Любовные прикосновения - Джоанна Кингсли

Что ей было делать? Гости из числа молодежи уже спрашивали ее, скоро ли «Стоун Тайгер» начнет свой концерт. Если эта группа не появится, люди потребуют свои деньги обратно.

Вечер продолжался уже почти два часа, и тут Лари увидела, что Анита приветствует Берни Орна и его жену. Берни был в смокинге в тонкую серебряную полоску с модными широкими лацканами, а его супруга – в платье из темно-синего бархата. Лари поспешила к ним.

– Мистер Орн, я – Лари Данн…

– Знаю, малышка, я помню тебя еще по вечеринке у Ника.

– А где Ник? Он обещал, что…

– Он едет в отдельном автомобиле вместе с ансамблем. Я только что прилетел с ними после выступления в Атланте, а Ник прибыл из Нью-Йорка и встретил нас в аэропорту. Он остался, чтобы помочь им с инструментами и другими вещами, а я поехал домой переодеться. Лари вздохнула с облегчением.

– Мистер Орн сказал, что ансамблю нужно место, чтобы подготовиться к выступлению, поэтому я велела Майку провести музыкантов в мою спальню, – сообщила Анита.

– Не беспокойся, если они еще не приехали, значит, приедут с минуты на минуту, – заверил Лари отец Ника.

Внезапно он потащил ее в сторону, в то время как его жена продолжала болтать с Анитой.

– Мой сын, должно быть, очень высокого мнения о тебе. Он так тебя расхвалил, чтобы я позволил своим мальчикам дать этот концерт!

Он наклонился поближе к Лари, словно для того, чтобы открыть ей какой-то секрет.

– Надеюсь, ты понимаешь, что это стоило мне кое-каких денег – привезти «Стоун Тайгер» сюда, вместо того чтобы отправить его выступать на следующую арену.

– Я понимаю, мистер Орн, и очень благодарна вам.

– Хорошо. Это важно для меня, Лари – я это делаю ради моего Ники. Потому что не нужно быть суперищейкой, чтобы увидеть, что он кое-что испытывает к тебе с того, самого дня… И, может быть, он заслуживает какого-то шанса с твоей стороны.

Лари мгновенно онемела от смущения. Неужели Ник тоже ожидает от нее услуги за услугу? У нее появилось искушение дать Берни Орну резкий ответ, но потом она напомнила себе, что он не замышляет ничего плохого. Просто этот неугомонный ловкач пытается заключить с ней сделку в интересах своего сына.

– Я, пожалуй, пойду посмотрю, не приехали ли они еще, – проговорила она, нетерпеливо стремясь избавиться от Берни.

В вестибюле Лари встретила Майка, который сообщил ей, что «вся эта музыкальная публика» уже приехала и что он провел их наверх. По тону Майка было очевидно, что ему не понравился внешний вид суперзвезд. Лари нисколько не удивилась. Она видела их фотографию на обложке самого популярного альбома группы, на которой все они были одеты в кожу, украшенную металлическими кнопками и цепями.

Лари шла по коридору, приближаясь к спальне Аниты, когда услышала гневные крики, раздающиеся из комнаты. Они прекратились, когда она оказалась у двери. Лари остановилась. Она подумала, что ей следует дать им еще немного времени, чтобы их бурный артистический темперамент немного остыл.

Внезапно дверь распахнулась, и из комнаты вылетел Ник. Его появление было так стремительно, что Лари пришлось отскочить, чтобы он не сбил ее с ног. Ник закрыл за собой дверь, а потом повернулся к ней. Он был в смокинге, но его черный галстук-бабочка развязался, а волосы свисали на лоб, словно он с кем-то подрался.

– Я не ушиб тебя?

Она едва успела ответить, как он схватил ее за руку и потащил за собой по коридору.

– Послушай, они смогут выступить только через некоторое время!

Лари вырвала руку и пристально посмотрела на него.

– Ты опаздываешь, а потом у тебя даже не находится времени поздороваться со мной. И это после того, как я не видела тебя много месяцев!

Она бросила взгляд в сторону двери.

– Что там происходит?

– Не обращай внимания, Лари! Важно то, что концерт у тебя состоится. Хорошо?

И он улыбнулся ей, словно умоляя ее тоже улыбнуться в ответ. Она смягчилась.

– Я чуть с ума не сошла, думала, что ты, может быть, вообще не приедешь…

– Я никогда не подвел бы тебя.

Он вел ее к лестнице.

– Когда они будут готовы к выступлению?

– Дай им час или два!

Она снова остановилась, встревоженная.

– Ник, если бы здесь была только молодежь, поздний концерт был бы как раз кстати. Но многие уйдут рано и сочтут, что зря потратили деньги, если я не предоставлю им все, что было обещано.

– Лари, ведь ребята только что сошли с самолета…

– Ну хорошо, позволь мне поговорить с ними!

Ник снова удержал ее за руку, прихватив одновременно и рукав кимоно.

– Нет, я сам. Я добьюсь того, чего ты хочешь, но… ты только не входи туда!

Она остановилась и снова взглянула на Ника. В его темных зрачках она увидела панический страх.

На этот раз, когда Лари вырвала у него свою руку, ткань на рукаве треснула и расползлась, но она все же продолжала идти вперед, решительным шагом направляясь в спальню, желая поскорее разобраться в ситуации.

Ник шел рядом с ней.

– Лари, ты не привыкла к таким людям. Пожалуйста, спустись вниз и позволь мне самому все уладить!

Не обращая на него внимания, она повернула дверную ручку, рывком распахнула дверь и большими шагами вошла в гостиную, примыкавшую к спальне Аниты.

Чего только она не воображала себе, судя по уклончивым ответам Ника: шумный скандал, разбитую антикварную мебель, которую невозможно отремонтировать… Но, к ее удивлению, на первый взгляд, все четверо в комнате отдыхали, и все стояло на своих местах. Однако кроме музыкантов в комнате были еще какие-то люди. На креслах, стоявших возле кофейного столика рядом с камином, развалились два молодых человека с длинными темными волосами. Они, по-видимому, принадлежали к группе «Стоун Тайгер». Но рядом с ними на полу сидели две блондинки. Музыканты сбросили рубашки. На одном из них были кожаные брюки, на втором – одни трусы. Девушки были в джинсах и маечках на бретельках. Одна из них держала коротенькую тонкую сигарету, а вторая запустила руку в бикини музыканта. Следующее, что отметила Лари, – это разноцветные капсюли, в беспорядке разбросанные на кофейном столике, и небольшая кучка какого-то белого порошка на куске алюминиевой фольги.

Хотя Лари не слишком пристально следила за миром рок-музыки, она знала о подростках-фанатах, пристающих к своим кумирам, и о пристрастии к наркотикам в богемной среде. Однако ей и в голову не приходило, что Ник позволит этим людям принести все свои пороки в ее дом.

Лишившись от гнева дара речи, она, сверкая глазами, смотрела на развернувшуюся перед ней сцену. Казалось, ее внезапное появление ничуть не испугало музыкантов и их подружек. Взглянув на Лари затуманенным взглядом, парень в кожаных брюках произнес: