Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор. - Джон Фуллер

Наконец, это сражение доказало, что принятое Эйзенхауэром вопреки предупреждению Монтгомери решение о действиях на «широком фронте» было ошибочным. Если бы северный наступающий фронт протянулся только до Майнца и если бы участок южнее Майнца был лишь линией наблюдения, а 7–я армия США и основная масса 1–й французской армии находились бы в общем резерве в окрестностях Седана, то не было бы никакого арденнского сражения. Не было бы также никакого заслуживающего внимания прорыва немцев южнее Майнца. Положение дел, как оно сложилось в декабре 1944 г., хотя и не причинило значительного ущерба армии союзников, но шесть недель, весьма важных в политическом отношении, было потеряно даром. Величину ошибки, допущенной Эйзенхауэром при распределении сил, можно оценить, если предположить, что все это произошло в мае 1940 г. Тогда бы его армии, несомненно, постигла такая же участь, как и армии Гамелена. Сказать, что в обстановке, сложившейся в мае 1940 г., Эйзенхауэр создал бы какую—то другую группировку сил, не оправдание, потому что принципы ведения войны нельзя нарушать ни при какой обстановке.

Странно, что в обстановке, которая создалась в результате вторжения во Францию на русско—польском фронте, с середины августа 1944 г. до середины января 1945 г. не произошло ничего важного. Если эта продолжительная пауза произошла вследствие трудностей снабжения, то почему на дунайском фронте дело обстояло иначе. Наступление на этом фронте продолжалось, несмотря на то, что коммуникации там были длиннее. Каковы бы ни были причины — политические или связанные с работой тыла, — русские использовали передышку для перегруппировки своих армий. К январю распределение их сил было следующим:

1. На севере действовали фронты генерала Черняховского и маршала Рокоссовского. Первый наступал от Мемеля на юг, а второй — от реки Нарев на север против Восточной Пруссии.

2. В центре находились фронты маршалов Жукова и Конева. Один имел задачу штурмовать Варшаву и наступать в западном направлении на Берлин, а другой — вторгнуться в Верхнюю Силезию и форсировать Одер в верхнем течении.

3. На юге двигались фронты маршалов Малиновского и Толбухина, в задачу которых входило очищение Словакии, занятие Будапешта и наступление на Вену.

4. Связующим звеном между правым флангом Малиновского и левым флангом Конева служил фронт генерала Петрова, главной задачей которого было очищение Северных Карпат.

На этих семи фронтах всего насчитывалось, по меньшей мере, 300 дивизий и 25 танковых армий, за которыми следовали многочисленные казачьи войска.

Сопротивление в Восточной Пруссии и Венгрии стоило немцам так дорого, что армии, противостоявшие центру русских войск, были сильно ослаблены. Всего немцы, по—видимому, имели 7 армий в Словакии и Венгрии (в том числе 3 венгерские), 4 армии на Верхней Висле и 4 армии в Восточной Пруссии. Кроме того, главным образом на бумаге, существовало еще значительное количество недавно отмобилизованных частей фольксштурма, обладавших невысокими боевыми качествами. Если исключить части фольксштурма и чисто гарнизонные войска, то вряд ли германские полевые армии насчитывали более 100 ослабленных дивизий, практически не имевших запасов горючего для самолетов, танков и транспорта.

На юге зимняя кампания открылась 29 ноября наступлением маршала Толбухина на Будапешт. Выступив из района южнее города Мохач, откуда Сулейман Великолепный двинулся на Будапешт в 1526 г. Толбухин направил свои войска на запад к озеру Балатон и на север в направлении озера Веленце. 8 декабря он развернул свои главные силы между Лепешенем, у северной оконечности Балатона, и Эрчи, что южнее Будапешта. Тем временем Малиновский наступал на венгерскую столицу с востока, его северный фланг двигался на Вац, расположенный в излучине Дуная. С боем форсировав реку Ипель, Малиновский подошел к Комарно — главной германской базе на венгерском фронте.

Для того чтобы обеспечить там свои склады, а также укоротить фронт, командующий немецкими и венгерскими армиями генерал Фризнер принял смелое и своеобразное решение. Он решил оборонять фронт на реке Грон и между рекой Драва и озером Балатон, оставить сильный гарнизон в Будапеште и покинуть город. Наконец, он хотел сосредоточить ударную группу позади сектора, связывающего вышеуказанные оборонительные участки, а именно между Комарно и озером Балатон. Фризнер хотел отразить любую попытку обойти или атаковать с севера, юга или запада ту половину венгерской столицы, которая называется Будой. Слабым местом его плана было то, что у него не было достаточного количества войск, чтобы занять линию реки Грон крупными силами.

20 декабря Толбухин взял на западном берегу озера Веление Секешфехервар и, пройдя холмы Вертеш, захватил на Дунае Эстергом. Затем во взаимодействии с Малиновским он завершил окружение Будапешта. Это дало Фризнеру ту возможность, которую он ожидал. 2 и 3 января он предпринял две сильные контратаки: одну между Комарно и Эстергомом, а другую между Комарно и Бичке. Взяв обратно 5 января Эстергом, он затем сбил русских с холмов Вертеш. Однако снова взять Бичке он не смог, гак как 10 января Малиновский прорвал линию оборонительных позиций на реке Грон и подошел к Комарно на расстояние 2 миль. Это наступление заставило Фризнера перенести усилия на север от Дуная, и хотя он остановил наступление Малиновского, но в момент переброски немецких сил Толбухин вплотную подошел к Буде.

18 января русские полностью заняли Пешт. Последовательные наступательные операции так истощили ударную группу Фризнера, что он был вынужден бросить Буду на произвол судьбы. В начале января Малиновский начал последний штурм города и 13 января после отчаянной борьбы овладел опорными пунктами на Дворцовых холмах и на Гелертхеги. Таким образом, второй этап операций на Дунае закончился открытием дороги на Вену. Тем временем на севере была очищена дорога на Берлин.

Западнее Вислы, между рекой Пилица и Карпатами, русские нанесли два сокрушительных удара по четырем германским армиям, которыми командовал генерал Гарпе. Один удар нанес маршал Конев, начавший наступление с сандомирско—барановского плацдарма. Другой удар нанес со своих двух главных плацдармов западнее Магнушева и у Казимежа маршал Жуков. В то же самое время южнее Конева фронт генерала Петрова двинулся на Ясло, севернее перевала Дукля, ведущего через Карпаты.

Наступление Конева началось 12 января, а Жукова — 14 января. Тому и другому предшествовала сильная артиллерийская подготовка. Наступления в обоих случаях быстро завершились прорывом немецкой обороны. Правое крыло Конева задержалось в Кельце, за который немцы отчаянно дрались, в то время как его левое крыло быстро продвигалось вперед. Правое крыло фронта Жукова пробилось через Пилицу, достигло дороги Варшава — Радом и, повернув по ней на север, подошло к польской столице с запада. Немцы эвакуировали Варшаву, и 17 января город был занят русскими. В это же время войска левого крыла Жукова захватили Радом. Сразу после этого последовал ряд других катастроф. Петров взял Ясло. Немцы оставили Краков; 19 января этот город был занят левым крылом Конева. Одинаково важным было взятие в этот же день Жуковым Гостьшида, Кутно и Лодзи.

Между тем 14 января Черняховский и Рокоссовский обрушились на Восточную Пруссию. Черняховский повел наступление с юга от реки Мемель, пересек замерзшие болота и двинулся на Тильзит и Инстербург. Его войска 19 января вступили в Тильзит и оттуда обошли с севера оборонительные позиции Инстербургского прохода. Рокоссовский форсировал Вислу севернее и южнее Пултуска и повел наступление на Остероде и Дойтш—Эйлау. 20 января Рокоссовский захватил Нейденберг. Пройдя поля Танненбергской битвы 1914 г., его левый фланг в окрестностях Плоцка соединился с правым флангом Жукова. 22 января были заняты Остероде, Дойтш—Эйлау и Алленштайн. 26 января русские заняли Мариенбург и достигли побережья Балтийского моря у Толькемита, севернее Эльбинга. Таким образом, Восточная Пруссия была отрезана от Померании. Связь между ними оставалась только по морю. Тем временем Черняховский преодолевал мазурские укрепления.

После захвата русскими восточной половины Западной Польши единственным более или менее значительным препятствием, оставшимся между ними и Берлином, была река Одер. Она представляла собой сильный естественный оборонительный рубеж, еще более усиленный цепью старых и современных крепостей, самыми важными из которых были Кюстрин, Глогау, Бреслау, Оппельн и Ратибор. Между Торном и Бреслау никаких естественных препятствий нет, но если бы они и были, все равно немцы уже не располагали силами, чтобы их удержать.

20 января войска фронта Конева пересекли севернее и южнее Бреслау германскую границу и через четыре дня взяли Оппельн. Русские окружали промышленные города Верхней Силезии, заходя с юга и с запада, и брали их один за другим. Одновременно они создали на Одере плацдармы у Оппельна и в окрестностях Брига и Штейнау. 4 февраля Конев полностью окружил Бреслау и перешел через Одер у Штейнау, Брига и Оппельна, а к 15 января подошел уже к Бунцлау, оказавшись в 60 милях западнее Бреслау и в 70 милях восточнее Дрездена. Здесь наступательный порыв его войск иссяк.