Три легенды - Михаил Кликин

– Проверь!

Она прощупала карманы. Череп собаки был на месте. Все остальное, кажется, тоже.

– Все здесь.

– Возьми, – Вастис протянул ей полушубок.

– Не надо.

– Бери, говорю! Иначе никуда не пойдешь! Надевай! – он помог ей засунуть руки в рукава, застегнул костяные пуговицы. – Сейчас сумку принесу, возьми. Там еды немного, спички. На первое время хватит.

– Зачем ты это делаешь? – спросила ведьма. – Кто я тебе?

Он слегка улыбнулся.

– Ты моя ровесница. Немного нас осталось.

– И только поэтому ты мне помогаешь?

– Да разве это помощь?.. – он отступил на шаг, окинул ведьму взглядом, удовлетворенно хмыкнул: – Ну, собралась? Пойдем, обоз, наверное, подходит уже… Ты погоди на улице, а я сейчас. Только сумку прихвачу…

Ведьма вышла из дома.

На улице было неестественно тихо. Сыпал снег из низких туч. Белые, словно бы светящиеся хлопья медленно кружили во тьме, плыли в воздухе, мягко оседали на землю.

– Хорошо! – сказал Вастис, выйдя на крыльцо. Он было протянул ведьме небольшую холщовую торбу, но передумал отдавать, закинул себе за плечо:

– Подержу пока.

– Где они? – спросила ведьма и тут же сама услышала – из-за домов, откуда-то из-за околицы, донеслись негромкие звуки: всхрапывание лошадей, фырканье, хруст снега, негромкий людской говор.

– Идут, – сказал старик.

– Откуда?

– Они сперва в соседнюю деревню заехали, там двое тоже собирались на базар, забрали их с собой. Большим обозом идти всегда сподручней. А вот теперь возвращаются.

– Возьмут ли? – засомневалась вдруг ведьма.

– Возьмут! – успокоил ее Вастис. – Я с ними говорил.

Снежная пелена словно бы расступилась, и на дороге появилась впряженная в сани лошадь. Она фыркнула, почуяв незнакомых людей, прянула ушами.

– Кто? Ты что ли, Вастис? – крикнул закутанный в тулуп возница.

– Я! Попутчицу возьмите!

– Вон к Апату пускай прыгает. У него там уже кто-то едет, все им нескучно вдвоем будет.

– Где он?

– Последним идет.

– А ты-то кто?

– Не узнал что ли? Расмит я.

– А! Давно тебя не видел! Извиняй!

– Да ничего. Будешь в наших краях, заходи в гости.

– Зайду.

Сани проехали мимо. Возница приветливо махнул рукой ведьме, она улыбнулась в ответ.

Медленно, скрипя, позванивая сбруей, похрустывая настом, тянулся обоз. Восемь упряжек насчитала ведьма, каждую Вастис приветствовал веселым окриком…

– Где там Апат?

– За мной идет.

– Апат!

– Чего?

– Бери попутчицу!

– Пускай залезает!

– Ну, прощай, старая, – повернулся к ведьме Вастис. – Мало ты у меня погостила.

– Здоровья тебе, старик, – в тон ему ответила ведьма.

– Куда ты теперь?

– Домой, – ответила она. И ей стало радостно, что она может сказать это слово. – Домой, – повторила она.

– Это хорошо, – он протянул сумку: – Бери. Прыгай в сани.

– Спасибо, – сказала ведьма. – За все спасибо.

– Чего уж там…

Она приняла сумку, забросила за спину. Несколько мгновений стояла в нерешительности, не зная, что еще сказать старику, как отблагодарить его…

– Ты, вроде, торопилась, – напомнил Вастис. – Уедут, не догонишь.

– Да, да… – она лихорадочно стала расстегивать подаренный полушубок. Распахнув полы, сунула руку в карман, вынула небольшой округлый предмет, протянула на ладони:

– Возьми. Это каменная слеза. Она приносит удачу.

– Спасибо, – старик принял подарок, сжал в кулаке. Сказал удивленно:

– Горячая!

– Значит, все правильно, – удовлетворенно пробормотала ведьма и побежала догонять ушедший вперед обоз.

– Удачи! – крикнул ей вслед старик.

Она с трудом догнала сани, встала на полоз, уцепилась руками за какую-то доску, развернулась, крикнула, поборов одышку:

– Счастливо оставаться!

Она улыбалась, на душе было светло и радостно, но почему-то ей хотелось плакать…

Вился снег. Вастиса уже не было видно, но ведьма знала, что он стоит возле своего дома и смотрит ей вслед.

– Залезай, – бодро сказали из саней. – Меня зовут Апат. А тебя?

– Налури, – сказала ведьма. Она неловко переваливаясь через низкий плетеный бортик – мешала одежда и сумка за спиной – и упала на груду пахучей соломы. Кто-то зашевелился под боком.

– Устраивайся, Налури, – сказал Апат. Ведьма видела только его спину. – Дорога впереди длинная… Поговорить любишь?

– Да… наверное… – ответила она.

– Вот и ладно. Не так скучно будет… Знакомься – рядом с тобой Паурм. Он тоже попутчик, как и ты.

– Здоровья тебе, Паурм, – сказала ведьма.

– Здравствуй, – буркнул человек, наполовину зарывшийся в солому.

– Он не очень-то разговорчивый, – весело заметил Апат. – Но, быть может, ты расшевелишь его… Ты ведь много ходила по миру?

– Да.

– Паурм ищет одного человека… – Возница обернулся к своим пассажирам. – Эй, Паурм, расскажи ей свою историю! Кто знает, может она поможет тебе.

Паурм завозился, приподнялся на локте. Ведьма увидела его лицо. Бледной полосой на небритой щеке выделялся уродливый шрам.

– Чего тут рассказывать? – пробурчал Паурм.

– Его отца и мать убил какой-то человек, – поделился Апат. – Вот он теперь везде его ищет…

Сани шли мягко и почти бесшумно. Только натужно скрипел снег под полозьми, и тихо звякали удила. Изредка впереди раздавались голоса – мужики перекликались, подшучивали друг над другом, а затем опять умолкали надолго, должно быть забывались дремотой. Дорога здесь была одна – лошади отлично ее знали и привычно тащили за собой сани, никуда особо не торопясь, не нуждаясь в окриках ямщиков.

Снег все сыпал.

– Ты действительно много где побывала? – спросил Паурм.

– Да.

– Я ищу одного человека, но имени его не знаю. Помню лицо: широкие скулы, расплющенный нос, изъеденные язвами губы. Но самое главное – шрам. Жуткий рубец от уха до уха, – Паурм провел рукой по шее, показывая, как выглядит этот шрам. – Не видела такого?

– Нет, не помню.

– Жаль.

– Он убил твоих родителей?

– Да. Мать и отца. И едва не убил меня.

– Ты хочешь отомстить, – сказала ведьма.

– А ты догадлива, – усмехнулся Паурм.

Ведьма задумалась. Сказала негромко:

– Совсем недавно я тоже преследовала убийцу. Хотела отомстить… Я нашла его, и вдруг оказалось, что ничего не могу с ним сделать. Он уже мертв. И он совсем не тот человек, за которым я гналась всю жизнь…

– Как это? – заинтересованно спросил Апат. Паурм молчал.

– Я догоняла чудовище. А нашла обычного человека, который однажды сделал большую ошибку и всю оставшуюся жизнь мучался от этого.

– И что?

– Ничего… Я вдруг поняла, что сама стала убийцей, пока шла за ним.

– Ты? – Апат хохотнул.