Славянский шкаф, или Малахитовые часы - Владимировна

Пары уровня Ивины находились под таким контролем, что в него лучше не вникать. Ивину это не волновало, а Паша стал привыкать к жизни рядом с великой женщиной. Великолепный витой дом стал райским уголком для Ивины и Паши. Все ее любимые предметы отдыха находились в пределах ее владений, теперь не было у нее необходимости из-за тренажерного зала или бассейна ехать в клуб. У Ивины все было, а рядом с Пашей ей было — хорошо.

Но все проходит и особенно райская жизнь. Они стали скучать. Ему захотелось уйти в общество молодых студенток, но, погуляв среди молодых девушек, благоразумный Паша вернулся к Ивине. И вот, когда он к ней вернулся, она поняла, почему она чувствовала себя старой! Да потому что она влезла в жизнь человека из другого поколения! Добрыня Никитич был старше ее вдвое, и она вошла в его мир, в его поколение и стала такой, как он по возрасту и мироощущению, а потом она искала золотистое чудо, чтобы вернуться на круги своя.

Глава 15

Ивина давно поняла, что в золоте, есть нечто от мистики бездны, которая была в шкафу с малахитовыми часами. И тут ее осенило: что если тот шкаф принадлежал химику, который тоже изобретал золотистую или иную энергию? А, что если она сама правнучка того химика? Ведь она получила нечто похожее спустя века! А не этим ли занималась она, занимаясь поисками мистических предметов прошлого?

Свои сомнения она выложила Добрыне Никитичу, а он засмеялся:

— Ивина, ты из меня уже делала правнука графа Орлова.

— А, что если эту золотистую энергию запустить в новый шкаф?

— Ты в своем амплуа.

— Забыл сказать, Инесса Евгеньевна хотела от тебя получить пару цилиндров золотистой энергии, для повышения мистичности антикварной мебели.

— Понятно. Это можно. Твое золото — моя золотистая энергия импульсов сексуальных желаний.

— Понял, твоя ночь любви — мое золото.

Ивина и Добрыня Никитич, употребив для сексуальной силы по цилиндру золотистой энергии, уснули крепким сном, видимо произошла пере дозировка, а дозу еще никто и еще не выработал.

Добрыня Никитич проснулся от странных видений, и, не выдержав их наплыва в своем мозгу, разбудил Ивину:

— Ивина, помнишь, ты говорила, что я правнук Добрыни Орлова? Ты ошиблась, моя дорогая! Я правнук Алексея Орлова!

— Добрыня Никитич, очнись, я это все придумала, глядя на медную бирку в малахитовых часах, и рассказала твоему сыну Самсону!

— Ты не выдумала, а у тебя было виденье! Но ты не знала, что у Добрыни был брат Алексей! Признайся, не знала? И ты не знала, что Самсон не мой сын?

— Я и сейчас не знаю про Алексея Орлова. А про Самсона ты сейчас выдумал?

— Так вот, мне снился сон, что мой пращур родился в каземате от княжны Таракановой. А Самсон сын Тины, но ней мой. Неужели бы я спал с женой своего сына? За кого ты меня принимаешь?

— Ну, ты загнул!

— Не перебивай меня, женщина, а то сон забуду! Значит, дело было так, настоящую царицу подсиживала княжна Тараканова, и царица предложила Алексею Орлову избавить ее от конкурентки! Алексей в то время плавал на корабле, я ясно помню мачты корабля, и для выполнения приказа царицы, предложил княжне Таракановой обвенчаться! Они обвенчались на корабле, венчание было ложным, но любовь между ними была настоящей! Граф Алексей Орлов покинул корабль, в это время на корабль ворвались люди царицы и арестовали ее, заточив в крепость. Княжна Тараканова до своей гибели успела родить сына от графа Алексея Орлова. Поняла?!

— Круто, и ты знаешь вполне правдоподобно, но мне стало страшно.

— Почему?

— Мне сейчас снились рысаки, лошади, много лошадей…

— И правильно! Ивина, видимо мы с тобой попали во сне в один период времени! Лошади! Ты знаешь, что именно Алексей Орлов является тем человеком, из-за которого были выведены орловские рысаки!

— У меня слов нет! Я боюсь теперь употреблять эту золотистую энергию!

— Ладно, об этом позже, а теперь вспомни, что нас было два брата: я и Тор! А меня опять тянет к тебе! Я не пойму, в чем твоя сила?

— Я — человек обычный, простого происхождения.

— А давай выпьем еще по цилиндру золотистой энергии, и твоих предков увидим!

— Я боюсь пить эту золотистую энергию! Но у меня есть идея, мы можем сделать в цилиндре маленькое отверстие и клапан, и помещать его в антикварную мебель, а те, кто купит ее мебель, будут видеть временные сны!

— Деловая ты женщина, Ивина! А вот тебе и вторая разгадка! Знаешь, почему я занимался обустройством Малахита? Это у меня от второго брата, Добрыни Орлова! Он от царицы получил землю, на которой построил дворцы, разбил парк, построил уникальные сооружения, собрал коллекции картин и мебели! Вот и я построил город в забытых местах и сделал его цивилизованным!

— Так, так, так! А как же золотая жила?

— Ее нашел мой отец, ты же сама знаешь! Он эти Малахитовые горы до меня присмотрел, и все сам хотел, чтобы здесь был город заложен!

— К Петру 1 не примазывайся!

— Я и не собираюсь, но город есть — Малахит!

Ивина поставила цилиндры на стол, они были открыты, а она открыла окна, чтобы вернуться полностью в свое время, и на свое место, с прямоугольными зданиями и мебелью…

Ивина поняла главное, что золотистая энергия цилиндра дает возможность во сне прожить жизнь в прошлых временах, но все эти путешествия забирают психологическую энергию. После полета во времена братьев Орловых она ослабла психически. Ивина спокойно взяла успокаивающие таблетки и выпила двойную дозу, потом посмотрела на Самсона, он опять спал. Она стала за него волноваться, его надо было вытаскивать из прошлого, но как? Этого она не знала. Знала бы она, что эта за энергия! Хорошо, что она ей больше не нужна. Ивина поняла, что, и химическая лаборатория у нее забирала какие-то энергетические силы.

Но как вернуть в настоящее время Добрыни Никитича? Она взяла свой сотовый телефон, поднесла его ко рту спящего мужчины и нажала на цифру 21. Через 21 минуту он стал оживать. Добрыня Никитич очнулся, он опять летал во сне к княжне Таракановой, и это забрало у него кучу психологической энергии. Ивина дала ему три успокаивающих таблетки, он выпил их, не задавая вопросов. Она принесла из холодильника красную икру и стала делать бутерброды рядом с постелью, боясь оставить Добрыни Никитича одного.

— Добрыня Никитич, давай бросим эту золотистую энергию, и пустим твое золото на вензеля антиквариата!

— Я понял, золото на напыление вензелей получишь в любом количестве.

— А стульев?

— Да, хоть славянских шкафов! — сказал Добрыня Никитич и отправил красную икру со сливочным маслом на белом хлебе прямо в рот, и запил все чаем с лимоном и сахаром.