Ночь шрамов - Алан Кэмпбелл

— Да, — сказал шаман. — Для тебя ничего не значит.

— Нужно погасить фонарь. — Рэйчел пыталась перекричать свист ветра и шум крыльев ангела. Одной рукой она держалась за шею Дилла, обхватив его ногами.

— Нет. — Дилл прижал к себе лампу, словно мать грудного ребенка.

— Нужно экономить масло.

— Я… — Дилл не мог найти другого оправдания, кроме правды.

— Он боится темноты, — с боку раздался голос Карнивал.

Рэйчел внимательно вгляделась в лицо Дилла, потом положила руку ему на плечо.

— Хорошо, пускай еще чуть-чуть погорит.

— Нет! — Свет в одну секунду стал ему и другом, и злейшим врагом, который одновременно избавлял его от страха, а взамен выставлял этот страх напоказ. — Ты права. Масло нужно экономить.

Дрожащими пальцами Дилл погасил фонарь.

Темнота мгновенно обрушилась со всех сторон.

Они опускались все ниже и ниже. Темнота окружила их непроницаемой стеной, и только над головой горел крошечный огонек Дипгейта, который становился меньше и меньше каждый раз, когда Дилл поднимал голову. Он кожей ощущал дыхание Рэйчел, ее грудь поднималась и опускалась. Дилл попытался дышать вместе с ней, но выходило как минимум вдвое чаще.

Только Карнивал могла видеть в такой темноте. В воздухе ощущались взмахи ее крыльев, когда ангел проносилась мимо. Карнивал предложила держаться как можно ближе к наклонной стене, но без света это казалось практически невозможным. При каждом движении Дилл боялся удариться крылом о скалу. Он напряженно всматривался в темноту, пытаясь различить очертания камней, пока глаза не заболели.

Воздух постепенно становился теплее и удушливее. Волосы намокли от пота, Диллу стало трудно дышать. Кольчуга душила его, он весь взмок. Шея затекла, начали болеть спина и плечи.

Невидимая Карнивал без усилий проплыла мимо.

— Тебе не нужно отдохнуть? — спросила Рэйчел.

— Все в порядке, — пробормотал Дилл. В голове крутились совершенно другие мысли.

Далеко внизу лежал Дип, в котором ждут легионы призраков. Может, они и сейчас глядят из темноты? Жаждут ли они до сих пор света Айен? Забвение казалось более милосердной долей, чем тысячелетия кромешной темноты.

Рэйчел пошевелилась. Ножны у нее за спиной оставили синяки на руке Дилла, там, где он держал девушку. Судя по движению воздуха, Карнивал только что пронеслась мимо. Дилл немного подождал, потом шепнул на ухо Рэйчел:

— По-твоему, она это серьезно? Ну… насчет крови?

Рэйчел напряглась.

— Может быть, именно поэтому она так напугана. Когда придет Ночь Шрамов, ей понадобится живая душа, чтобы выжить.

— Ты сможешь с ней справиться?

Рэйчел только пожала плечами.

Они опускались все ниже, и Рэйчел становилась тяжелее на руках Дилла. Ангелу приходилось чаще взмахивать крыльями, чтобы удержаться на лету, плечи начало сводить от напряжения. Рубашка прилипла к спине, кольчуга стала натирать и царапать кожу. Меч на поясе казался камнем, а рукоятка больно впилась в бок. Дыхание Рэйчел было горячим и влажным, а от ударов ее сердца становилось больно.

Казалось, они опускаются целую вечность.

В кромешной темноте ничто не указывало, как долго они были в пути, кроме душившей жары и нараставшей боли. Дилл хотел уже предложить немного отдохнуть, когда неожиданная мысль поразила его. Он развернул крылья и повис в воздухе.

— Что случилось? — спросила Рэйчел.

— Карнивал. Она улетела?

В тишине слышалось только их дыхание и взмахи крыльев Дилла.

— Я зажгу фонарь, — сказала Рэйчел.

— Но она нас увидит, — возразил Дилл. Ты меня увидишь.

— Она и так нас видит. Нужно понять, как далеко дно.

Дилл поднял фонарь, а Рэйчел повернула кремневое колесико. Хотя фитиль был совсем низко, свет ослепил привыкшие к темноте глаза.

— Что-нибудь видишь? — спросил Дилл.

— Ничего.

Темнота совершенно поглотила слабый свет. Вокруг только пустота и тишина.

— Ты совсем устал, — заметила Рэйчел. — Давай подлетим поближе к стене.

— В какую сторону?

— Не знаю. Если пропасть продолжает сужаться, это недалеко.

Ангел кивнул.

— Только медленно, — предупредила Рэйчел.

Скоро они подлетели к блестящей черной стене. Либо Дилл инстинктивно угадал с направлением, либо пропасть действительно стала намного уже. Рэйчел отвязала фонарь и подняла перед собой. Поверхность скалы была покрыта наплывами, словно таявшее черное стекло. Призрачно-бледные отражения расплывались в каменном зеркале.

Дилл вздрогнул.

Мы призраки? Разве это и есть царство смерти?

— Внизу еще один выступ, — заметила Рэйчел.

Они приземлились на мокрый металл. Вода сочилась из трещин в камне, и капли стучали по выступу. Рэйчел подставила ладони и попробовала воду.

— Нормально. Холодная.

Утолив жажду, они отыскали на выступе относительно сухое место. Дилл свесил ноги и потянул мышцы на шее, поморщившись от боли.

— Как глубоко мы, по-твоему?

— Дипгейт плохо видно, — задрав голову, ответила Рэйчел. — Но он теперь ярче. Там, наверное, около полудня.

На невообразимой высоте призрачные полоски и завитки света венчали колодец пропасти. Дилл посмотрел вниз — ничего.

— Может быть, дна действительно нет?

Рэйчел подняла фонарь и, сделав несколько осторожных шагов вдоль выступа, остановилась и села на корточки.

— Знаешь, Дилл, поверхность не плоская, она поднимается под небольшим углом. — Девушка еще раз подняла фонарь, чтобы осмотреть выступ. — Когда мы остановились в первый раз, я не была уверена, но теперь… Здесь угол круче. Должно быть, выступ по спирали поднимается по скале.

— Дорога вниз?

— Или наверх. — Рэйчел подняла на него глаза. Наверное, эта тропа спрятана под краем пропасти.

— Но зачем?

Рэйчел покачала головой.

— Не знаю. Но этого здесь быть не должно. Металл, — она провела рукой по краю выступа, — заржавел. А наверху — нет. Эта часть дороги старше. Скорее всего старше на несколько десятков лет.

— Мы можем спуститься по выступу.

Убийца посмотрела вниз.

— Не видно никаких признаков Дипа. Если город действительно существует, значит, он либо не освещен, либо до него еще слишком далеко. Мы так можем неделями ходить.

Целый город, погрязший в вечной темноте. У Дилла сердце замерло от одной только мысли. Вся темнота собралась там, заперта, словно в ловушке. Ангел подошел поближе к фонарю. Масло скоро закончится. Он внезапно почувствовал, будто тонет, будто невесомое тело поглотил бездонный океан. Его охватило непреодолимое желание вырваться на поверхность. Дрожа всем телом, Дилл встал, с трудом глотая воздух.