Ленин. - Политический портрет. - В 2-х книгах. -Кн. 2. - Дмитрий Волкогонов

Попав на партийный Олимп, каждый „обессмертил" себя деяниями. Но по ленинской традиции нужно было после смерти лидера его и увековечить. Так было до перестрой­ки. Например, после смерти Брежнева Политбюро в ноябре 1982 года долго ухищрялось, как бы запечатлеть „великого ленинца" для истории посолиднее. Хотели переименовать го­род Запорожье в город Брежнев, но Андропов проявил бди­тельность: „Город связан с Запорожской сечью, с казацкими волнениями и т.д. Может быть, нам лучше назвать городом Брежнев Набережные Челны?.." Хотели назвать космодром именем генсека, но опять Андропов оказался всех умнее: раз­ве стоит это имя связывать с ракетами? Лучше „назвать име­нем Леонида Ильича Звездный городок в Щелковском райо­не Московской области". Тихонов предложил присвоить имя генсека Нурекской ГРЭС, шахте „Распадская" Кемеровской области. Но шеф КГБ Андропов вновь в своей бдительности на высоте:

— На шахте „Распадская" недавно была большая авария, погибло много людей-

Тихонов согласился с доводами и тут же взял реванш, предложив присвоить имя незабвенного Леонида Ильича ле­доколу „Арктика". Отвели Новолипецкий завод, но ухвати­лись за Оскольский металлургический. Решили назвать це­лую кучу площадей в городах, да чуть не упустили город Киев. Устинов почему-то посчитал, что „можно присвоить имя Брежнева морскому пассажирскому судну, а речному — пока воздержаться". Андропов почувствовал, что фантазия иссякла, и предложил „присвоить имя Брежнева еще ряду предприятий. Но это несколько позднее". На том и пореши­ли.

Вот так руководило нами мудрое Политбюро во главе с ленинскими последователями.

Очередным наследником ленинского дела стал Юрий Владимирович Андропов. Думаю, что Андропов лучше всех послесталинских генсеков понимал, что Система находится в перманентном кризисе, и мучительно искал пути ее выздо­ровления. Но… только на „рельсах" ленинизма. Не в при­мер предшественнику, этот человек незаурядного ума, лич­ной скромности самую значительную по содержанию часть своей жизни отдал незабвенному чекистскому делу, где оста­вил весьма заметные следы. Лишь четыре гада карьеры были им отданы дипломатической работе в 1953—1957 годах в Будапеште. Почти все оставшееся время Андропов, верный ленинским заветам, боролся с политическими диверсиями, диссидентами, подрывной деятельностью империализма. Был в этом очень последователен. Что греха таить, информа­ция об этой деятельности, распространяемая среди населе­ния СССР, как правило, принималась за чистую монету, на­пример, в отношении Солженицына. Автор настоящей книги кается — был также дезинформирован в отношении велико­го русского писателя. Все советские люди могли знать о "делах" писателя лишь то, что допускали Политбюро и КГБ. То было полнейшей дезинформацией.

А Андропов был тверд. На заседании Политбюро ЦК КПСС, состоявшемся 7 января 1974 года, все были единодуш­ны в выборе мер в отношении А.И.Солженицына. Но наибо­лее настойчив — Ю.В.Андропов. Вот фрагменты из его вы­ступления, выдержанного в ленинском духе (помните, когда по инициативе вождя выдворяли за рубеж русскую интелли­генцию).

„Брежнев: Надо учитывать то, что Солженицын даже не поехал за границу за получением Нобелевской премии.

Андропов: Когда ему предложили поехать за границу за получением Нобелевской премии, то он поставил вопрос о гарантиях возвращения его в Советский Союз. Я, товарищи, с 1965 года ставлю вопрос о Солженицыне. Сейчас он в своей враждебной деятельности поднялся на новый этап. Он пыта­ется создать внутри Советского Союза организацию, скола­чивает ее из бывших заключенных. Он выступает против Ленина, против Октябрьской революции, против социалисти­ческого строя… У нас в стране находятся десятки тысяч вла­совцев, оуновцев и других враждебных элементов. В общем, сотни и тысячи людей, среди которых Солженицын будет находить поддержку…

Я считаю, что мы должны провести Солженицына через суд и применить к нему советские законы… Допустим, что у нас существует враждебное подполье и что КГБ проглядел это. Но Солженицын действует открыто, действует нахаль­ным образом… Поэтому надо предпринять все меры, о кото­рых я писал в ЦК, то есть выдворить его из страны…" Все члены Политбюро поддержали заданный Брежневым и Анд­роповым тон.

Ленинский призыв о высылке интеллигенции за рубеж: „Очистим Россию надолго!" — все еще не был выполнен…

Юрий Владимирович любил порассуждать о демократии, как это он сделал в своем докладе, посвященном 106-й го­довщине со дня рождения В.И.Ленина, 22 апреля 1976 года. Отдав должное диктатуре пролетариата, из которой выросло общенародное государство, подчеркнув, что „нет демократии вообще", а есть лишь „демократия либо буржуазная, либо социалистическая", докладчик пришел к важному выводу. Суть его такова, что „огромные успехи и в развитии социали­стической демократии… давно поставили социализм намного впереди самых демократических буржуазных государств".

Думаю, что читатели могут сами оценить прозорливость и бесспорность этого вывода одного из наиболее ортодок­сальных руководителей Советского Союза.

Я считаю, что из всех названных выше руководителей партии, возглавлявших ВКП(б) — КПСС, Ю.В.Андропова можно назвать одним из наиболее близких Ленину по духу вождей. Он обладал сильным мышлением, был неплохим зна­током литературы, на досуге даже писал стихи. Дух борьбы, постоянный поиск врагов, особая классовая одномерность, любовь к тайнам и секретам, личное бескорыстие, неординар­ные ходы делают Андропова наиболее „чистым" ленинцем. Приведу один неизвестный эпизод.

Андропов часто писал своим руководителям (пока сам не стал генсеком) конфиденциальные личные записки, часто весьма оригинального свойства. Вот одна из них, адресован­ная Л.И.Брежневу.

В ней он пишет, что американцы искусственно привлека­ют внимание всего мира к Ближнему Востоку, Садату, Асаду, Израилю и т.д. Мол, в Вашингтоне без конца интригуют мир и нас с вами какими-то готовящимися шагами и действиями, которые нужно расценить как попытку взять нас на измор и отвлечь от собственных дел. В этой ситуации, пишет Андро­пов, „Вы лично не можете поступать иначе, как, оставляя в стороне все срочные дела, до утра заниматься решением этих вопросов… Я лично расцениваю это как своего рода дивер­сию, рассчитанную на то, чтобы искусственным путем дер­жать нас только вокруг арабо-израильского конфликта, со­здавая перенапряжение для всех и особенно для Вас лично.

Ведь при таком положении Вы вынуждены откладывать многие другие вопросы, не менее важные, чем ближневосточ­ный, например, подготовка Вашего визита в Индию…".

Будущий генсек во всем видит происки врага, диверсии, подвохи. Чисто ленинское мышление Возможно, Андропов знал, как Ленин писал Чичерину „архисекретно" о том, что публично нужно поддерживать Генуэзскую конференцию, а исподволь вести дело к ее срыву . За дымовой завесой пу­бличных благообразных действий вести свою большевист­скую линию. Заокеанский противник, по мысли Андропова, так и действовал, расшатывая, между прочим, драгоценное здоровье генсека. Таких глубокомысленных записок много, часто они на 15-20 страницах. Председатель Комитета госу­дарственной безопасности явно наставлял, незаметно управ­лял поведением и намерениями бесхитростного Брежнева. Пятнадцать лет Ю.В.Андропов был руководителём КГБ и пятнадцать месяцев лидером КПСС.

Став Генеральным секретарем ЦК партии 12 ноября 1982 года, немногим более чем на год, Андропов сделал по­пытку изменить положение вещей в партии и стране Он более, чем кто-либо из руководства, знал, что государство и общество пребывают в глубокой стагнации. Прирост основ­ных показателей стал нулевым. Экономика еще держалась „на плаву" за счет проедания десятков миллиардов долларов, получаемых за нефть, газ, другое сырье. Афганистан (Андро­пов был одним из главным лиц, настоявших на вводе туда советских войск) оказался типичной военно-политической ловушкой. Партийное и государственное руководство, осо­бенно в республиках, погрязло в коррупции. Атмосфера не­верия господствовала в умах миллионов людей. Граждане страны, желая узнать истину, припадали, таясь, к приемни­кам, чтобы сквозь треск глушилок узнать правду из западных источников о событиях в своей стране и за рубежом.

Ленинская система давно прошла свой апогей, подстеги­ваемая террором, страхом, нашествиями. Не лучше положе­ние было и в социалистическом содружестве. Ленинское пророчество о том, что „все нации придут к социализму, это неизбежно…", уже не будоражило умы. Если это „социа­лизм", то почему он не выдерживает соревнования с миром капитала ни по одному пункту? (За исключением ракет.) Изобилия добились лишь в трех областях: ленинских трудах, памятниках вождю да ядерных арсеналах…