Совенок. Путь к трону. Пятая часть - Екатерина Александровна Боброва

с вами взрослые, ценящие время люди. Давайте, не будет просто так жечь огонь, — предложил он после паузы.

— Хорошо, — кивнул принц, посмотрел на присутствовавшую в ложе супругу лорда и спросил: — Мы можем поговорить наедине?

Какое-то время они сидели молча, наблюдая за прыжками вальшгаса по скалам.

— Хорошо идет, — одобрил Харт, — вы его отлично натренировали. Скажите, лорд Чальс, чтобы вы сказали, если бы я попробовал сейчас убить вашего вальшгаса?

Лорд вздрогнул, настолько резок был переход от благожелательного тона до вымораживающего внутренности.

— Просто так, ради удовольствия? — продолжал давить принц.

— Я бы, — лорд облизал пересохшие внезапно губы, мысли внутри заметались и его самообладание дало трещину, — попытался вам помешать.

— А знаете, чем больше всего дорожит корона? — повернулся к нему Харт, и лорд был вынужден тоже развернуться, хотя смотреть в глаза этому страшному человеку ему совсем не хотелось. — Огнем родных, — ответил принц. — А вы решили, что можете на него покуситься. Очень недальновидно с вашей стороны.

— Но когда? Как? — забеспокоился Чальс, поймал насмешку в глазах Третьего и сник. — У вас есть доказательства? — спросил глухо.

— Иногда достаточно и намека, — улыбнулся ему Третий, и от этой улыбки лорд ощутил, как внутри кровь стынет в жилах. — На Зимнем балу Майре будет дарован титул принцессы и объявлено, что корона целиком и полностью одобряет ее брак с Шестым.

— Она же ребенок! — не сдержался Чальс. — Вы не даете ей шанс передумать?

— Я бы советовал многим поучиться верности у Майры, — многозначительно заметил Харт, и лорд понял, что этот выпад в его сторону.

— Быстро же вы начали меня подозревать, — проворчал он, пытаясь понять, где именно прокололся. Неужели убийца вывел на него? Но говорили, что он мертв.

— А мы вас никогда и не переставали подозревать, — радостно улыбнулся ему Третий, вызвав у лорда приступ головной боли, — еще когда выяснили, что именно ваши земля граничат с обнаруженным месторождением слез калкалоса и это ваш отец обратился к имперской компании «Аштегльс» с предложением проверить участок на наличие жил. Тогда короне удалось наложить запрет, но кто сказал, что вы не забыли о данном источнике дохода? При условии плачевных финансовых дел у вашей семьи?

— Что вы хотите? — глухо спросил лорд, едва сдерживая бушевавшую внутри досаду.

— Ваш старший сын сейчас путешествует по материку, а младшего вы перед играми отправили на учебу в Шакри-нару. Должен сказать, этим вы меня и заинтересовали, так что я попросил кое-кого из Такии перехватить корабль и задержать вашего сына.

— Что⁈ — лорд рванул воротник рубашки, расстегивая пуговицы.

— Не волнуйтесь, пока вы сотрудничаете, он в безопасности, — заверил благожелательно Третий. — Кстати, молодой человек высказал пожелание закончить учебный год в родной академии, а на следующий пройти практику в Такии. Вы же знаете, у них довольно сильный воздушный факультет. Корона, конечно, поддержит его желание. Мы вообще за свободу выбора места учебы.

Лорда перекосило, он хватанул ртом воздух.

— Как вы смеете⁈ — вскочил.

— Как вы смеете, — Третий тоже поднялся, — выращивать «Петлю менталиста» и использовать ее на ребенке⁈ Думаете, после такого мы пожалеем вашего?

Лорд рухнул обратно, прикрыл ладонью глаза и простонал:

— Что вам нужно?

— Вот это уже разговор, — Харт тоже вернулся на стул. — Поверьте, нам есть, что обсудить.

Глава 23

Дворец гудел, сверкая, словно обсыпанная блестками елка. Коридоры завьюжило хохочущими снежинками, призрачные вальшгасы носились по потолку в красных колпаках, оглашая воздух густым: «Хо-хо-хо». Сотканные из светящихся узоров елки брали гостей в плен, не отпуская без стишка или песни. После пары неудачных экспромтов — министр иномирной торговли обладал на редкость дурным, вдобавок еще и громким голосом и кроме неприличной песни про сгоревшую одежду на красотке не смог ничего вспомнить — кто-то придумал откупаться от обнаглевших елок конфетами. Дети были счастливы.

Летали под потолком призрачные птицы с янтарно-желтыми глазами, обсыпая «счастливчиков» ворохом серебристых блесток и соревнуясь с вальшгасами по доставке посланий. Световики щеголяли в разноцветных колпаках, зеркала же отражали гостей, коварно меняя лица на морды животных.

— Мне кажется, — Харт выплюнул попавшую в рот блестку, не удержался, погрозил пальцем удалявшейся по коридору белоснежной птице, — зря мы их на Землю отправили. Это же зараза, а не мир! Я не против веселья на Зимних праздниках, сам в детстве любил снежинки дамам под подол пускать, но всему есть предел! — и Харт поймал свое отражение в зеркале. Отражение похабно подмигнуло мордой лизра. Иллюзия была столь талантлива, что Харт едва удержался проверить, не выросло ли у него пары лишних глаз с мохнатыми ресницами.

Найти бы шутника, — подумалось ему с раздражением, да привлечь к более стоящим делам — тут же проснулось злорадство. Но искать было затруднительно. После того, как команда Аля побывала всем составом на Земле, зараза в виде рассказов, снимков и книжек с картинками со скоростью пожара расползлась по академии. Запрет на посещение мира без магии лишь добавил интерес, да и возросшая популярность Шестого сыграла свою роль. Одна надежда, что к следующему году дурное увлечение молодежи сойдет на нет, а то некоторые подданные уже проявляли недовольство миром ассары. Ну а кому нравится наблюдать в зеркале вместо себя красивого вечно унылую морду лойса?

Фильярг отряхнул с плеча блестки, вытащил пару застрявших в волосах и заметил с ностальгической улыбкой:

— Пусть развлекаются, не в старости же им зеркала магичить? А помнишь, как в отпуске ты влетел головой в сугроб, катаясь на лыжах, и мы дружно тебя откапывали? Или как детвора оживила снеговика и отправила его бродить по деревне?

Харта передернуло. Тот снежный, холодный, богатый на алкоголь и сумасшествие летний отпуск он еще долго вспоминать будет.

Елки