Кошачьи врата : Преданья колдовского мира. Кошачьи врата - Андрэ Нортон

— Впереди выход. Попробуй воздух… — и в слабом свете камня и рукояти она увидела, как он высунул кончик языка, как будто на самом деле пробовал зловонную атмосферу. Девушка последовала его примеру.

Там действительно что-то есть! Словно ей предложили чашу воды в центре пламени и ужасных испарений этого мрачного места. Девушка видела, что её спутник продолжает пробовать, воздух языком. К ней отчасти вернулись силы, и она смогла идти самостоятельно.

Устойчивый бой далёких барабанов и свистящий шум заполнили всё это место, и Келси показалось, что она теперь слышит голоса, поднимающиеся и опускающиеся в пении. Она даже определила направление, откуда эти голоса исходили, — справа от них. Корни продолжали ползти за ними, время от времени один или два пытались снова схватить своих прежних пленников. Но Йонану достаточно было показать им рукоять с полоской металла, и те отступали.

Через некоторое время Келси почувствовала, как каменная дорога у них под ногами поднимается, впереди показался какой-то бледный свет. Потом наступила неожиданная тишина. Барабаны и голоса смолкли, даже свист корней утих. Девушка снова попробовала языком воздух…

Свежесть по-прежнему ощущалась, но одновременно ноздри уловили запах грязи, влаги, ещё чего-то, что она не могла назвать. Впереди вполне мог быть выход, как считает Йонан, но там же их ждёт и опасность.

Келси взяла в руку свисавший на цепи камень и прижала ко лбу. Она не могла объяснить, почему сделала это: просто так казалось правильным.

И хоть глаза её были устремлены во тьму впереди, мысленно она увидела другую картину: плотную толпу уродливых существ, которых она мельком видела в пещере, освещённых огнём горящей клетки. Впереди стояли трое, они били кулаками в барабаны, которые зажимали меж колен. И они пели, оскаливая полные клыков челюсти. Нет, не пели — звали. Кого? Келси отшатнулась от этого знания, но не отпустила камень ото лба.

Красно-жёлтый туман заклубился впереди, втягиваясь во что-то, и превратился в нечто материальное. Келси ожидала увидеть лицо или же фигуру, но увидела знак, состоящий из точек и линий, рисунок, который почему-то подействовал на её сознание, и он предвещал большую опасность, чем горящая клетка. Девушка выпустила камень, но перед этим успела почувствовать, что тот, кто сделал этот рисунок, знает о ней, что они вовсе не освободились ещё из рук его слуг — фасов, а может, и гораздо более могучих союзников Тьмы.

Йонан продолжал идти вперёд, и Келси увидела, что всё его внимание устремлено к металлу на рукояти, как будто тот служил ему разведчиком и часовым. Равен ли металлу её камень?..

Камень вспыхнул, и вспышка заставила девушку снова разжать пальцы. Камень повис на цепи. На этот раз не корни показались из тьмы. Свет камня отразился от множества пар красных точек на уровне пола… глаза?..

— Расти, — нарушил молчание Йонан.

Целая река красных глаз разлилась на уровне пола, однако этот поток не пытался поглотить их, как вначале испугалась Келси. Казалось, новые обитатели темноты сами опасаются их, подобно фасам. Но они, хотя и не приближаясь, толпились впереди, отрезая дорогу к выходу во внешний мир. Девушка махнула цепью на всю длину и увидела, что цепь глаз дрогнула перед ней.

Послышался резкий хихикающий крик, он перекрыл шум барабанов. Поток расти расступился, оставив проход, по которому двинулось существо, более высокое и сильное, чем фасы, и гораздо более злобное, как определила Келси по мгновенно возникшему отвращению.

Тот же желтоватый свет, что исходил от верхушек частокола, загорелся снова; на этот раз его испускал конец стержня, который несло существо. В этом свете Келси увидела фигуру ростом с Йонана, но без кольчуги, вообще без одежды, покрытую шерстью.

Существо не шло, а прыгало, словно исполняло какой-то неведомый ритуал. Кривые волосатые ноги заканчивались копытами, расколотыми на половину длины, которыми существо небрежно пинало расти, отбрасывая их, визжащих, в стороны.

Существо согнуло спину, потому что из-за своего роста и ширины не могло идти прямо. Непристойно, дрожа, как испуганный зверь, свисал и раскачивался огромный живот.

А над согнутым телом с вспученным брюхом показалась голова, такая невероятная, словно два различных создания каким-то святотатственным заклинанием слились воедино. Голова была не мужская и не женская, но необыкновенно прекрасная, с застывшими чертами маски или статуи. И волосы — не жёсткая шерсть, как по всему телу, а шелковистый, ярко-рыжий поток тончайших нитей.

Но самым странным Келси показалось, что хотя глаза существа были закрыты, шло оно не как слепое, а словно повинуясь каким-то правилам, не имеющим отношения к зрению.

Келси почувствовала движение рядом с собой. Йонан развернулся к существу, одновременно плечом отстранив девушку. Камень снова засветился, и Келси чувствовала, как он черпает её силы.

— А, Толар. Что-то ты ныне расхрабрился. Или забыл Вархум за годы своего изгнания? — это зашевелились совершенной формы губы, закрытые глаза обратились к спутнику Келси.

— Толар мёртв, и уже давно, — мрачно ответил Йонан.

— Я не помню.

— Смертные! — существо покачало головой, в голосе её звучал чуть ли не смех. — Почему вы так боитесь того, что вам предлагают? Когда мы встречались в последний раз, ты был Толаром. И должен был ждать нового рождения по капризу Великой Силы. Но отказаться помнить, ах, Толар, какая это глупость! Стены Вархума были пробиты…

— Армиями Пласпера, — хрипло прервал Йонан. — А ты…

— Глаза и рот, а иногда и оружие более великого, чем вы, сторонники Света, можете предположить. Но когда-то я был одной с тобой крови.

Наступила тишина, прекратился даже шорох расти. Келси почувствовала, как вздрогнуло тело её спутника, теперь прижавшегося к ней.

— Вок? — это прозвучало скорее как вопрос, чем имя.

Прекрасные губы сложились в жестокую улыбку.

— Превосходно! Видишь, когда хочешь, ты можешь вспомнить! Не пытайся скрыться от памяти, Толар! Ты же знаешь, кто я такой… Назови меня по имени, раз уж осмелился вспомнить о Пласпере.

Снова Келси почувствовала, как дрожит Йонан. Но лицо воина, когда Келси взглянула на него, оставалось таким же спокойным, как у того, другого.

— Лорд Райн.

— Наконец-то! Но в те дни меня называли и другими именами, не так ли? Предатель, Изменник, Тёмный! По-твоему, я был всем этим, разве не так? Но, как видишь, мудрость моя возросла — и тогда я понял, что мы сражаемся не на той стороне — что сила будущего за Калринкаром. И потому… — фигура пожала согнутыми плечами, и снова лёгкая улыбка только на губах, — я остался жить…