Том Марволо Гонт - Михаил Француз

торговца. И сумма там крутилась даже больше моих ожиданий: около двух миллионов.

Это было приятно. Очень льстило моему самолюбию. Наконец, спустя полчаса, хозяин магазина оторвал свой взгляд от камня и поднял его на меня.

– Потрясающая вещь, Мсье Гонт, – признался он, понимая, что врать мне будет бесполезно, так как давно и твердо успел усвоить, что я разбираюсь в теме. – Что вы планируете с ней сделать?

– Продать, – тяжело вздохнул я. – Понимаете, “красивая жизнь” и молодая жена… всё это требует денег. И требует постоянно. Вот и приходится чем-то жертвовать, как-то крутиться…

– И какую сумму вы рассчитываете за неё выручить? – осторожно уточнил он.

– Примерно миллион триста тысяч, если в долларах. Всё же камень огранен самим Кридом, а это сами понимаете…

– Кридом? – удивился мужчина.

– Вы разве не слышали о Криде? – сильнее него “удивился” я. – Это Швейцарский ювелир, потомок династии ювелиров иммигрировавших еще из Царской России. Он берется только за огранку самых лучших и дорогих камней. Тут даже его клеймо на самом камне есть.

– Клеймо? – удивился хозяин магазина, ничего подобного не заметивший. Да и не слышавший о таком никогда раньше. Что было естественно. Идею микромаркировки камней я нагло своровал из своего времени. Точнее из времени Васи-сенсея. Там эта процедура становилась обязательной и проводилась под контролем государства. Здесь же еще ничего подобного не было. Вот я и решил сделать это своей фишкой.

– У вас микроскоп есть?

– Найдется, – кивнул мужчина и отошёл к стоящему в углу комнаты шкафу. Открыл его и достал хороший дорогой микроскоп, какие иногда использовались в ювелирном деле.

– Вот здесь, на самой нижней грани “лицевой стороны” камня, – показал я на подвеску. Мужчина сноровисто поместил нужный участок камня под объектив и припал глазом к окуляру.

– Невероятно! – воскликнул он. – Как ему это удалось?!!

– Никто не знает, как именно он добивается такого результата. Это его секрет, – со значением заявил я и тоже посмотрел в освободившийся окуляр: хотелось ещё разок полюбоваться своей работой. Под микроскопом в центре грани красовалась надпись состоящая из четырех слов, выведенных красивым “рукописным” шрифтом на Кириллице по-русски: “Виктор Крид Слеза пламени”. Подпись располагалась ровно над названием камня, но буквы в названии были немного крупнее. Такая вот фишка.

– Потрясающе! – продолжал делиться эмоциями Дени.

– Так как насчет продажи? – решил я вернуть разговор в конструктивное русло.

– Я готов выкупить у вас эту вещь, Мсье Гонт, – решительно заявил он. – Но откуда она? Не висит ли на ней какой “истории”?

– Не могу сказать, Месье Дени, – развел руками я. – Поэтому и миллион триста, а не два миллиона, которые эта вещица реально стоит. Вы же не станете этого отрицать?

– Не стану, – тяжело вздохнул тот.

– И по той же причине расчет наличными, Месье Дени.

– Но у меня нет такого количества наличных! – воскликнул хозяин магазина в отчаянии.

– Я могу зайти за деньгами позже, – равнодушно пожал плечами я. – Как только вы их приготовите.

– Зайти? – удивился формулировке он.

– Конечно, подвеска останется у вас, а деньги я заберу на днях, как только вы их приготовите. Мы ведь доверяем друг другу, верно? – заглянул я ему в глаза самым добрым и дружелюбным своим взглядом. Тот почему-то вздрогнул и поёжился. А я ведь совершенно не собирался его пугать. Какая в этом нужда, если я и так свободно “пасусь” у него в голове, вкладывая мысль о недопустимости нечестной игры со мной?

– Конечно доверяем! Разве может быть иначе? – поспешил возмутиться он.

– Итак, договорились? – уточнил я.

– Договорились, – тряхнул головой и протянул мне руку для пожатия хозяин магазина.

– Миллион триста тысяч долларов. За деньгами зайду послезавтра. Успеете приготовить?

– Успею, – что-то прикинул в уме он и пожал протянутую руку.

– Вот и славно, – улыбнулся я. – Подвеску оставляю вам, – после этих слов Дени аккуратно убрал кулон обратно в коробку, затем закрыл его в сейфе. И мы вышли из кабинета, начав спускаться вниз, когда меня настигло ЭТО.

Ощущение близости сильного Бессмертного. Заподозрив неладное, я ускорил шаг и, вывернув из-за угла лестницы, увидел ЕГО. Мавр в дорогом черном костюме, черном плаще, шляпе и с белым шарфом на шее… и зеленой гранатой-шашкой в правой руке. Из которой уже выдернута чека. Ксавье Сенклод!! Дзен! Не время же ещё! Он же в Париже начать куролесить должен был только в девяностых. Откуда он здесь? Или я просто канон недостаточно хорошо знаю?

Мысли шли фоном. Тело отреагировало практически само, не успел я толком осознать, кого именно вижу перед собой, а верный Ка-бар, брошенный уверенной рукой уже воткнулся щеголю в горло до самой гарды, перерезав сонную артерию и ещё кучу всяких жизненно важных сосудов.

Сам же я со всей доступной мне скоростью летел к ещё живому, ещё стоящему на ногах телу Сенклода. Успеть! Перехватить! Не дать сработать шашке! И успел, перехватил кисть с зажатой в ней газовой гранатой левой рукой, а правой выдернул Ка-бар из горла Ксавье и им же отрубил кисть, держащую гранату, от остальной руки.

Я замер. Тело рухнуло на пол, заливая ковёр кровью из ран. Продавщица завизжала, Дени, выбежавший вслед за мной, побледнел, позеленел и зажал рот рукой, судорожно пытаясь справиться с желудком.

– Чего визжишь! Вызывай скорее полицию, дура! – грубо прикрикнул на девушку за витриной я. – Дени! Быстрее липкую ленту, скотч, веревку, проволоку – что-нибудь! Я долго не удержу гранату!

– Сейчас-сейчас! – засуетились, вышедшие из ступора люди.

Лили потихоньку спрятала обратно волшебную палочку и вывела ребенка на улицу. Я же взял от двери стул охранника, продолжавшего держать меня на мушке своего револьвера, поставил этот стул рядом с телом Сенклода и уселся на него. Меня самого слегка потряхивало: запоздало пришло понимание, что задержись я ещё хоть на пару секунд, и Лили с Гарри были бы уже мертвы… если бы Лили не успела отреагировать и начать колдовать. А она вроде бы даже палочку умудрилась вытащить. У неё же как-никак боевой опыт прошедшей магической войны за плечами. Чай не девочка-институтка.

Но всё равно: надо же ещё разобраться, понять, что именно кастовать, от чего защищаться. А время шло на секунды