Том Марволо Гонт - Михаил Француз

из Рода Гонтов, – торжественно, как и принято в этом “закрытом клубе”, членом которого умудрился стать, назвался я священнику. – Дункан рассказал мне об этом месте.

– Ты друг Маклауда? – улыбка его сразу стала ярче и приветливей. Видно, даже такой интересный персонаж не ждет от собратьев ничего хорошего, автоматически готовясь к неприятностям при встрече с незнакомым Бессмертным. Пусть даже он на Священной Земле и пришёл вместе с женщиной и ребенком.

– Мне нравится таковым себя считать. И ему вроде бы тоже, – ответно улыбнулся я.

– Проходите-проходите, – приглашающе повел он рукой, указывая на двери храма.

– Боязно что-то, святой отец, – искренне поделился с ним опасениями. – Как бы Молния Божьего Гнева не покарала прямо на входе за все те черные дела, что я совершил.

– Ты это серьёзно, Том? – удивился Дарий. – Мне казалось, что все Бессмертные жуткие материалисты. И уж точно не верят в сверхъестественные силы. Часто пользуются этой верой в других, но чтобы сами…

– Трудно оставаться материалистом, когда видел душу собственными глазами, – вздохнул я и решительно переступил порог храма вместе со своей семьёй. – Эта юная Леди – моя жена, Лили Гонт и её сын – Гарри, – не забыл представить священнику своих спутников я. Молния в темечко меня не стукнула, не смотря на все опасения, так что я позволил себе немного расслабиться.

– Очень рад знакомству, сударыня, – поклонился священник ей и даже поцеловал руку.

– Лили, это Дарий. Бессмертный, которому почти две тысячи лет. На данный момент он один из старейших Бессмертных в мире, – представил Дария своей жене я. Лили круглыми от удивления глазами воззрилась сначала на меня, потом на него.

– Старше Хогвартса и Основателей?! – воскликнула она.

– Хогвартс? – не понял Дарий. – Никогда не слышал. Это где-то в Шотландии, судя по названию?

– Примерно, – уклончиво ответил я. – Это закрытая частная школа, в которой мы с Лили в разное время учились. Её история насчитывает около тысячи лет. Основали её четыре легендарных в наших краях человека: Салазар Слизерин, Ровена Рейвенкло, Годрик Гриффиндор и Хельга Хаффлпаф. Не доводилось слышать о них?

– Годрик и Салазар? Кажется, что-то такое помню. Это бриттские полководцы из смертных. Про них ходили устойчивые слухи, такие же, как в своё время о Мерлине. Кажется, даже, что их считали его учениками… Как раз около тысячи лет назад. В девятом веке. Не скажу точно, я к тому времени уже осел на Священной Земле и имел мало источников достоверных сведений, – попытался вспомнить Дарий. – Так они основали в Шотландии школу? Вот никогда бы не подумал. И что, хорошая школа?

– Специфичная, – хмыкнул я. – Гуманитарные науки… с уклоном в мистику и философию.

– Занятно, – улыбнулся Дарий.

– А такая фамили – Фламель, тебе случайно не знакома? – пришла мне в голову шальная мысль. Чем Дзен не шутит, мало ли?

– Николас? – обрадовался Дарий. – Вы знакомы?

– Нет. Только слышал о нем. А ты его знаешь? – насторожился я.

– Конечно, – улыбнулся священник. – Николас и Пернелла – одна из самых счастливых пар Бессмертных. Вот уже больше пятисот лет вместе и умудряются друг другу не надоесть. Николас каким-то образом так хорошо спрятать свой дом, что ни один Бессмертный не в состоянии его до сих пор найти, хоть и известно, что он стоит не на Священной Земле. Вот уже пять веков он совершенно не участвует в Игре. Сам не охотится, но и его поймать никто не может. Правда, иногда заглядывает ко мне на партию-другую в шахматы.

– Николас Фламель – Бессмертный?!! – вытаращилась на нас Лили. – Да вы должно быть шутите надо мной?! Любому первокурснику известно, что Фламель живет уже больше шестиста лет только за счет полученного им Философского Камня и Эликсира Жизни! – Я рассмеялся. Нет, не над реакцией жены, а над очередным сработавшим блефом Великого Светлого Манипулятора. Пустышка! Он подложил в “мышеловку”, настроенную на Волдеморта пустышку, Камень, которого никогда не было! И Великий Тёмный Неудачник опять купился! Как и на Пророчество до этого! Вот же гениальная Старая Сволочь! Ему, получается, даже с самим Фламелем связываться не требовалось, ведь никто не просил у того подтвержедения! Никто не спрашивал Фламеля, действительно ли тот дал Дамблдору свой драгоценный Камушек! Потрясающе! – Ты чего заливаешься-то? – насупилась Лили.

– Извини, я не над тобой, – сказал я, утирая выступившую от смеха слезу. – Я смеялся над тем, как ловко Николас всех обвел вокруг пальца с этим Камнем. Заставил всех поверить, что тот действительно существует, но никому и в голову не пришло, что он и так, безо всякого камня был Бессмертным! Да еще и женат на Бессмертной женщине! Блестяще! Просто и гениально!

– Поделитесь? – спросил Дарий, с улыбкой переводящий взгляд с меня на неё и обратно. – Что за Камень такой? И что за первокурсники знают о том, что Николас жив?

– Это, к сожалению, очень длинная история, Дарий, – вздохнул я, прикидывая, пора уже Обливейт применять или всё ещё можно выкрутиться? – Я ведь говорил уже, что у Хогвартса сильный уклон в мистику? Так вот Фламель – одна из легенд, которые изучаются в этой школе. Самого его никто не видел, но как и с любой легендой – все абсолютно точно “знают”, что он жив и жив за счет Философского Камня, который даёт ему Эликсир Жизни, а заодно превращает свинец в золото. Это всего лишь легенда, Дарий. Нет повода беспокоиться. Раскрытием Тайне существования Бессмертных она не угрожает.

– Это хорошо, Том, – серьёзно кивнул священник. – Не представляешь, как туго нам приходилось во времена инквизиции, когда эта тайна выплыла наружу. Нас отлавливали, на нас доносили. Нас сжигали на кострах, как колдунов и ведьм… Многие, не выдержав такой боли, сходили с ума и кидались мстить. Распространяли заразные болезни в городах, резали инквизиторов, учиняли зверства в селах… Страшное было время.

– Вот, значит как, – задумался я, прикидывая, что Статут Секретности спас и Бессмертных. Но как же Наблюдатели? Они ведь тоже должны были утерять знания. Если только… Фламель? И ещё кто-то из Магов-Бессмертных, о ком я не знаю. Не может быть, чтобы они стояли за спиной Наблюдателей?

Хотя, почему нет? Это очень даже