Мой испорченный рай - Дж. Б. Солсбери

хватаюсь за живот, чувствуя, как волна тошноты накатывает на меня.

Мы молчим, пока не возвращаемся в дом. Мне нужно поговорить с Куинн, но у нее свидание в Халейве с Джейком. Несколько часов назад я была готова отменить свой рейс домой, а теперь не могу дождаться, чтобы убраться отсюда достаточно быстро.

— Хочешь пива? — спрашивает Грант, когда мы входим на террасу с пляжа. Он наклоняет голову, изучая меня. — Текилы?

Я хихикаю, и это действие кажется совершенно неправильным, как будто я не должна смеяться после того, что только что узнала.

— Все вышеперечисленное.

Он сжимает мое бедро, затем отпускает меня.

— Конечно. Хочешь подняться ко мне в комнату, и я принесу выпивку?

— Нет, мне нужен свежий воздух.

Он кивает и исчезает в доме.

Я отправляю Куинн сообщение.

«Матео не тот, кем я его считала. Грант рассказал мне все. Не могу дождаться, когда уеду с этого гребаного острова».

Я подтаскиваю стул к перилам и опускаюсь на него, надеясь, что ветерок и бьющиеся волны высушат мои глаза и успокоят нервы. Но мои мышцы отказываются расслабляться, и позвоночник остается напряженным.

Матео убил кого-то.

И он даже не пытался защищаться.

Я подпрыгиваю от звука звонка моего телефона. Звонок от Куинн. Мы никогда не звоним друг другу. Только в экстренных случаях.

— Куинн, — отвечаю я.

— Вот дерьмо, Элси. Ты в порядке? — Она тяжело дышит, как будто находится на беговой дорожке. На заднем плане слышно щелк-щелк-щелк ее каблуков. — Мы уже возвращаемся.

— Ты не должна этого делать. — Я закрываю глаза и потираю лоб. — Я в порядке…

— Блядь, как бы не так! Джейк только что рассказал мне о Матео!

Я перевожу массаж со лба на глаза.

— Что именно он сказал?

— Что этот парень убил Эштона!

Мой желудок падает к ногам. Я очень надеялась, что кто-то будет защищать Матео. Предложит мне рассказ о его невиновности, и если кто и сделает это, так это Джейк. Но даже он говорит, что Матео убил Эштона.

— Я не должна была оставлять тебя одну…

— Не надо. Откуда тебе было знать? — Я действительно верила, что Матео был хорошим парнем с трагической жизнью, что он оказался в плохих обстоятельствах и сделал лучшее, что мог, с тем, что у него было. Теперь я вижу все совсем по-другому. — Он всегда был добр ко мне. Никогда не пугал меня. По крайней мере, в последнее время.

— Перестань защищать его только потому, что он сексуальный! Знаешь, кто еще был привлекательным? Тед Банди. Ричард Рамирес. Джеффери, мать его, Дамер!

— Ладно, я поняла.

— …уже слишком поздно для этого, просто отвези меня обратно, — говорит она, но ясно, что она обращается к Джейку. — Да, но ты должен был сказать мне! — Стук ее каблуков прекращается, и раздается звук открывающейся и захлопывающейся дверцы машины. — Собирай свои вещи. Джейк отвезет нас в мотель.

Грант идет ко мне с бокалом вина в одной руке и стаканом чего-то прозрачного в другой.

— Хорошо. — Я не хочу говорить, что благодарна за то, что убираюсь из этого дома на глазах у Гранта, но это так. — Мне жаль, что это испортило тебе свидание. — Я потираю висок и удивляюсь, как я попала в эту переделку.

Передо мной появляется стакан с прозрачной выпивкой. Видимо, Грант решил, что мне нужно что-то покрепче.

Я одними губами говорю: «спасибо» и выпиваю столько, сколько могу за один глоток, не захлебываясь.

— Ты ничего не испортила, — говорит она. — Это сделал мой предатель-кавалер.

Череда искренних извинений Джейка долетает до моих ушей.

— Скоро увидимся, — говорит она и отводит телефон от рта, чтобы продолжить кричать на Джейка. — Моя лучшая подруга тусовалась с ним, а ты мне не сказал!

— Я даже не знал, что она вообще с ним разговаривала, — кричит Джейк.

Я кладу трубку, не желая подслушивать их ссору.

— Все в порядке? — Грант подпирает задницей перила.

Я опрокидываю в себя остатки текилы и морщусь, когда она обжигает горло. Он протягивает мне бокал с вином.

— Так и будет. — Потому что как только допью это вино, я соберу свои вещи, чтобы уйти и отправиться туда, где я снова буду чувствовать себя в безопасности.

Теперь я знаю, почему никто не разговаривает с Матео. Все эти люди на поминальной церемонии, должно быть, презирают его, но те, кто занимается серфингом для «Райкер серф», должны вести себя хорошо, иначе рискуют лишиться спонсора. Или, может быть, они больше беспокоятся о том, чтобы не попасть в немилость к локахи.

— У меня только один вопрос. — Я делаю глоток вина.

Выражение лица Гранта мягкое, но в резких чертах его лица чувствуется намек на напряжение. Он все еще расстроен, но пытается вести себя спокойно.

— Спрашивай.

— Он признался, что сделал это. Почему он не в тюрьме?

Грант хмыкает и кивает.

— По нескольким причинам. Во-первых, нет улик. Во-вторых, локахи существуют столько же, сколько и острова. Ни одно правоохранительное ведомство не выступило бы против них. Никто не смеет его тронуть. И теперь, когда ты знаешь, тебе нужно держаться от него как можно дальше.

— А ты? — Я потираю свой живот, чувствуя тошноту. — Ты не боишься, что они придут за тобой?

— Без обид, но ты просто проезжающий турист. Если ты исчезнешь, это будет трагическая случайность. Они не рискнут охотиться за таким, как я, особенно после того, что он сделал с Эшем.

— Ладно… вау. — Это хреново звучит. Я проверяю свой телефон, гадая, сколько еще осталось до приезда Куинн, чтобы мы могли убраться отсюда.

— Извини, это прозвучало неправильно.

— Тогда попробуй еще раз. — Алкоголь делает меня храброй, и, несмотря на его обезболивающее действие, я чувствую себя злее, чем до того, как начала пить. Может быть, потому, что правда наконец-то доходит до меня.

— Я выигрываю много соревнований для Райкер. Помимо Матео, я лучший, кто у них есть.