыление вензелей получишь в любом количестве.

— А стульев?

— Да, хоть славянских шкафов! — сказал Добрыня Никитич и отправил красную икру со сливочным маслом на белом хлебе прямо в рот, и запил все чаем с лимоном и сахаром.

— А может бросить золото и заняться малахитовым гарнитуром? — спросила Ивина, намазывая бутерброды красной икрой.

— Мне все равно, хоть Малахитовые часы выпускай под часы графа Орлова.

Ивина поела и задремала, но только для того, чтобы вспомнить, как она дошла до полетов в мистическое прошлое. Она открыла ящик стола и обнаружила в нем золотой цилиндр, утерянный месяц назад. В ящике Ивина нашла пудреницу, открыла эту черную коробочку, в ней лежала сим карта от сотового телефона, она вставила карту в сотовой телефон, нажала на цифру 19, выпила золотистой энергии и оказалась в первой половине19 века.

Ивина захватила лоб одной ладонью, высота лба равнялась ширине ладони, потом посмотрела на небо, откуда ее принесли черти из исторического путешествия. Интересно, что все командировки в историческое прошлое начинались в юности и заканчивались не старше того возраста, в котором она находилась. Ивина почувствовала под ладонью боль, действительно путешествие было не из легких, выпила пару разных таблеток, под медленные глотки черного кофе, и подумала, что прошлое ее больше не тянет, ни в каком своем проявлении. Она посмотрела на старый сотовый телефон и решила больше никогда не касаться его кнопок.

Ясное небо проглядывало сквозь темные, снеговые облака, так и она, словно приоткрыла кусочки истории, весьма популярные среди людей. А дальше, что? На работе никто не заметил ее исторического отсутствия, зато она заметила отсутствие одной пары, как ей сказали, они уехали в совместное путешествие на недельку. Нормально. А она была так далеко, и сказать об этом некому, не поймут, особенно подруги, это все уже пройдено. Ивина удивленно посмотрела на сотрудников, на себя в зеркало, и почувствовала, что она несколько моложе своего возраста, в котором с ними работала до путешествия.

Жизнь продолжалась, не особенно бурно, зато естественно. Ивина еще раз посмотрела в зеркало и увидела, что еще помолодела на десять лет, непонятно, но факт. С не слетали года, сказывалась какая-то остаточная деформация от полетов в историческое прошлое. Ее брюки вдруг стали свободные, свитер широкий, пиджак вообще казался с чужого плеча. Ноги в сапогах остались в естественных условиях. На Ивину никто не смотрел, все были заняты своими делами, а она сидела худая и молодая в широкой одежде и смотрела то в компьютер, то в зеркало. Неожиданно к ней подошел голубоглазый блондин, ну очень молодой и так увлеченно с ней стал говорить по работе, что она несколько опешила. Он говорил с ней, как с ровесницей! Ивина поморгала ресницами, не зная, как поступить с его предложением встретится после работы.

Она попросила тайм аут, ей надо было переодеться в нечто подобающее случаю. Его звали Красс. Непонятно, почему ему дали такое дивное имя при голубоглазой внешности? Дома Ивину встретила моложавая мать, еще вполне интересная женщина! Ивина была молодой девушкой, что отражалось во всех зеркалах квартиры. Она стала соображать какой это год ее жизни, чтобы не ошибиться в поступках и словах, обращенных к матери.

Пройдя по квартире, она поняла, что живет в этой квартире с матерью вдвоем, судя по всему, институт она еще не окончила и недавно стала работать. Ивина пошла в ванну, в зеркале посмотрела на свое подтянутое, молодое тело. Она вся была молодая! В ванне она полежала от души, потому что в далеком прошлом было трудно с горячей водой и моющими средствами, уж очень они были неудобные для употребления.

Ивина отмокала в пене, налила шампунь на волосы, которые были достаточны длинные и даже не окрашенные, взяла мочалку из морских водорослей и смыла с себя историческую грязь. Она на самом деле вернулась в свое время с некоторой ошибкой во времени, она вернулась в то время, когда Самсон еще был жив. Ивина напрягла память, но память не пускала в ее родное, уже однажды прожитое будущее. Все, что она помнила и знала, соответствовало возрасту и не больше.

Она подвела итог: ей лет девятнадцать, у нее есть мать и ее ждет голубоглазый Красс. Она укуталась в большое махровое полотенце с цветочками и вышла из ванны.

— Ивина, когда ты научишься брать с собой халат? Неприлично так ходить по квартире!

— Мама, а ты отвернись, мои вещи на месте?

— А, где им еще быть? Тебя ждут.

— Вещи ждут?

— Нет, тебя ждет некий Красс.

— Правда, что ли? Ой, — взвизгнула Ивина, с удивлением обнаружив стоящего в дверях Красса…

Она еще раз очнулась от своего крика, в руках у нее был пустой золотой цилиндр из-под золотистой энергии, в голове стоял дурман, захотелось выпить таблетки от головной боли.

Вместо Красса в дверях стоял Добрыня Никитич:

— Ивина, я рад, что ты очнулась, очень долго ты спала, я рядом с тобой медсестру посадил. Я боялся, что бездна тебя не выпустит.

Ивина смотрела на Добрыни Никитича, с трудом понимая, кто он:

— Ты Самсон?

— Нет, я его отчим.

— А почему у тебя в руках золотой слиток?

— Я тебя хотел обрадовать, принес показать первый золотой слиток, из найденной тобой золотой жилы.

— Но я видела такой слиток у Самсона! А ты кто?

— Ивина, очнись!

— Правда?

— Тебе еще надо поспать, ты, похоже, рано проснулась.

— А, я, что спала?

— Нет, по траве бегала!

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем я бегала по траве?

— Искала золотой слиток.

— Золотой слиток в полиэтиленовом пакете нес Самсон.

— Какой полиэтиленовый пакет выдержит вес золотого слитка!?

— Пакет порвался, я дала ему сумку, и сумка порвалась. Он нес золотой слиток деда.

— Почему я этого не знал?

— Ты был на Малахите.

— А мне нельзя было сообщить о слитке? Я тоже наследник отца! Так он жадный!

В голове помутилось, и Ивина потеряла сознание, ей снился Самсон.

Ивина проснулась и позвонила Лизавете:

— Лизавета, как дела?

— А, нормально, так это тебе Самсон купил магазин на тот золотой слиток?

— А ты не знала?! Лизавета, я тебе отдам золотистую энергию для импульсов сексуальных желаний, или просто мистическую энергию для антикварной мебели, ведущую в бездну малахитовых часов.

2003–2010