Любовные прикосновения - Джоанна Кингсли

Лишившись от гнева дара речи, она, сверкая глазами, смотрела на развернувшуюся перед ней сцену. Казалось, ее внезапное появление ничуть не испугало музыкантов и их подружек. Взглянув на Лари затуманенным взглядом, парень в кожаных брюках произнес:

– Эй, детка, так ты и есть та самая, на кого мы должны работать?

Ник вошел в комнату следом за Лари и легко коснулся ее руки, словно подавая знак, что он здесь и готов принять вину на себя или увести ее отсюда, если она пожелает. Она отшатнулась от него и, доведенная до белого каления, пристально посмотрела ему прямо в глаза.

– Я больше не потерплю их присутствия здесь! Ни единой минуты! Избавь меня от этой публики!

Он с извиняющимся видом развел руками.

– Лари…

– Если ты этого не сделаешь, я обращусь к твоему отцу!

– Нет, – поспешно сказал он. – Я сам все улажу! Лари бросила взгляд на закрытую дверь спальни.

– А остальные там?

Она направилась к двери, но музыкант в трусах поднялся с кресла и преградил ей путь.

– Что, черт побери, тут происходит? – заворчал он. – Мы прилетели сюда, чтобы дать этот дурацкий концерт, а теперь ты хочешь вышвырнуть нас вон?

Ник бросился между ними.

– Отвяжись, Джимми! Ничего не поделаешь!

– Ты так думаешь, Ник? Мы сейчас – самая лучшая группа в мире! Эта сучка не смеет помыкать нами!

Он с угрожающим видом двинулся вперед, но Ник схватил музыканта за плечи. Тот стряхнул его руки и отступил на шаг.

Лари снова двинулась к спальне и резко распахнула дверь. И без того уже потрясенная и онемевшая, она холодно смотрела на происходящее на антикварной кровати Аниты. Один из музыкантов стоял на коленях, прижав губы к промежности расположившейся над ним девицы, которая для равновесия держалась за полог кровати. Вторая лежала, раскинувшись, под ним, и его пенис ходил взад и вперед у нее во рту. Четвертый участник группы, также обнаженный, наблюдал за ними, сидя в кресле возле кровати. Одной рукой он медленно нажимал на шприц, введенный в его бедро.

Приступ тошноты накатил на Лари. Она повернулась и пошла мимо Ника, стоявшего, как часовой, возле того музыканта, который подходил к ней.

– Как ты мог подумать, что я допущу, чтобы вся эта мразь была тут? – закричала она, когда их взгляды встретились. – Убери их немедленно! Мне безразлично, что тебе придется для этого сделать, но только вышвырни их! Сейчас же! И сам ступай вместе с ними!

Она вышла в коридор, захлопнув за собой дверь. Раздражение гнало ее вперед, но через несколько шагов Лари пришлось остановиться, чтобы успокоиться и выкинуть из головы ту отвратительную сцену. То, что даже Ник был пассивным участником подобного безобразия, поразило ее и показалось тем более предосудительным, если учитывать цель этого вечера – восстановить и сохранить хоть какую-то часть исчезавшей красоты.

Лари начала спускаться по длинной лестнице и услышала доносившийся снизу шум вечеринки. Потрясение, только что пережитое ею, вытеснило у нее из головы проблемы, которые предстояло решить. Гости с нетерпением ждали концерта лучшей рок-группы страны. Даже пожилые, которым не нравился этот стиль, хотели удовлетворить свое любопытство.

На мгновение ее решимость поколебалась. Неужели она всего лишь ханжа, которую так легко шокировать? Ведь единственное, что ей нужно от музыкантов, – это концерт, а все остальное – их личное дело!

Нет! Она не может поступиться своими принципами, какую бы цену ей ни пришлось заплатить!

– Лари!

За ней по ступенькам бежал Ник.

– Я же велела тебе…

– Уже сделано. Они собирают вещи.

Она кивнула с холодным удовлетворением и снова стала спускаться.

Он обогнал ее на несколько шагов и попытался преградить ей путь.

– Я знаю, что разочаровал тебя. Но, может быть, ты остановишься и подумаешь хотя бы секунду о том, почему я привез их сюда?

На этот раз, когда она попыталась обойти Ника, он крепко схватил ее за руки и заставил выслушать его.

– Мне так хотелось помочь тебе! Когда сегодня вечером они сошли с самолета вместе с девицами, я чуть было не отправил их обратно. Но ведь ты рассчитывала на этот концерт, и… я все же надеялся на лучшее, надеялся, что ты никогда ни о чем не узнаешь.

– Ей-Богу, лучше бы я не узнала! А теперь пропусти меня!

Он разжал руки и пошел рядом с ней.

– Лари, дай же мне шанс! Я вышвырнул их, сказал, что позову полицейских, если они не уберутся через пять минут. Но представляешь ли ты, во сколько это обойдется? Они чертовски обозлены и собираются бросить моего отца, расторгнув через суд договор с ним. Он потеряет на этом пятнадцать или двадцать миллионов…

– Мне очень жаль. Но тебе не следовало привозить их сюда! – бесстрастно ответила она.

– Правильно, это я все испортил. Я не обвиняю тебя в том, что случилось. Но потерять и тебя тоже – я хочу сказать, потерять все надежды на то, чтобы мы… были друзьями… – на это я не могу согласиться!

Они спустились с лестницы. Лари не смотрела на него. Твердая, суровая линия ее рта не дрогнула, когда она удалялась от него через фойе.

Но в конце концов его мольбы дошли до нее. Она вернулась к нему.

– Ник, мне очень жаль, что эта история доставит тебе или твоему отцу массу неприятностей. Но ведь я не могу закрыть глаза на то, что происходило там, наверху…

– Я понимаю. Но, может быть, ты дашь мне шанс снова завоевать твое уважение.

Лари с сочувствием взглянула на него.

– Что ж, попытайся! Больше мне сказать тебе нечего! – ответила она.

Ник сокрушенно кивнул в знак согласия, и они расстались. Лари направилась в библиотеку и позвонила Доми. К телефону долго не подходили.

– Резиденция Пеласко, – послышался голос Доми.

– Позаимствуй самое эффектное платье из шкафа Исабелы и будь в нем у меня через пять минут!

– Лари! Что? Это невозможно! Я занимаюсь уборкой, и сеньора Пеласко убьет меня, если…

– Хватит нести всякую чепуху!

Лари сама удивилась своему грубому тону.

– Могу развеять твои сомнения. Я приглашаю тебя не развлекаться, а развлекать моих гостей!

– Развлекать?

– Я только что выгнала музыкантов, которые должны были выступать. Хочешь, чтобы твои мечты начали сбываться? Приходи немедленно и пой!

– Но мне нужен аккомпаниатор…

– Здесь есть ансамбль. Они тебе помогут.

Лари было слышно, как на другом конце провода Доми нервно дышит в трубку.

– Я не успею за пять минут, Лари! Платье, макияж… Мне потребуется минут десять…

Выйдя из библиотеки, Лари увидела, что четыре девицы-фанатки ждут в вестибюле, а музыканты, одетые в кожу, украшенную цепями, стремительно влетели в бальный зал. Вид у них был как у гестаповцев. Лари поспешила вслед за ними, но ее остановила красивая женщина, сидевшая в инвалидном кресле. Она представилась как принцесса Ребекка Даниели.