Мертвый ключ - Пулли Д. М.

— Черта с два покончено! Семья Халлоранов все еще владеет большей частью акций Первого кливлендского банка. Оплачено кровью!

Айрис поняла, что должна действовать. Другой возможности может уже не представиться. На четвереньках она кое-как выбралась из кабинки и осторожно двинулась в сторону служебного входа.

— Ваши акции перекупили, — равнодушно отозвался мистер Уилер.

— Что значит перекупили? Кто?

— Когда хранилище было дискредитировано, правлению пришлось реализовать опцион, воспользоваться кредитом для сохранения активов. Механизм тебе известен.

— О чем это ты толкуешь, черт возьми?

Тем временем Айрис практически добралась до служебного входа, но вдруг его дверь отворилась. Девушка немедленно укрылась в крайней кабинке и успела заметить, как на пороге возникла пара черных ортопедических ботинок.

— Наши активы вложены весьма специфически, если ты понимаешь, о чем я, — сухо рассмеялся мистер Уилер. — Из-за слежки федералов за золотым рынком да нашей приверженности конфиденциальности уважаемых клиентов мы не могли просто взять и взломать депозитные ячейки. По меньшей мере, на протяжении десяти лет. Нам пришлось избавиться от металла, Рэнди. К счастью, мы нашли вкладчика со стратегией долгосрочных вложений, пришедшейся нам весьма кстати.

— Привет, Рэнди, — раздался голос с сильным итальянским акцентом.

— Кармайкл. Ты-то какого хрена здесь делаешь?

— На сегодня я владею этим местом. Я и семья годами инвестировали в старый банк. Как мы могли отказаться? Никаких налогов. Никаких вопросов. И мы получаем золото за бесценок.

Айрис украдкой выглянула. Новым лицом на сцене оказался бармен «Паба Эллы», который относился к ней так по-дружески. В руке он держал огромный револьвер, направленный на Рэнди.

— Что? — Рэнди нервно рассмеялся. Он выпустил револьвер и с поднятыми руками сделал шаг назад. — Кармайкл, да я понятия не имел…

— Знаешь, я ведь еще много лет назад говорил Джиму, что с тобой нужно разобраться, но он почему-то считал, что ты можешь оказаться полезным. Ну и кто из нас оказался прав, а? — Старик рассмеялся, словно добродушный дядюшка. — Ах, я ведь помню тебя еще упитанным подростком, как ты плелся за папочкой на гольф-поле. Тогда, по крайней мере, у тебя имелись хоть какие-то манеры. Даже мозгов, думаю, было побольше.

— Кармайкл, я… я и не думал проявлять непочтительность.

— Непочтительность? О нет. Конечно же, нет.

— На самом деле все не так, — затараторил Рэнди. — Это все та девка. Она украла ключи. И привела сюда копа.

— Какая досада, — отозвался Кармайкл и выстрелил Рэнди в грудь. Стены сотряс громовой раскат.

Айрис отпрянула в будку и в ужасе зажала руками рот.

Рэнди повалился на пол.

— На самом деле, Рэнди, отважный детектив остановил тебя во время ограбления, но, к сожалению, ты успел произвести фатальный выстрел. — Мистер Уилер вещал на весь зал, словно выступал на заседании правления.

Захлебывающийся собственной кровью Рэнди отозвался бульканьем.

Раздались шаги приближающегося мистера Уилера.

— Кливленд наконец-то получит назад некоторые из неэффективно использованных средств, которые семья Халлоранов утаивала все эти годы. А детектив Макдоннелл получит Почетную медаль Конгресса за неустанную работу по выявлению истины. Он станет героем, как и наш уважаемый окружной администратор, Джим Стоун, что весьма кстати для его предвыборной кампании. Как видишь, Рэнди, в итоге все обернется к лучшему.

Рэнди наконец испустил дух. Айрис сжалась в дрожащий комок и, кажется, даже дышать не могла. Казалось, стенки кабинки надвинулись на нее. Мягкая поступь дорогих туфель звучала все ближе, пока не остановилась прямо за ее дверью.

— Ты разберешься с этим? — спросил мистер Уилер Кармайкла.

— Все в порядке. Бруно уже в пути. Приберемся здесь и обставим как надо. Дай нам пятнадцать минут до копов.

Айрис отчаянно зажимала себе рот, чтобы не разрыдаться. Милый старичок прикончит ее следующей.

— Оставь парочку миллионов на тележке. С остальным разберемся позже. Что думаешь с ней делать? — Мистер Уилер стукнул по деревянной перегородке прямо у девушки над головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Она громко всхлипнула.

— Крови и без того уже слишком много, — отозвался Кармайкл. — Нам ведь ни к чему порочить подвиг детектива Макдоннелла, верно? От этого лишь появятся лишние вопросы. Она просто исчезнет, хорошо? Я позабочусь об этом.

— Позаботься, чтобы работа была закончена. Она не так тупа, как кажется, — изрек мистер Уилер и удалился из зала.

Не прошло и минуты, как за ним захлопнулась дверь, и кассовый зал огласил топот тяжелых ботинок двух человек, появившихся из служебного входа. Айрис зажмурилась и забилась в угол. Они явились за ней.

— Бруно, здесь нужно прибраться. Тащи нашего воришку вниз в хранилище, чтобы наш детектив смог его пристрелить, — начал отдавать распоряжения Кармайкл. — Рамон, ты взял, что я просил?

— Сумку, да, только я не понимаю, что мне с ней делать, — послышался хриплый голос.

— Что хочешь. — Последовали хлопки по спине. — Считай это платой за двадцать лет службы, что был здесь моими глазами и ушами.

— Я оставался здесь не ради тебя, — возразил Рамон.

— Знаю. Ты оставался здесь ради моей Макси. Это и для нее тоже. Для всех девушек, что свалили этих гребаных банкиров. И для Айрис. Не найди она труп, ублюдки, как пить дать, продали бы здание своим дружкам из округа и надинамили нас с долгом. Она вывела их на чистую воду, а уж я-то всегда плачу по счетам.

Что-то с тихим звяканьем ударилось о пол.

— Я подумаю, как поступить, — ответил Рамон.

— Вам обоим придется исчезнуть. Навсегда. Больше предупреждений не последует. Хотя не сомневаюсь, что вы поймете и с первого раза. Передавай Айрис мои извинения, но я же предостерегал ее, чтобы она не тревожила призраков.

Две минуты спустя Рамон вывел ошалевшую Айрис через погрузочный док на тротуар.

— Двинулись. Не поднимай голову, Айрис.

На протяжении нескольких кварталов девушка послушно таращилась на асфальт. С каждой трещиной на тротуаре в голове у нее всплывали сцены последних двух часов: мертвые глаза детектива Макдоннелла, красные свечи, золотые слитки, ключи, молитвы, драгоценности, разбитая фотография, свидетельство о рождении, звук падения тела Рэнди на пол.

На плече Рамона болталась тяжелая сумка Айрис. Тогда, в хранилище, она под дулом револьвера наполнила ее наличными и драгоценностями, украденными из депозитных ячеек. Теперь это вознаграждение от Кармайкла им обоим. Плата за молчание.

Рамон остановился на Проспект-авеню переждать красный. Айрис оглянулась через плечо. В четырех кварталах позади на фоне неба маячил темный силуэт заброшенного здания Первого кливлендского банка. И вдруг она увидела в окне девушку, смотрящую ей вслед. Айрис готова была поклясться, что это не обман зрения.

— Беатрис, — прошептала она.

— Идем. — Рамон потянул ее дальше.

Когда Айрис обернулась снова, девушка исчезла.

ГЛАВА 28

Четверг, 14 декабря 1978 года

Беатрис прижалась лбом к окну и окинула взглядом Евклид-авеню. Улица внизу казалась бы совсем вымершей, если б не тусклый свет натриевых фонарей, едва-едва озарявший темную приемную отдела кадров. Когда девушка оказалась здесь в прошлый раз, ей пришлось скрываться в архиве, пока Билл развлекался с Сюзанной. Беатрис неохотно обошла достопамятный стол секретарши и уселась, поставив тяжелую сумку на колени.

Она достала из нее фотографию малышки и снова принялась ее рассматривать. Оставить снимок в хранилище оказалось выше ее сил. От голубых глаз, глядящих на нее с карточки, у девушки опять защемило сердце. На оборотной стороне было накорябано «Беатрис». В сумерках она кое-как разобрала под именем стишок:

Баю-бай, засыпай И не плачь, моя малютка. По утру к тебе придут Расчудесные лошадки.