Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

— НЕТ, — твердо выплюнула я ему прямо в лицо.

— Распахни халат! — прозвучал очередной приказ Хесуса.

Я растерялась, не зная, как реагировать на это. Видя, что я медлю, мексиканец направил на меня пистолет. Теперь я вообще не могла двигаться. Могла только смотреть неотрывно в его горящие, чернющие глаза. А на меня оттуда смотрела сама смерть.

5. Ольга

Хесус выстрелил. Расстояние между нами было невелико. В ушах зазвенело, в глазах потемнело от ужаса. Позади меня что-то с шумом грохнулось об пол. Я нервно сглотнула, стараясь фокусироваться не на черном кругляшке дула, а на лице мужчины.

Он не мог промахнуться, я была уверена. Пугает меня. Получилось хорошо.

Свозь очередную истерику женщины, я отчетливо услышала плачь дочери, и мое сердце сжало новым спазмом. Хесус тоже его услышал, и ухмыльнулся шире.

— Mi querida Helga, eres valiente (моя дорогая Хельга, ты смелая)! — воскликнул мексиканец.

— Я нихрена не понимаю, что ты там квакаешь! — ответила я Хесусу по-русски в свою очередь.

Мужчина запрокинул голову и расхохотался. Мои мысли были далеко отсюда — в спальне Вари. Мое сердце рвалось туда. Детский плач, истерика девушки, смех Хесуса все стихло в один момент.

— А так? — Хесус приставил пистолет к голове своей сексуальной игрушки.

— Нет, — наконец подала голос девушка. — Пожалуйста!

— Хочу смотреть на тебя, пока она сосет! — сказал Хесус, как будто от того, что он объяснил мне свои мотивы, я разденусь скорее. — Ты мне понравилась! Я только посмотрю! Ты же мне веришь?

Блядь, ну конечно! Как себе! Жалко девку? Да, черт побери! Этот урод не шутит. Пустит ей пулю туда, куда только что совал свой член. А если он не просто посмотрит? Что если через минуту на месте перепуганной до смерти девушки уже буду так же стоять я? Помощи и защиты ждать не откуда.

Хесус нетерпеливо задергал ногой.

— Я тоже хочу на тебя посмотреть! — стараясь, чтобы мой голос не дрожал, сказала я мужчине. — Отпусти ее, — кивнула я головой на девушку. — Я распахну халат, а ты на меня подрочишь. — Я увидела, как огонь в глазах Хесуса вспыхнул с новой силой. Играть с этим огнем было неразумно и очень опасно. Еще шажок, еще слово, и он загнет меня на этом диване. — Сделаешь это для меня, Иисус?

— Хесус! — поправил меня мужчина.

— Иисус, — повторила я, и мужчина усмехнулся, сдавшись.

С произношением у меня были явные проблемы, поэтому он не стал поправлять меня еще раз. Я облизнула губы и потянула за пояс халата, следя за его реакцией.

Хесус перестал улыбаться и отпихнул от себя девушку той рукой, которой держал пистолет. Теперь, когда она перестала загораживать мужчину, его член был как на ладони. Я мазнула по нему взглядом и продолжила смотреть Хесусу в лицо.

Член, как член. Я два года не видела эту мужскую достопримечательность, но на гордость Хесуса смотреть не горела желанием. А там прям гордость, судя по размерам!

Мужчина обхватил член свободной рукой и уставился на меня в немом ожидании. Я была так напугана, что не испытывала неловкости от своего неожиданного вынужденного обнажения. Я стеснялась своей расплывшейся после родов фигуры. Килограммов шесть-семь мне не помешало бы сбросить.

Хесус был иного мнения насчет моей фигуры, потому что, когда я распахнула халат, мексиканец начал лопотать что-то на своем с таким восторгом и восхищением, что было и без переводчика понятно, как сильно я ему нравлюсь. Кожу пекло от того, как он смотрит. Грудь заныла, соски напряглись и стали твердыми, как горошины. Меня это заводит? Он нет, только ситуация. Адреналиновый всплеск. Держу пари, этот горячий мучачо в постели просто бог. И он об этом знал, потому и вел себя так самоуверенно.

Я не чувствовала ни брезгливости, ни отвращения, рассматривая напряженное лицо Хесуса, только усталость, после эмоционального всплеска.

Мексиканец наяривал свой член, не сводя с меня глаз, а я думала о том, когда это все уже закончится. И закончится ли?

Алонсе — кусок говна! Он поплатится за то, что я сейчас испытываю. Он настолько боится этого мужика, что готов свою жену под него подложить? Ох, сука! Я убью его!

Это был первый раз, когда я задумалась об убийстве мужа, и уж не последний.

С громким рычанием Хесус обкончал наш ковер в гостиной и убрал член в брюки. Выглядел он довольным, я бы даже сказала, счастливым. Ковер придется сжечь. Жаль, он мне очень нравился.

Я запахнула халат, завязала пояс потуже и поднялась с дивана. Теперь он меня отпустит? Я надеюсь.

К нам вернулся Алонсе. Один, без Жака. Очень, сука, вовремя!

— Прощай, Иисус! — бросила я и развернулась, чтобы уйти.

Нужно это сделать с достоинством и как можно скорее, пока он не опомнился.

— Погоди, — остановил меня муж. — Забери ее с собой, — он кивнул на девушку.

— Что мне с ней делать?

— Будешь за ней присматривать, — ответил за моего мужа Хесус. — Я слышал вам нужна была няня?

Няня? Он в своем уме? Думает, после всего этого я подпущу ее к ребенку?

— Пошла! — Алонсе подтолкнул девушку ко мне.

Хесус подошел ко мне так близко, что я почувствовала его запах. Пряный, волнующий и горячий, как и он сам. Он в свою очередь тоже понюхал меня, шумно втянув воздух за моим ухом. Он не касался меня, просто стоял рядом, но это пугало и бесило не меньше.

— Мы скоро увидимся, Хельга, — тихо сказал Хесус. — Мы познакомимся поближе, и ты перестанешь меня бояться.

Что он имеет в виду? Что значит «поближе»? Это значит, что в следующий раз он трахнет меня?

Нужно выяснить у своего муженька, что это за мексикансий хер и почему он позволяет ему так себя вести в его доме, с его женой. А пока что мне нужно свалить отсюда и выполнить порученное мне дело.

— Как тебя зовут? — спросила я у девушки, которая пошатываясь поплелась за мной следом.

— Надин, мадам! — тихо ответила она. — Спасибо, что спасли мне жизнь! Он…

— Потом поговорим, — оборвала я ее на полуслове. — Нам всем нужно успокоиться.

Девушка, наверняка, тоже кое-что знает про этого ХеРсуса. Чуть позже я ее непременно допрошу, а пока мне нужно убедиться, что с дочкой все в порядке.

6. Ольга

В обществе дочери я немного успокоилась. Стаканчик виски был бы весьма кстати, но напиваться с утра матери годовалой малышки не к лицу. Сука, впервые захотелось покурить.

Не буду! Муки отвыкания не стоят ни одной затяжки!

Только ближе к обеду, уложив Варю спать, я решилась выяснить у Алонсе, что за утренний пиздец случился в этом доме. Быть может уже сегодня вечером нас всех ждут другие удивительные приключения?

Я нашла мужа в его кабинете. Не постучавшись и не дожидаясь приглашения, я решительно вошла.

Алонсе сидел за компьютером, задумчиво подперев рукой подбородок.

— Что это было, Алонсе? — с порога набросилась я на него. — Кто этот Иисус?

— Хесус, — поправил меня Алонсе и замолчал.

— Да похер! — перешла я на русский. — Ты расскажешь мне в чем дело?

— Не лезь! — так же по-русски ответил мой муж. — И не смей больше трясти сиськами перед ним, как последняя блядь!

Я задохнулась от возмущения.

— А что мне оставалось делать? Ты сам ему это позволил! Ты боишься его что ли? — Алонсе не ответил, только поджал губы. — Отвечай, мать твою! Я не собираюсь такое терпеть! Мне твоего любименького Жака хватает!

— Я разберусь! Больше ни слова!

— А что это за баба, которую я должна пасти?

— Пасти? — Этот ублюдок не понял, что я имела в виду.

— Присматривать, — поправилась я.

— Это жена моего бывшего партнера. Вдова. Она пока поживет у нас, пока не решатся некоторые вопросы. Пусть пока пасет Варю.

— Ты ебанулся, если думаешь, что я подпущу ее к дочери!

— Уходи!

— Я…

— Пошла вон!

Алонсе подскочил из кресла и в запале начал тыкать пальцем на дверь.

Сука, как он меня взбесил!