Дело о неприкаянной душе - Сергей Садов

– Сынок!!! – Из переулка выскочил Виктор Николаевич с чемоданом. Он подскочил к сыну и отпихнул его себе за спину. Потом швырнул чемодан под ноги главарю. – Вот ваши деньги и убирайтесь! Оставьте нас в покое! – Ну, какое трогательное зрелище. Вся семья в сборе. Был бы сентиментальный, обязательно прослезился. Тут я заметил кое-что и хмыкнул. Действительно вся семья. Над головой Алеши парило привидение его матери. Явно, Альена постаралась. Иначе самостоятельно ему сюда было не добраться. Зачем только, непонятно. Привидение же, грозно выставив кулаки, пыталось закрыть собой сына. Правда, безуспешно.

– Какая картина! – восторженно протянул я.

– Эзергиль! – рявкнула Альена. – У тебя вообще, что-нибудь святое есть?!!

– Святое? – Я задумался. – Жареная картошка с котлетой и кетчупом. Что еще? Грибы под майонезом…

– Эзергиль!!!

– А-а? Сама спросила.

Альена грозно нахмурилась и огляделась в поисках чего-нибудь тяжелого. Позади захлопал в ладоши Ксефон.

– Какое трогательное зрелище.

Нет, этот тип точно никогда не поумнеет. Альена тут же перенесла свое внимание на него. А это, когда Альена находится в таком э-э… рассерженном состоянии, по меньшей мере, опасно. В следующее мгновение Ксефон от чувствительного тычка влетел в кусты и, проломив в них дорожку, скатился в овраг.

– Да я тебе сейчас!!! – рассвирепел он, пытаясь выбраться из ямы. Совсем ума лишился. Забыл с кем имеет дело. Впрочем, я оказался не лучше. Вместо того чтобы предоставить разбираться Альене, для которой этот герой — тьфу, вылез сам и встал перед разгневанным Ксефоном.

– Попробуй сначала со мной, – посоветовал я.

Ксефон попятился.

– Тили-тили тесто, – уже не так грозно буркнул он.

– Вот что, герой. Давай решим наш спор, как полагается добропорядочным чертям.

Ксефон подозрительно оглядел меня, подозревая подвох.

– Это как?

– Спором, конечно. Давай заключим пари. Если я провалю зачет по летней практике, то я целый месяц выполняю все твои желания. Естественно, только те, которые вообще реально выполнить. Ну, а если я зачет все-таки сдаю, то извини. Выполнять желания будешь ты.

– Эзергиль! – Альена вылезла передо мной. – Ты хоть постыдись! Как тебе не стыдно?!!!

Я аккуратно отстранил девочку.

– Альена, прошу тебя. Это наши внутренние чертовы дела. Ты не можешь вмешиваться в это.

Альена сердито уставилась на меня. Потом фыркнула.

– Вы все идиоты там, в аду.

– Еще какие, – согласился я. – А ты вот пообщайся с разными грешниками. Посмотрю, чего ты от них нахватаешься. А ведь черти такими добропорядочными были раньше…

Девчонка демонстративно от нас отвернулась. Вмешиваться в этот спор она действительно не имела права. И прекрасно это знала. Однако от попытки предотвратить спор не отказалась.

– Я тебе очень советую подумать, – кинула она через плечо Ксефону.

Зря сказала. Ксефон никогда не прислушается к ангелу. Из чистого упрямства. А зря. Ангелы никогда плохого не посоветуют.

– Ты в самом деле уверен, что тебе удастся удержать мальчишку? – усмехнулся Ксефон. – Его последние действия указывают, что он искренне готов помочь всем. Даже в ущерб себе.

Я пожал плечами.

– Еще не вечер.

– Ну, тогда держись. – Ксефон протянул руку. Я ее пожал.

– Сделка заключена. – Я быстро вытащил из воздуха договор с условиями спора, подписал и протянул его Ксефону. Тот засопел. Подобный трюк он делать не умел. Однако договор принял и въедливо прочитал каждый пункт. Хотя чего читать? Там их всего два. Потом подписал. Я хлопком отправил его договор директору школы. После чего молча развернулся и скрылся в мороке. Альена сердито хмыкнула. Собралась было гордо отвернуться, мол, не очень-то и нужен ты мне тут, но не успела. Я высунул руку, ухватил девчонку за плечо и втащил в морок. Та только пискнуть успела.

– Долго ты еще тут торчать собралась? – поинтересовался я и, не дожидаясь ответа, прямо сквозь заборы и дома по прямой зашагал в сторону эпицентра событий. «Бомба всегда попадает в эпицентр», вспомнил я и хмыкнул. Значит, Алеша и есть бомба, ибо там где он, там эпицентр.

Альена что-то сердито крикнула мне вслед. Но тут же поняла, что опять осталась одна и бросилась за мной.

– Ты настоящий черт! – сердито бросила она мне. – Обманул Ксефона. А ведь его, убогого, грех обманывать.

– Грех – это по вашему ведомству, – буркнул я. – А он такой же черт, как и я. Вот скажи, ты как ангел имеешь что-нибудь против обмана черта?

Альена озадаченно уставилась на меня. С такой точки зрения она на проблему не смотрела.

– Все равно я не одобряю обман.

– Ну и не одобряй. Кто тебя заставляет? Главное, не вмешивайся.

– Черт, – процедила Альена сквозь зубы и отвернулась.

Я же подошел к компании и остановился позади Алеши. Тот стоял рядом с отцом и с нескрываемым удивлением смотрел на него. Мне показалось или в его глазах действительно была гордость за отца? Вот удивительно. Никогда бы не подумал. А что нужно-то? Всего лишь вмешательство талантливого и умного черта. Ну, и ангела в помощь. Рядом с Виктором Николаевичем в рядок выстроились священник, его командир, трое сослуживцев и Григорий Иванович. Напротив стояли бандиты. Чуть в стороне прохаживался растерянный Ленчик. А вокруг стояли люди – соседи художника. Всем было ясно, что это молчаливое противостояние бандиты проиграли. Понимали это и они. Но никак не могли придумать способ уйти и сохранить лицо.

– Что вам еще надо? – вежливо поинтересовался командир отца Федора. – Деньги получили? Так идите.

Главарь в конце концов понял, что пора что-то делать. Или так стоять можно было до второго пришествия. Он молча подхватил чемодан и раскрыл его. Присвистнул. Потом махнул рукой своим. Вся компания быстро расселась по машинам и унеслась, оставив растерянного Ленчика. Теперь уже на него смотрели все. Алеша высунулся из-под руки отца и тоже смотрел на милиционера. Под этими всеобщими взглядами тот чувствовал себя очень неуютно. Тут вперед вышла Альена. Понятно, ее никто видеть не мог, но присутствие ангела – это как огонек в ночи. Не почувствовать его присутствие невозможно. Люди как-то даже посерьезнели. И словно волна тепла прокатилась по округе, Ленчик поежился. В каждом взгляде окружающих ему виделось презрение. Ему казалось, что все вокруг знают все о его преступлениях, обо всех его грехах и грешках. И эти окружающие люди казались ему героями, сошедшими с полотен. Он втянул голову в плечи, словно стараясь спрятаться от всех. Сгорбившись, зашагал к машине, ускоряя шаг. Под конец он уже бежал. Молоденький стажер проводил своего шефа недоумевающим взглядом и побежал за ним. Ленчик же, словно вспомнив, что одной рукой управлять машиной не сможет, замахал здоровой рукой своему подопечному. Тот молча запрыгнул на водительское кресло. Машина рванула с места и вскоре исчезла за поворотом.