Толковая Библия. Ветхий Завет. Пятикнижие - Александр Лопухин

body { font-family: "Times New Roman"; } title { font-family: "Verdana"; font-size: 110% ; hyphenate: none; } body[name="notes"] { font-size: 80%; font-family: "Calibri"; } cite > p { font-size: 90%; font-style: normal; font-weight: normal; text-align: justify; margin-left: 5%; margin-right: 5%; text-indent: 0px; } poem { font-size: 90%; text-align: left; margin-left: 10%; margin-right: 10%; text-indent: 0px; } text-author { font-size: 90%; text-align: right; font-style: italic; font-weight: normal; } p.descr { text-align: center; font-size: 80%; font-style: italic; margin-left: 10%; margin-right: 10%; hyphenate: none; text-indent: 0px; } p.comment { font-size: 80%; font-weight: bold; margin-left: 5%; margin-right: 5%; hyphenate: none; text-indent: 0px } religion_orthodoxy religion_christianity religion_rel Александр Павлович Лопухин Толковая Библия. Ветхий Завет. Пятикнижие

«Дать … любителям чтения Слова Божия пособие к правильному разумению Библии, оправданию и защите истины от искажения ее лжеучителями, а также и руководство к уразумению многих неясных в ней мест — вот цель настоящего издания».

Из аннотации к первому изданию «Толковой Библии» в журнале «Странник», Октябрь, 1903 г.

Настоящее электронное издание (OCR, правку, верстку, вычитку, организацию гипертекстовых ссылок) с помощью Божией выполнили: Олеся Маслова, Игорь Грушин, Владимир Шнейдер

Слава Богу за все!

Православие, Библия, Священное Писание, Апостолы, Петр, Павел, Новый Завет, Христос, соборные послания ru ru Владимир Шнейдер ООо Writer, FB Editor v2.0, XML Spy, FictionBook Editor Release 2.6 Июнь 2005, Январь 2008 Олеся Маслова, Владимир Шнейдер OOoFBTools-2012-10-12-18-18-32-472 2.1

Версия 2.1 — объединение 5 книг "Пятикнижия" в один файл.

Второе издание. Институт перевода Библии. Стокгольм. 1987.Издание исправленное и дополненное, 2003 год.

Толковая Библия

или комментарий на все книги

Священного Писания

Ветхого и Нового Заветов

А. П. Лопухина.

Бытие.

Понятие о Библии.

Со словом «Библия» у нас соединяется представление об одной большой книге, заключающей в себе все Священное Писание как Ветхого, так и Нового Завета. Но, в сущности, это не одна книга, а целый, строго определенный Церковью сборник священных книг, написанных в разное время, в разных местах и с различными целями и принадлежащих или богодухновенным (книги канонические), или только богопросвещенным мужам (книги неканонические).

Такой состав и происхождение Библии открывается уже из истории самого термина — «Библия». Он взят с греческого языка от слова βίβλος, что значит «книга», и употреблен во множественной форме τά βιβλία от единств, уменьшительного — τό βιβλίον, означающего «небольшую книгу», «книжечку». Следовательно, τά βιβλία буквально означает собой целый ряд или собрание таких небольших книг. Ввиду этого св. Иоанн Златоуст толкует это слово как одно собирательное понятие: «Библия, — говорит он, — это многие книги, которые образуют одну единую».

Это коллективное обозначение Священного Писания одним собирательным именем несомненно существовало уже и в ветхозаветный период. Так, в своей подлинной греческой форме τά βιβλία встречается в первой Маккавейской книге (1 Мак XII:9 [18]), а соответствующий сему еврейский перевод дан у пророка Даниила (Дан IX:2 [19]), где произведения Священного Писания обозначены термином «Гассефарим» (евр. ???), что значит «книги», точнее — известные определенные книги, так как сопровождаются определенным членом — «га» (???). [1]

В период новозаветной истории, по крайней мере на первых его порах, мы еще не находим слова «Библия», но встречаем целый ряд его синонимов, из которых наиболее употребительны следующие: «Писание» (ή γραφή Лк IV:21 [20]; Ин XX:9 [21]; Деян XIII:32 [22] (???); Гал III:22 [23]), «Писания» (αί γραφαί — Мф XXI:42 [24]; Лк XXIV:32 [25]; Ин V:39 [26]; 2 Пет III:16 [27]), «Святые Писания» (γραφαί αγίαι; — Рим I:2 [28]), «Священные Писания» (τά ίερά γράμματα — 2 Тим III:15 [29]).

Но уже у мужей апостольских, наряду с только что перечисленными названиями Священных Писаний, начинает встречаться и термин τά βιβλία [2] Однако во всеобщее употребление он входит только со времени известного собирателя и истолкователя Священного Писания — Оригена (III в.) и особенно святого Иоанна Златоуста (IV в.).

От греческих авторов такое собирательное обозначение Священного Писания перешло и к латинским писателям, причем множественная форма среднего рода τά βιβλία окончательно получила здесь значение единственного числа женского рода bіblіа. Это последнее наименование, в его латинской форме, перешло и к нам в Россию, благодаря, вероятно, тому обстоятельству, что наши первые собиратели славянской Библии стояли, между прочим, и под влиянием латинской Вульгаты.

Главной чертой, отличающей Священные Писания «Библии» от других литературных произведений, сообщающей им высшую силу и непререкаемый авторитет, служит их богодухновенность. Под ней разумеется то сверхъестественное, божественное озарение, которое, не уничтожая и не подавляя естественных сил человека, возводило их к высшему совершенству, предохраняло от ошибок, сообщало откровения, словом — руководило всем ходом их работы, благодаря чему последняя была не простым продуктом человека, а как бы произведением самого Бога. По свидетельству святого Апостола Петра, «никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым» (2 Пет I:21). У Апостола Павла встречается даже и самое слово «богодухновенный» и именно в приложении к Священному Писанию, когда он говорит, что «все Писание богодухновенно» (θεόπνευστος: 2 Тим III:16 [30]). Все это прекрасно раскрыто и у отцов Церкви. Так, святой Иоанн Златоуст говорит, что «все Писания написаны не рабами, а Господом всех — Богом»; а по словам святого Григория Великого «языком святых пророков и апостолов говорит нам Господь».

Но эта «богодухновенность» Священных Писаний и их авторов не простиралась до уничтожения их личных, природных особенностей: вот почему в содержании священных книг, в особенности в их изложении, стиле, языке, характере образов и выражений мы наблюдаем значительные различия между отдельными книгами Священного Писания, зависящие от индивидуальных, психологических и своеобразных литературах особенностей их авторов.

Другим весьма важным признаком священных книг Библии, обусловливающим собой различную степень их авторитетности, является канонический характер одних книг и неканонический других. Чтобы выяснить себе происхождение этого различия, необходимо коснуться самой истории образования Библии. Мы уже имели случай заметить, что в состав Библии вошли священные книги, написанные в различные эпохи и разнообразными авторами. К этому нужно теперь добавить, что наряду с подлинными, богодухновенными книгами появились в разные эпохи и не подлинные, или не богодухновенные книги, которым, однако, их авторы старались придать внешний вид подлинных и богодухновенных. Особенно много подобных сочинений появилось в первые века христианства, на почве евионитства и гностицизма, вроде «первоевангелия Иакова», «евангелия Фомы», «апокалипсиса Апостола Петра», «апокалипсиса Павла» и др. Необходим, следовательно, был авторитетный голос, который ясно бы определял, какие из этих книг, действительно, истинны и богодухновенны, какие только назидательны и полезны (не будучи в то же время богодухновенными) и какие прямо вредны и подложны. Такое руководство и дано было всем верующим самой Христовой Церковью — этим столпом и утверждением истины — в ее учении о так называемом каноне.

Греческое слово «κανών», как и семитское «кане», означает первоначально «тростниковую палку», или вообще всякую «прямую палку», а отсюда в переносном смысле — все то, что служит к выпрямлению, исправлению других вещей, напр., «плотницкий отвес», или так называемое «правило». В более отвлеченном смысле слово κανών получило значение «правила, нормы, образца», с каковым значением оно встречается, между прочим, и у Апостола Павла: «тем, которые поступают по сему правилу (κανών), мир им и милость, и Израилю Божию» (Гал VI:16 [31]). Основываясь на этом, термин κανών; и образованное от него прилагательное κανονικός довольно рано начали прилагать к тем священным книгам, в которых по согласному преданию Церкви видели выражение истинного правила веры, образца ее. Уже Ириней Лионский говорит, что мы имеем «канон истины — слова Божии». А святой Афанасий Александрийский определяет «канонические» книги, как такие, «которые служат источником спасения, в которых одних предуказуется учение благочестия».