Кругосветное путешествие юного парижанина - Луи Буссенар

Дебейе внезапно пришла в голову мысль убрать все механические передачи и превратить поступательное движение поршней в кругообразное, что позволило сэкономить не только силу, но и количество рабочих частей.

У машины есть два цилиндра окружностью в двенадцать метров и всего лишь метр в высоту, играющие роль золотников. Их разделяет круглая пластина из закаленной стали толщиной в двадцать пять сантиметров. На этой пластине закреплены два поршня, один справа, другой слева, совершающие в боковых цилиндрах кругообразные движения.

Пластина представляет собой не что иное, как утолщенную часть ходового вала, который разделяет перпендикулярно расположенные к нему цилиндры по оси корабля. Она совмещает в себе, таким образом, поршень, шатун эксцентрик и ходовой вал, ибо составляет с ним единое целое.

На каждом конце вала имеется медный конус диаметром в три метра, закрепленный под углом в сорок пять градусов.

От каждого из этих конусов красной меди в кормовую часть корабля отходит продольный вал, на котором смонтирован винт.

Продольные валы тоже снабжены подвижными конусами, вращающимися как вправо, так и влево. К ним, когда требуется запустить двигатель, достаточно подсоединить сосуды с водородом, а если они подсоединены стационарно, открыть вентиль на соединении.

Газ поступает в цилиндры, давит на поршни, приводит в действие ходовой вал. А через конусы усилие передается на продольные валы.

Любопытно, что шум трения безупречно отполированных медных конусов похож на шум, производимый шатунами движущегося по рельсам локомотива.

Винты вращаются с головокружительной быстротой. Как я уже сказал, развивается значительное усилие. Дело в том, что поршень находится под давлением пять шестых своего пути. Таким образом, отсутствует мертвая точка. Так что четыре шестых пути под давлением находятся одновременно оба поршня, а по одной шестой пути обеспечивает по отдельности каждый.

Давление, оказываемое на оба поршня на протяжении двух третей пути по кругу, развивает усилие, в двадцать пять раз превышающее создаваемое обычными машинами, работающими при давлении в десять атмосфер.

А машина «корабля-хищника» способна, в силу своих конструктивных особенностей, развивать давление в шестьдесят атмосфер, благодаря чему мощность ее в двести пятьдесят раз превосходит мощность обычных механизмов аналогичных размеров. Таким образом, в невероятно малом объеме заключен двигатель мощностью в тысячу двести лошадиных сил!

Нет нужды говорить, что винты могут работать независимо друг от друга, и даже одновременно вращаться в противоположном направлении; вы сами были тому свидетелем.

В дополнение ко всем чудесам конструкторы поместили в передней части корабля несколько выступающую из-под обшивки трубу, нечто вроде телескопа. В трубе установлена система призм, передающая изображение на горизонте в темную камеру, где постоянно находится дежурный офицер.

Это исключает необходимость наружных вахт, ибо все, что происходит вокруг, скрупулезно проецируется на экран. В темной камере, само собой разумеется, находится штурвал, дистанционное управление, позволяющее включать винты, менять число оборотов или вовсе их стопорить, поднимать или опускать пушку, ставить или убирать мачты и т. п.

Что ж, капитан, все предусмотрено? Все механизировано? Как вы полагаете? В конце концов, вы сможете восхищаться вашим противником в свое удовольствие, когда его захватите, ибо я сообщу способ, как это сделать.

Каждому бандиту требуется убежище. И таковое у «корабля-хищника» есть: в Коралловом море, у восточного побережья Австралии. На 143 градусе восточной долготы и 12 градусах 22 минутах южной широты расположен коралловый атолл[390] около пятисот метров в диаметре.

Внутри атолла есть лагуна, она-то и стала тихой гаванью для «корабля-хищника». Именно сюда направляются пираты, чтобы отдыхать сколько угодно, и безо всяких опасений, ибо путь туда опасен, а подход труден.

На пути к атоллу вам попадутся тысячи рифов и коралловых отмелей. Будьте осмотрительны, проверяйте каждую пядь пути, лавируйте. Успех зависит от вашего терпения. Вам представляется великолепнейшая возможность проявить все свои таланты морехода.

К моему величайшему сожалению, я не могу начертить маршрут, тем более, ни на одной карте не обозначены все рифы, ощетинившиеся на подступах к этому аду. Но, коль скоро «морские разбойники» проходят через них, вы их тоже преодолеете.

Не исключено, что искомое судно окажется гладким, как понтон, и почти незаметным. Вы сможете узнать его по пушке и тарану.

Что же касается преследуемых негодяев, то они любят пировать на свободе в одном из глубоких гротов, созданных самой природой. Мерзавцы ведут там веселую жизнь на широкую ногу и предаются самым изысканным удовольствиям, как люди, у которых может не быть завтрашнего дня.

Входов в убежище два. Они скрыты зарослями фукуса и прочих морских трав. Ищите внимательно; тщательно осмотрите остров, и вы их найдете.

Будет битва. И жестокая. Уверен: вы одержите победу.

Кстати, капитан, если я и был кое-где многословен, то лишь для пользы дела. Вы великодушны, а я искренен.

Прощайте! Благодарю вас!»

ГЛАВА 3

Так что же такое водород? — Шар с выставки в баллоне. — В погоню. — Курс через Тихий океан. — Коралловый риф. — Попали в аварию, а потом чуть не были съедены. — Капитанский выстрел. — Жандармерия и каннибализм. — Составление протокола у антиподов. — Табу. — Курьезные последствия невольного каламбура. — Перевернутая жаровня. — Канонизация жандарма. — Тонкости английского судопроизводства. — Через коралловые рифы. — Арест. — Два героя осады Парижа. — Еще один парижанин. — Остановка.

— Доктор, так что же такое водород?

— Э, милый мой, после твоего изучения «физики» у фокусника, узнать немного о химии надо у человека, кое-что сведущего в ней.

— Бог ты мой! Без сомнения.

— Во времена моего обучения в коллеже о водороде почти ничего не говорили. И даже при подготовке к первому экзамену за годовой курс медицины я сам себе не мог ответить на этот вопрос. И вот ваш покорный слуга постыднейшим образом провалил третий экзамен по медицине, а причиной послужил довольно дурацкий ответ на вопрос, подобный твоему: «Что представляет собой водород?»

— О! Вот это да, доктор! — весело произнес Фрике.

— В мое время водород считался «абсолютным газом»!.. «Абсолютным»!.. О! Тогдашние ученые! Газ этот бесцветный, не имеет ни вкуса, ни запаха. Но, например, в сочетании с мышьяком пахнет чесноком, а если добавить хоть чуть-чуть серной кислоты, то получите благородный запах болот Бобиньи и Бонди[391].