Вирус «Reamde» - Нил Стивенсон

Неподалеку послышались шаги.

– Помогите! – крикнул Чонгор.

Шаги остановились.

– Эй! – позвал Чонгор.

– Сюда, пожалуйста, – отозвался голос из темноты.

– Сейчас. – Чонгор бросил шокер в сумку, застегнул молнию и пополз на голос, волоча сумку за собой.

– В аэропорт! – заорал мистер Джонс, и тут же на его лице отразилось что-то вроде раскаяния. Зула догадалась, что он понял, насколько не владеет собой. – В аэропорт, – повторил он спокойнее и отчетливее.

Поскольку его правая рука была скована наручником с левой рукой Зулы, сесть им пришлось так, что она оказалась на правом сиденье, а он – на левом. Шофер, вывернувшись на сто восемьдесят градусов, в парализованном ужасе смотрел на мистера Джонса.

– В аэропорт, – третий раз повторил Джонс тоном еле сдерживаемой ярости и слегка тряхнул пистолетом в левой руке.

Шофер наконец повернул голову к рулю и включил передачу. Такси проехало дюйма три и затормозило, чтобы не задавить шатающегося, запорошенного белой пылью погорельца. Но по крайней мере оно двигалось; водителю было о чем подумать, кроме как о странной парочке на заднем сиденье. Через несколько секунд оно проехало еще чуть-чуть. Дальше дело пошло лучше, как будто толпа, уступив метр, не могла отказать такси в следующих десяти, а там и ста.

Соколов с профессиональным восхищением наблюдал, как такси медленно растворяется в толпе. Он, прекрасно обученный и опытный профессионал, действующий на свое усмотрение, может некоторое время выждать и выйти из здания, когда сочтет нужным, и тем не менее оценивал свои шансы выкарабкаться как практически нулевые. А этот черный моджахед, только что переживший внезапный рейд, скованный с упирающейся заложницей, на прицеле у Соколова, спасся, ухватившись за первую же возможность. Конечно, ему помогла сумятица, вызванная взрывом и обрушением дома, но все равно он молодец. По опыту Афгана и Чечни Соколов узнал в движениях чернокожего боевика то культурное или поведенческое преимущество, которым располагают в критических ситуациях эти люди: они полнейшие фаталисты и верят, что Бог на их стороне. Русский человек – фаталист несколько иного рода: он убежден или по крайней мере сильно подозревает, что ему при любом раскладе капец, и решает, что двум смертям не бывать, а одной не миновать, но не видит за происходящим ни Божьего промысла, ни надежды на шахидский рай.

Так что вниз по лестнице Соколова гнала не глупая надежда на спасение, а злость от мысли, что фанатик-исламист сделал практически невозможное. Неужели он хуже?

Чонгор узнал в своем спасителе одного из китайских хакеров – Ману, как они его окрестили. Ману вывел Чонгора через заднюю дверь в улочку и оттуда к перекрестку. Здесь было уже практически безопасно, так что Ману позволил себе обернуться и с любопытством взглянуть на Чонгора.

– Спасибо, – сказал Чонгор.

– Я Марлон, – ответил Ману.

– Я Чонгор.

Они с неловкой официальностью пожали друг другу руки.

– Что произошло? – спросил Марлон.

Чонгор, не вполне уверенный, что им удастся поговорить по-английски, пожал плечами: мол, без понятия.

Неподалеку кто-то давил на клаксон. Сперва это была просто череда длинных гудков, которая перешла в серию быстрых и завершилась бодрой музыкальной фразой «тада-тада-дам, там-там». Вокруг было много отвлекающих факторов, но наконец Чонгор заметил метрах в десяти микроавтобус. Из-под открытой водительской двери выглядывали синие сапоги. Юйся высунула голову в выбитое окно, проверяя, услышал ли ее Чонгор.

– Подбросить? – спросил он Марлона, указывая на микроавтобус жестом шофера, приглашающего кинозвезду в лимузин.

Марлон пожал плечами и улыбнулся.

– О’кей.

Когда они подошли ближе, Юйся выбежала из-за двери, нагнулась перед капотом и ухватила руками ржавый покореженный штырь. Он торчал из здоровенного куска бетона, не дававшего машине ехать, и в одиночку Юйся бы с ним не справилась. Марлон и Чонгор помогли оттащить препятствие в сторону, потом сели на задние сиденья, Юйся – на водительское место. Она включила передачу, и микроавтобус загрохотал по обломкам, которые хоть и заставляли его подпрыгивать, не мешали колесам крутиться. Марлон с Чонгором потратили некоторое время, чтобы вытолкнуть бетонную перемычку в боковую дверь. Она не запиралась, поскольку весь корпус машины перекосило из-за удара, так что Чонгор просто закрыл ее как сумел. Марлон лег на продавленное сиденье, уперся ногами в крышу и надавил изо всех сил, выпрямляя вмятый металл. Дыра при этом несколько уменьшилась, а пространство внутри микроавтобуса несколько увеличилось. На большее ему сил не хватило, так что они с Чонгором принялись вместе молотить ногами в потолок, чтобы еще чуточку его выправить. Это давало хоть какое-то занятие и отвлекало от Юйсиной манеры вождения, которая – наблюдай они за ней чуть внимательнее – могла бы напугать больше всего виденного за сегодняшний день.

– Куда мы едем? – наконец догадался спросить Чонгор.

– Туда же, куда такси, – ответила Юйся, указывая подбородком на точку в потоке людей и машин.

– Зачем?

– Там моя подружка, – ответила она. Потом обернулась и в упор глянула на Чонгора. – Моя подружка и твоя.

– Если бы! – вырвалось у него раньше, чем он успел прикусить язык.

– Так тебе не интересно, куда она едет?

Соколов добрался до первого этажа, отсоединил от автомата магазин, сделал контрольный спуск и бросил «калаш» через перила. Потом свернул в коридор, добежал до вестибюля, перешел на быстрый шаг, распахнул двустворчатую внутреннюю дверь и толкнул плечом внешнюю.

Первое, что он увидел, был отъезжающий микроавтобус. Из машины, словно навоз из лошади, на ходу вывалился кусок бетона.

Гадать, как китайская девушка сумела завести двигатель, не было смысла. Соколов быстро огляделся и отступил в подъезд, чтобы обдумать свое положение. Под лесами укрылось много людей, но все смотрели через улицу на рушащееся здание, и Соколова никто не видел. Тем не менее лучше без надобности не отсвечивать.

Впрочем, кое-что он приметить успел. Справа.

Соколов ногой толкнул левую створку двери. Стекло в ней хоть и треснуло, но еще держалось в раме. Поначалу он видел только свое отражение, однако по мере того как дверь открывалась шире, оно смещалось. Наконец, открыв дверь примерно на сорок пять градусов, он смог увидеть отражение фасада справа и убедиться в том, что заметил секунду назад: на углу здания под лесами укрылся носильщик. Соколов практически читал его мысли. Старик чуть не попал под обвал, а теперь, когда опасность миновала и к дому напротив, ревя сиренами, мчали полицейские и пожарные машины, учуял возможность подзаработать. Определенно отсюда будут вывозить массу всякого барахла.