Фронт без тыла (Записки партизанского командира) - Николай Афанасьев

17 января от Старой Руссы к Новгороду начала движение по железной дороге 8-я егерская дивизия, направленная из 16-й армии в поддержку правого фланга 18-й. 180 километров пути. Оттого, как быстро сумеет дивизия передислоцироваться, зависела оборона немцами Новгорода. Но все дороги - и железные, и шоссейные - на пути егерей были блокированы партизанами. С 19 января дивизия вынуждена была начать пеший марш, не одолев еще и половины предстоявшего ей пути. И все время подвергалась атакам партизан. Только к середине дня 21 января достиг цели... один батальон егерей. Когда же подтянулись остальные, причем еще и не все, Новгород был уже занят нашими войсками.

Аналогичным же образом сложилась судьба 12-й танковой и 58-й пехотной дивизий противника, которые в разное время были переброшены в помощь 18-й армии. Обе они прибыли к месту назначения так поздно" с такими потерями и так разобщенно, что оказать влияние на ход сражения не смогли{114}.

* * *

Советские войска продолжали бои, их продвижение вперед было неудержимым. Наступала пора непосредственных совместных действий партизанских подразделений и частей Красной Армии. Одной из крупнейших операций такого рода мне по приказу штаба довелось руководить на месте. Это был захват партизанами 11-й бригады райцентра и станции Оредеж.

Под ударами 59-й армии Волховского фронта, развивавшей наступление от Новгорода, правый фланг 18-й армии противника сминался, смещаясь к западу, в направлении Луги. В это же время 67-я армия Ленинградского, 8-я и 54-я армии Волховского фронтов в районах Тосно и Любани вбили в центр обороны гитлеровцев мощный клин и продолжали движение к юго-западу. К концу января войска Ленинградского фронта были уже на подступах к Толмачено, а части Волховского фронта подходили к станции Оредеж. Таким образом, на правом фланге 18-й немецкой армии явственно обозначилась угроза окружения мгинской и любанско-чудовской войсковых группировок противника.

Враг отводил свои войска в единственно возможном направлении: через поселок и станцию Оредеж на Витебской железной дороге. Выход 59-й армии Волховского фронта к Оредежу лишал противника пути отступления.

20 января командующий Волховским фронтом К. А. Мерецков и член Военного совета Т. Ф. Штыков утвердили "Соображения по организации взаимодействия между войсками и партизанами Волховского фронта". Они были разработаны нашей опергруппой совместно со штабом фронта. Важнейшее место в этом документе отводилось оредежской операции, в которой помимо подразделений 59-й армии должны были принять участие 2-й полк 5-й партизанской бригады и основные силы 11-й ЛПБ. План операции вкратце сводился к следующему.

По условному сигналу партизаны 5-й бригады захватывают станцию Передольская и удерживают ее до подхода 356-й Краснознаменной стрелковой дивизии. Таким образом Витебская железная дорога южнее станции Оредеж оказывается перерезанной, а возможность подтягивания к Оредежу войск с юга, от Батецкой, исключенной. На следующем, решающем этапе операции партизаны 11-й бригады захватывают Оредеж и также удерживают - до подхода 377-й дивизии. Мгинская и любанско-чудовская группировки противника оказываются в "мешке".

Я получил приказ Никитина руководить действиями партизан на месте. Операция была разработана очень тщательно, во всех подробностях, однако перед самым вылетом во вражеский тыл меня вновь вызвал к себе Мерецков и еще раз оговорил все подетально. Командующий фронтом считал оредежскую операцию важнейшей на то время. Он же назвал мне в ту встречу и условный сигнал к атаке: Ленинградское радио в своей широковещательной передаче для партизан и жителей оккупированных районов передаст сообщение о том, что наши войска в числе прочих заняли населенный пункт Почап, расположенный неподалеку от Оредежа. Вне зависимости от того, что произойдет на самом деле - займут его наши части или нет,- мы в 4.30 утра атакуем.

- Хорошо запомнил? - спросил командующий.- Почап. Это сигнал для тебя.

В ночь на 23 января на самолете ПО-2 я вновь пересек линию фронта. Сначала я должен был побывать во 2-м полку 5-й бригады, лагерь которого располагался рядом с озером Глухое. Еще прошлой ночью командир полка А. Ф. Тараканов во главе большей части своих отрядов был далеко от лагеря: проводилась очередная серия диверсий на дорогах. Но Тараканов имел постоянную радиосвязь с опергруппой и получил приказ вернуться на свою базу для приема самолета с важным сообщением. Днем он радировал, что движется к лагерю.

И все-таки, когда мы прилетели на место, посадочных огней на льду озера не обнаружили. Горело несколько костров в лагере - и все. Я понял, что Тараканов вернуться не успел.

Пришлось садиться вслепую, подсветив самим себе ракетой. Развернули самолет и стали ждать, не выключая мотора. Пилот с пистолетом в руке - в кабине, а я с автоматом наизготовку - немного в стороне от машины, чтобы лучше видеть и слышать. Чем черт не шутит: вдруг, пока Тараканов был в пути, его лагерь заняли немцы?

Приглушенно булькал на малых оборотах самолетный мотор, время тянулось томительно медленно. Наконец слышу - бегут. Остановил окриком. Свои.

Приказ об атаке Передольской я вручил начальнику штаба полка А. И. Сенкевичу. Дал ему все необходимые разъяснения. Договорились и о радиосвязи, которую сможем поддерживать по возвращении Тараканова.

Дальше мой путь лежал к озеру Черное, служившему аэродромом 11-й бригаде.

* * *

В ту ночь на Черном царило необычное оживление. Буквально один за другим садились и взлетали ПО-2 и Р-5, доставлявшие в бригаду вооружение и боеприпасы, а обратными рейсами увозившие в советский тыл раненых. Всем было ясно: что-то готовится, только что именно - никто пока не знал.

Меня встретили комбриг Н. А. Бредников и комиссар Ф. И. Сазанов. Вместе мы сразу же выехали в лагерь бригады.

Никаких конкретных указаний о готовящейся операции Ленинградский штаб по радио не передавал, Бредников получил только приказ сконцентрировать силы и сообщение о моем прибытии и полномочиях. Поэтому, приказав собрать штаб бригады, я прежде всего ввел товарищей в курс дела и предупредил о необходимости соблюдать самую строгую секретность в подготовке операции. Затем мы приступили к составлению уже детального тактического плана.

К этому времени бригада сумела сосредоточить в районе своего базирования далеко не все силы - полк Н. А. Волобуева и три отдельных отряда. Общая численность - около 600 бойцов. Полк А. И. Сотникова, имевший в своем составе столько же партизан, находился на задании, причем очень далеко, и в конце концов так и не успел, несмотря на полученный приказ, вовремя присоединиться к бригаде. Нам пришлось атаковать, имея почти десятикратный проигрыш в численности: 600 партизан против 5000 гитлеровцев.