Дамнар: Неведение (СИ) - Якунина Марина

Но в мешанине воспоминаний того вечера периодически мелькали счастливые лица его друзей, но ничего не намекало на причастность эльфийки к состоянию брата. Продвинув воспоминания чуть дальше, вновь наткнулся на разговор со своей служанкой.

— Ну что, мне самой, или ты подольешь? — Силавия вынимала кружки, помеченные красной и белой лентами, и мельком бросила на них взгляд. В обеих посудинах была совершенно чистая вода.

— Ты сама, если что, сможешь? Я сейчас только в замок сбегаю и вернусь. Наверное…

— Зачем тебе? — Силавия удивлённо подняла брови, глядя на засмущавшуюся девицу.

— Я князю яблок принесу хотя бы. Не уверена, что он ещё что будет есть…

Силавия презрительно фыркнула и скрестила руки.

— Говорили же уже про это… Дался тебе этот гад! Зря ты его жалеешь. Поделом же!

— Ну не могу я так! Он не говорит про тот случай, но у него же все на лице написано…

— Эх, девочка, когда уже поймёшь, что то, что на лице читаешь, и то что в душе творится, две большие разницы… Если она вообще есть у него конечно…

Вихрь воспоминаний, не найдя искомого, полетел дальше. К танцам, пляске, задорной музыке… Силавия находит глазами служанку и подмигивает, не прекращая кружиться. Через какое-то время прибегает раскрасневшаяся девка с кружками, предлагает пить. Эльфийка и Джастин берут их не глядя, запыхавшиеся после танца. Делают несколько глотков и вновь устремляются в пляс. Девка улыбается и делает знак, что уговор исполнен. На душе эльфийки легко и беззаботно.

Даже если заговор здесь, по законам магии Атиозеса не имеет силы, все равно ей и Джастину предстоит долгая жизнь. Может удастся уговорить молодого князя устроить и их свадьбу? Безумно хочется поцеловать и приласкать любимого. По крайней мере, сейчас им нечего бояться и смущаться. Спустя столько лет наконец все хорошо, и можно мечтать… А в следующем воспоминании с лица Джастина сходит краска, глаза становятся отрешённо безумными… Он толкает её и кричит: «Бегите! Скорее! Сет!» — и оседает на землю.

Сет вынырнул из разума Силавии и отшвырнул её к брату. Она, не сразу придя в себя после погружения, упала около головы Джастина, едва не навалившись на него.

— Действуй. И только попробуй выкинуть что-нибудь.

Свой голос Сет не узнал. Он был скрипучим, словно сухое дерево стонало во время сильного порыва ветра. Горло сжало удавкой. Поднятые кадавры размеренно вытягивали из него силы. Нужно было срочно сократить их количество. Он впервые в жизни посетовал на то, что недостаточно внимания удалял настолько нелюбимой им некромантии. Ещё тонким потоком приходилось поддерживать нить энергии, направленную на Джастина. Чтобы исключить вероятность, что тот не вовремя очнется и покалечит свою эльфийку. Со спутанными мыслями, Сет медленно сел на лёд и начал наблюдать за действиями Силавии, постепенно погружаясь в свои мысли. Сомнения, что она действительно непричастна, почти улетучились.

Силавия глубоко вздохнула и прерывисто выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Она не чаяла, что князь её отпустит. Но размышлять о его поступке было некогда. Она потянусь трясущимися от холода руками к вискам Джастина и направила поток к его разуму.

Первый импульс наткнулся на преграду, напоминающую полузастывшую глину. Энергия грозила увязнуть в этой субстанции, но эльфийка усилила поток и стала пробиваться внутрь.

Глина, налепившаяся на разум, не была статична. Она медленно текла, старалась вытолкнуть из себя сторонний импульс. Иногда поток, исходящий от Силавии соскальзывал, и она принималась ощупывать этот тайник заново, ища слабые места. К её радости, эта субстанция была неоднородна. Вероятно, благодаря течению образовывались более тонкие прослойки, но из тут же заволакивало, стоило эльфийке попытаться проникнуть внутрь.

Тогда она решила попробовать иную тактику. Воткнула энергетическую нить и потянула на себя, как через соломинку. "Глина" послушно поползла вверх по новому источнику.

Решив, что для пробы достаточно, Силавия дернула, и оторвала кусочек энергетической материи, которая моментально пристала к её разуму.

Ощущения были не из приятных. Ей почудилось, что она наглоталась носом болотного ила. Затылок взорвался болью, голова поплыла, затошнило… Эльфийка отстранилась от Джастина и оперлась руками на лёд, чтобы удержать себя в сознании, призывая весь свой внутренний ресурс, чтобы "переварить" постороннюю энергию.

Постепенно состояние улучшалась. В голове ещё звенело, и затылок противно ныл, но с головокружением Силавия справилась. И обнаружила, что в её разуме "глина" расщепилась и растаяла без остатка.

Воодушевленная этой маленькой победой, Силавия вновь коснулась Джастина. Место, откуда она вырвала кусочек истончился и не успел затянуться. Она нанесла удар, пробиваясь сквозь просевшую защиту.

Удалось.

Сет уже не следил за тем, что делает эльфийка. Ей удалось его убедить, несмотря на его паранойю, что она хочет спасти Джастина не меньше, чем этого хочет он сам. Он сидел, ссутулившись, прижав пальцы к губам и смотрел, не мигая в одну точку, весь погрузившийся в свои мысли.

«Поделом… На месте Джастина сейчас я должен корчиться. Почему же так? Несправедливо. Это просто нечестно. Он больше всех ценил жизнь из всех кого я знаю, и что теперь? Права Силавия, видать нет у меня души, как и у отца не было. Видимо, поэтому я не мог зацепиться. А душа младенца, способствующего нашему рождению, выходит, досталась Селфису? Почему же у меня тогда так всё болит?»

Дрожащий, спотыкающийся голос Силавии заставил вынырнуть из размышлений, но полностью в чувства Сет не пришел. Смотреть ей в глаза сейчас было выше его сил.

— Он ттттам! Нннно эттта ммментттальная жжижа…

— Сможешь очистить?

— Ппопппробую. Отттвет жестттткий и ммммннногоо эненнергиии ттттратмтся.

«Наверное, стоит попробовать самому заняться чисткой. Вессель у меня явно вместительный, а эльфийку использовать как донора… Что у неё с речью?» — Сет мельком взглянул на дрожащую Силавию. Вспомнил, как синели губы у служанки в соседней комнате, без льда. Сет с бесконечной усталостью вновь отвёл взгляд. «Кажется, я снова забыл, что живым нужно тепло…»

— Ты замёрзла?

У Силавии уже давно зуб на зуб не попадал. Она промерзла до костей. Коленок вообще почти не чувствовала. Она обернулась на князя яростно сверкая глазами. «Я в летнем платье, а тут мороз такой, что кровь застывает, он что, издевается?!»

Эльфийка грозно смотрела на Сета, мысленно желая его разорвать на сто тысяч кусочков. Он перевел на неё измученный, затравленный взгляд.

Его обречённый вид быстро, и неожиданно для самой Силавии, погасил злобу. Память услужливо подбросила записи из сворованного ей дневника старого князя, и картинка сложилась воедино. Она разглядела за этим самовлюбленным, непредсказуемым и неуравновешенным типом другое.

«Он же всего лишь мальчишка! Первая Матерь, серьезно? Перепуганный до полусмерти, растерянный и снедаемый совестью мальчишка! Одаренный, наделённый властью… На грани безумия… Неужели он действительно не понимает, что он иногда творит?»

Эльфийка заставила себя кивнуть и стала дышать на заледеневшие пальцы, которые вот-вот перестанут двигаться.

Сет глянул на стоявшего в ожидании кадавра. «Принести тёплую одежду и какое-то… Одеяло? Или как… Девке той… Нет, надо одежду. Я не смогу все время подогревать, а мертвяк навряд ли найдет. Где девку носит?» — Сет, вдохнув, встал. Потоком создал водяное одеяло, подогрел и накинул на эльфийку с головой. Она, почувствовав живительное тепло, застонала и начала укутываться в него, пытаясь справиться телом. Её уже не просто трясло, а колотило от холода.

— Сможешь продлить его сон? Я отойду, поищу что-то тёплое, что не будет тратить энергию и остывать…

Силавия с трудом вытащила пальцы из-под водяного одеяла и вновь потянулась к разуму Джастина, повторно пробивая брешь в защите. Когда удалось зафиксировать контакт, кивнула Сету. Тот сразу вышел.