Исламоведение - Э. Кулиев

Вернувшись в Казань по настоянию родителей, Баруди был избран имамом одной из соборных мечетей города. Получив возможность преподавать в медресе своего отца «Мухаммадийя» (заведение было названо в честь его отца, на чьи средства оно и было построено), он постепенно приобрёл огромную известность не только в Татарии, но и за ее пределами. Усилиями Баруди к началу XX века «Мухаммадийя» превратилась в одно из ведущих исламских учебных заведений России, в котором обучение продолжалось 12 лет (а с 1913 г. — 14 лет). При медресе функционировали курсы переподготовки сельских имамов.

Будучи одним из вдохновителей и идеологов обновленческого движения в российском исламе (джадидизма), Баруди посвятил свою жизнь пропаганде реформаторских взглядов и совершенствованию системы религиозного просвещения. Составленный им по новой методике букварь «Савадхан» («Начальная грамота») пользовался большой популярностью и в 1891–1915 гг. переиздавался 12 раз. Наряду с этим он занимался и общественно-политической деятельностью, входил в ЦК партии «Иттифак аль-муслимин» («Союз мусульман».).

В 1908 г. по обвинению в организации несанкционированных учительских курсов и «панисламизме» Баруди был сослан в Вологодскую губернию, но скоро добился разрешения выехать за рубеж и провёл ссылку в Аравии и Сирии. В 1910 г. он вернулся в Казань и, несмотря на трудности, продолжал заниматься просветительской деятельностью и спустя два года даже возобновил издание своего журнала «Ад-дин ва-ль-адаб» («Религия и воспитание»), основанного ещё в 1906 г.

В мае 1917 г. он был избран председателем (муфтием) Центрального духовного управления мусульман Внутренней России и Сибири и сохранил за собой этот пост после прихода к власти большевиков. Выдающийся татарский богослов, просветитель и общественный деятель Галимджан Баруди скончался от болезни в Москве, куда прибыл для организации помощи голодающим, и был похоронен в Казани на татарском кладбище.

Ризаэтдин Фахретдинов — муфтий сталинской эпохи. Видный богослов, историк, писатель и общественный деятель Ризаэтдин Фахретдинов (1859–1936) родился в деревне Кичучат Самарской губернии. Он обучился грамоте в медресе своего отца, а потом продолжил образование в соседней деревне Шелчелы. Там же началось его знакомство с творчеством татарских просветителей Габденнасыра аль-Курсави и Шигабутдина Марджани. В 1889 г. он был избран имамом в деревне Ильбак, а спустя два года переехал в Уфу, где занял пост шариатского судьи — кади.

Различая между кораническим учением и многовековыми культурными наслоениями, определявшими традиции мусульманских обществ, Р. Фахретдинов критиковал религиозный догматизм, отстаивал права женщин, призывал к реформированию системы семейного и школьного воспитания.

В 1906 г. он отказался от должности кади и переехал в Оренбург, чтобы предаться научным изысканиям и общественно-политической деятельности. Там он в течение многих лет занимался одновременно преподаванием в медресе и журналистикой, а в 1908 г. стал редактором журнала «Шура» («Совет»). Публицистические и научные статьи Р. Фахретдинова были посвящены поиску новых подходов к развитию мусульманского мира на основе синтеза религиозных ценностей и достижений современной науки. В то время как одни видели в его работах контуры возрождающейся мусульманской уммы России, другие усматривали в его деятельности опасность для «традиционного» ислама. В связи с этим некоторые кадимисты не упускали случая для того, чтобы оклеветать или дискредитировать учёного.

Среди многочисленных трудов Р. Фахретдинова особое, место занимают богословские сочинения, а также историографические трактаты «Асар» («Памятники») и «Замечательные люди», в которых освещаются жизнь и творчество мусульманских деятелей России и средневекового исламского мира соответственно. Отдельное сочинение было посвящено жизнеописанию выдающихся женщин мусульманского мира. Большой известностью пользовались его художественные произведения, написанные с целью пробуждения общественного и национального самосознания мусульман России.

В 1918 г., лишившись возможности заниматься общественной деятельностью, Р. Фахретдинов вернулся в Уфу и снова приступил к исполнению обязанностей кади. С конца 1921 г., после смерти муфтия Галимджана Баруди, он исполнял его обязанности, а в 1923 г. был официально избран муфтием мусульман Внутренней России и Сибири и до конца жизни занимал этот высокий пост.

В период торжества воинствующего атеизма Р. Фахретдинов, пользовавшийся большим уважением среди партийных руководителей и научной общественности, приложил немало усилий для защиты мусульманских устоев и смягчения позиции властей в отношении религии. После его смерти традиции избрания муфтиев в советском государстве был положен конец, и мусульман ожидали ещё бóльшие испытания.

Глава 11. Ислам в России

§ 1. Принятие ислама народами России

Начало распространения ислама на территории России. Знакомство коренных народов России с мусульманской верой началось в первой половине VII века. Присоединение Дербента к Арабскому Халифату в 642–643 гг. ознаменовало начало первого этапа распространения ислама на Северном Кавказе. К началу VIII века власть Халифата окончательно утвердилась в Дербенте и его окрестностях, а в 733–734 гг. по приказу арабского полководца Масламы там была построена одна соборная и семь квартальных мечетей. Дербент, или Баб-эль-Абваб («Врата врат»), как его назвали арабы за важное стратегическое положение города, запиравшего выход из прикавказских степей на Ближний и Средний Восток, превратился в крупный центр распространения ислама. В городе поселились учёные и проповедники, которые вели проповедь среди местного населения. Сила оружия не могла обратить в ислам гордые и свободолюбивые кавказские народы, но слово и убеждения возымели действие на их сердца. Одними из первых ислам приняли лезгины, табасаранцы, цахуры. Процесс ознакомления жителей Северного Кавказа с новой религией растянулся на многие века, и это подтверждает тот факт, что кавказские народы не были обращены в ислам насильственным путём.

Упрочение торговых и культурных контактов со странами Ближнего Востока во второй половине X века привело к началу нового этапа распространения ислама в Дагестане. В этот период добившиеся фактической самостоятельности местные правители начали помогать распространению ислама для усиления собственной власти. В XI–XIII вв. мусульманами стали агулы и лакцы, а в XIV–XV вв. — ногайцы, арчинцы, кумыки, аварцы и другие народности. Однако окончательное утверждение ислама в восточных областях Северного Кавказа произошло лишь к началу XV века, когда ислам практически вытеснил другие религиозные верования. К тому периоду в Дагестане широко распространился суфизм, который начал проникать сюда с X–XI вв.

На территорию Центрального и Северо-Западного Кавказа ислам начинает проникать примерно с X–XI вв. Ещё ближе с исламом народы этого региона знакомятся во времена господства Золотой Орды, а после её падения мусульманскими проповедниками здесь становятся крымские татары, ногайцы и лишь изредка — турки. Кабардинцы сыграли большую роль в окончательном обращении в ислам части осетин, а также карачаевцев и балкарцев.

В Чечне и Ингушетии ислам распространился сравнительно поздно. В XV–XVI вв. благодаря деятельности мусульманских купцов и ремесленников из Дагестана он проникает в чеченские селения. В XVI в. здесь сложилась местная письменность, основанная на арабской графике. К XIX веку практически полностью приняли ислам ингуши. Последний ингушский жрец Элмарз-хаджи (1766–1923) принял ислам в 1873 г.

В горных селениях Северного Кавказа до сих пор высоко чтят память тех, кто, согласно преданиям, внес большой вклад в донесение Священного Корана до местных народов. Распространены предания о шейхе Абу Муслиме, проповедовавшем ислам в Дагестане, Гази-Каландаре из Сирии, обратившем в ислам лакцев, выходце из карачаевских князей шейхе Абдаллахе Бухарачи. Могилы десятков учёных и суфийских шейхов сохранены и особо почитаются последователями суфийских тарикатов.

По мере утверждения норм мусульманского права Кавказские народы отходили от противоречащих Шариату обычаев, таких как захват имущества односельчан должника в обеспечение долга и лишение женщин наследства. Вместе с тем, ислам не вытеснил местные обычаи (адаты) полностью. На Северном Кавказе вплоть до начала XX в. параллельно существовал суд по адату и Шариату. По Шариату решались все дела, касающиеся религии, семейных отношений и наследования. Уголовные дела, общественные постановления и имущественные вопросы продолжали решаться по адатам.

Распространение ислама в Поволжье. Начало распространения ислама в Поволжье связано с Хазарским каганатом (VII–IX вв.), сфера влияния которого в период его могущества распространялась на все Среднее и Нижнее Поволжье. Мусульманские проповедники и купцы стали прибывать в государство хазар из Дагестана уже в конце VII века. Несмотря на то что в VIII в. хазарский правитель принял иудаизм и объявил его государственной религией, жители каганата широко пользовались религиозными свободами.