Толковая Библия. Ветхий Завет. Пятикнижие - Александр Лопухин

Останавливаясь на месте первого видения Авраама (XII:6–7), на более или менее продолжительное время, Иаков, ввиду может быть недостатка свободных полей и недовольства жителей на пришельца, вынуждается купить подле Сихема участок земли у жителей города за 100 кесит. Qesitah, вероятно, обозначение единицы веса монеты (встречается, кроме данного места, еще в Нав XXIV:32 [887] и Иов XLII:11 [888]), равной, по предположению Гезениуса, 4 сиклям (100 кесит по Гезен. = 400 сиклям Авраама, XXIII:15–16). Переводы: LXX, Vulg., сирск., слав. читают: «100 агнцев» — перевод, в пользу которого можно привести лишь то общее соображение, что скот у древних некоторое время заменял деньги (откуда лат. pecunia от pecus). Если Авраам приобрел в Хевроне место погребения жене и себе, то Иаков в Сихеме приобретает поле для обитания на нем, чем и выражает веру в божественное обетование о наследовании Ханаана его потомством. После на этом месте погребены были кости Иосифа (Нав XXIV:32 [887]); в евангельское время (Ин IV:5–6 [564]) и даже теперь упоминается о колодезе Иакова близ Сихема.

20. И поставил там жертвенник, и призвал имя Господа Бога Израилева.

Подобно Аврааму, поставившему по прибытии в Ханаан жертвенник в Сихеме (XII:7), ставит здесь жертвенник и Иаков, призывая теперь Бога, как уже Бога Израиля, т. е. своего, а не только Бога отцов.

Глава 34.

1. Насилие Сихема над Диной.

1. Дина, дочь Лии, которую она родила Иакову, вышла посмотреть на дочерей земли той.

Описываемое в гл. 34 происшествие имело место не ранее, как через 8 лет после описанных в 33 гл. событий: Дина, родившаяся в конце второго семилетия службы Иакова у Лавана (XXX:21), здесь (34) является взрослой девушкой лет 16 (6–7 лет было ей при прибытии Иакова в Сокхоф, около 2 лет Иаков жил там и, след., около 8 — в Сихеме), равно как и Симеон и Левий — взрослыми юношами (ст. 5, 7). Несмотря на продолжительное пребывание в окрестностях Сихема, с жителями его семейство Иакова, по-видимому, не сообщалось, и, может быть, даже имела место некоторая неприязнь, которая в кровной мести Симеона и Левия выразилась со всею страшной силой, найдя в обесчещении Дины лишь предлог для себя. По Иосифу Флавию (Ant. I, 21), у сихемлян был праздник, во время которого Дина и пришла в город — посмотреть женские наряды. Мидраш осуждает Дину (и Лию) за то, что она вышла одетой подобно блуднице (Beresch. r. Par. 80, s. 391–392). Такое легкомыслие Дина наследовала будто бы от матери.

2. И увидел ее Сихем, сын Еммора Евеянина, князя земли той, и взял ее, и спал с нею, и сделал ей насилие.3. И прилепилась душа его к Дине, дочери Иакова, и он полюбил девицу и говорил по сердцу девицы.

Сихем, владетельный принц города, который от него получил и самое имя (ср. IV:17), воспламенился любовью к девушке и под влиянием страсти совершил насилие над нею. Не исключительно, что животной похотью, которая по удовлетворении переходит в противоположное чувство ненависти (ср. 2 Цар XIII:14–15 [889]), страсть Сихема не была. Напротив, он имел намерение вступить с нею в супружество и этой мыслью успокаивал и утешал Дину («говорил по сердцу», ср. L:21; Руф II:13 [890]).

4. Брачное предложение его Иакову и братьям Дины.

4. И сказал Сихем Еммору, отцу своему, говоря: возьми мне эту девицу в жену.5. Иаков слышал, что (сын Емморов) обесчестил Дину, дочь его, но как сыновья его были со скотом его в поле, то Иаков молчал, пока не пришли они.6. И вышел Еммор, отец Сихемов, к Иакову, поговорить с ним.

Сихем обратился с просьбой об устроении этого брака к отцу своему Еммору, Дину же, по-видимому, продолжал держать у себя в доме. Иаков с печалью услышал о бесчестии дочери, но из боязни пред Еммором и Сихемом не решался предпринять что-либо без сыновей своих, единоутробных с Диной, которых, как таковых, чувствительнее всего затрагивал позор их сестры (ср. XXIV:50 и д.).

7. Сыновья же Иакова пришли с поля, и когда услышали, то огорчились мужи те и воспылали гневом, потому что бесчестие сделал он Израилю, переспав с дочерью Иакова, а так не надлежало делать.

Еще и теперь у арабов изнасилование сестры считается большим позором для брата, чем даже осквернение жены для мужа. Имея в виду эту черту восточных нравов, Еммор обращается от имени Сихема с брачным предложением не к Иакову, а к Симеону и Левию, которые, между тем, пришли в сильнейшее раздражение при вести о позоре (nebalah, безумие, затем срамное бесчестие, Втор XXII:21; Суд XX:10 [891]; преимущественно грубое оскорбление целомудрия, 2 Цар XIII:12 [892], а потом и вообще тяжкое, противное основам теократии, преступление, Нав VII:15 [893]) сестры, в котором они усмотрели вопиющее нарушение права нравственного и общественного, нарушение, не извиняемое никакими мотивами («так не надлежало делать», ср. 2 Цар XIII:12 [892]). К страсти их присоединяется и справедливая ревность о чести и чистоте «Израиля», т. е. богоизбранного племени, чистоту крови которого «осквернил» (timme, ст. 5) иноплеменник необрезанный.

8. Еммор стал говорить им, и сказал: Сихем, сын мой, прилепился душею к дочери вашей; дайте же ее в жену ему;9. породнитесь с нами; отдавайте за нас дочерей ваших, а наших дочерей берите себе (за сыновей ваших);10. и живите с нами; земля сия (пространна) пред вами, живите и промышляйте на ней и приобретайте ее во владение.

Указывая на сильную любовь Сихема к Дине (дочь, bath, здесь, ст. 8, — сестра), Еммор предлагает семейству Иакову, кроме брака Сихема с Диной (8) еще: а) взаимные супружеские союзы (9) между сихемлянами и родом Иакова и б) беспрепятственное поселение на территории Сихема с правом гражданства и свободы всяких промыслов (10). Очевидно, Еммор предлагает семье Иакова полное слияние ее с его собственным народом. Такое слияние, независимо от тех внешних мотивов, по которым оно предлагается, было вообще не в целях истории спасения, и потому в последующем кровавом сихемском событии можно усматривать ту отрицательно-добрую сторону, что им предотвращено было пагубное исчезновение богоизбранной семьи Иакова в массе ханаанского населения. Кровожадный поступок Симеона и Левия этим, однако, не оправдывается.

11. Сихем же сказал отцу ее и братьям ее: только бы мне найти благоволение в очах ваших, я дам, что ни скажете мне;12. назначьте самое большое вено и дары; я дам, что ни скажете мне, только отдайте мне девицу в жену.

Сихем, страстно желая брака с Диной, в свою очередь обещает дать самый большой выкуп (mohar, ср. Исх XXII:16–17; Втор XXII:28–29; 1 Цар XVIII:25 [815]) и, кроме того, такой же подарок (mattan) — первый отцу (или в данном случае — братьям) невесты, второй — самой невесте, по обычаям древнего Востока.

13–29. Фанатическая месть Симеона и Левия.

13. И отвечали сыновья Иакова Сихему и Еммору, отцу его, с лукавством; а говорили так потому, что он обесчестил Дину, сестру их;14. и сказали им (Симеон и Левий, братья Дины, сыновья Лиины): не можем этого сделать, выдать сестру нашу за человека, который необрезан, ибо это бесчестно для нас;15. только на том условии мы согласимся с вами (и поселимся у вас), если вы будете как мы, чтобы и у вас весь мужеский пол был обрезан;16. и будем отдавать за вас дочерей наших и брать за себя ваших дочерей, и будем жить с вами, и составим один народ;17. а если не послушаетесь нас в том, чтобы обрезаться, то мы возьмем дочь нашу и удалимся.

На слова благонамеренной готовности на все условия мира Еммора и Сихема сыновья Иакова, именно единоутробные Дине Симеон и Левий, делают, по-видимому, благовидное предложение, но с лукавою целью (13): объявляя позором для себя вступать в близкие родственные отношения, они требуют от сихемлян поголовного обрезания всех мужеского пола членов населения, — по букве Быт XVII:10, 12. В предложении этом, конечно, нельзя видеть серьезного стремления сынов Иакова пропагандировать богоустановленный институт обрезания среди чуждых племен. Самое предложение обрезания не могло ни удивить, ни раздражить евеян: обрезание, по свидетельству Геродота, существовало издревле у египтян, финикиян и др., след., могло быть известно и у хананеян, которые в Библии обычно не называются необрезанными; скорее удивительно, что евеяне оставались необрезанными, когда, напр., сильное племя Измаила, несомненно, имело обрезание. О внутреннем значении и смысле обрезания сыновья Иакова ничего не говорят Сихему и Еммору.