Полет Пустельги - Сергей Дмитриевич Трифонов

мне самому пришлось оказаться в эпицентре политических страстей. Приземлившись вечером в середине октября на аэродром, я с моим бортинженером Цинтлем осмотрели самолет и попросили главного инженера аэродрома заправить машину. Когда Гитлер и сопровождавшая его свита уехали, самолет был тут же взят под охрану отрядом штурмовиков. Мы с Цинтлем тоже отправились отдыхать. Ночью спал плохо. Часто просыпался. Одолевали тревожные чувства. Дело в том, что и ранее в Кёнигсберге у нас постоянно возникали проблемы с аэродромным персоналом, который в большинстве своем был агрессивно настроен против НСДАП. И на это раз все повторилось, но в более обостренной форме.

Утром, прибыв на аэродром, мы обнаружили машину незаправленной. Я направился к главному инженеру и потребовал объяснений. Тот в смущении объяснил причину. Техники отказались подгонять заправщик, увидев охрану из штурмовиков. Никакие увещевания не помогли. Я сам пошел к обслуживающему персоналу. Техники встретили меня недружелюбно. Один из них в вызывающей форме объявил: пока не будут убраны штурмовики, они и пальцем не пошевелят, и обслуживать нацистский самолет не станут. Я попытался им объяснить, что самолет принадлежит компании Люфтганза, а не является собственностью НСДАП. Он просто зафрахтован. Мне пришлось отдать приказ штурмовикам покинуть аэродром. Но и тогда техники ничего не стали делать. Тогда я предупредил их о том, что вызываю бензовозы фирмы «Шелл», заправляю нашу машину и заливаю весь аэродром бензином. Угроза помогла. Самолет был заправлен. Техники даже заварили треснувшую выхлопную трубу. Впоследствии мне стало известно, что здесь поработали советские агенты НКВД, работавшие под крышей авиакомпании «Дерулюфт». Эта советско-германская компания обслуживала маршрут Москва — Кёнигсберг.

Одним из радостных событий этого напряженного тридцать второго года стала замена в начале октября нашего старенького «рорбаха» на новенький Ju-52. Геринг, будучи председателем рейхстага и лидером его крупнейшей партийной фракции, официально обратился к Мильху с просьбой сдать в аренду НСДАП один из этих прекрасных пассажирских самолетов. Мильх любезно согласился, и в моем распоряжении оказалась машина, первым испытателем которой на заводе Г. Юнкерса в Дессау был я. Отныне мы могли брать на борт не девять пассажиров, а шестнадцать. О сравнении уровня комфортности Ju-52 с «рорбахом» и говорить не стоит. Гитлер был доволен новой машиной, я же, как профессиональный пилот, просто счастлив.

Как известно, Гитлер в первом туре президентских выборов, состоявшихся 13 марта этого года, получил 11,4 миллиона голосов. Гинденбург собрал 18,6 миллионов, что не позволило ему получить необходимое большинство. Во втором туре Гитлер прибавил 2 миллиона голосов, но и Гинденбург получил дополнительно миллион голосов, что дало ему возможность сохранить президентский пост. Против 36,8 % голосов, набранных Гитлером, коммунист Тельман с 10,2 % потерпел сокрушительное поражение. На июльских выборах за НСДАП голосовали почти 14 миллионов избирателей. Партия завоевала 230 из 608 мест в рейхстаге. Новый канцлер фон Папен предложил Гитлеру занять пост вице-канцлера, но после долгих раздумий фюрер отказался. Я видел, как тяжело ему было это сделать. Но Гитлер был стратегом, он умел добиваться своего.

Осенью разразился правительственный кризис. Этому в немалой степени способствовал глава рейхстага Геринг. Гинденбург распустил рейхстаг и назначил новые выборы. Правительство фон Папена ушло в отставку. Но ноябрьские парламентские выборы не принесли ожидаемого успеха НСДАП. Партия смогла сохранить за собой только 196 мест. Гитлер был в отчаянии. Политическая ситуация для него резко осложнилась. И не только потому, что партия ослабила свое представительство в рейхстаге и, следовательно, вновь не могла сформировать однопартийное правительство. Но и потому, что возникла реальная угроза раскола НСДАП.

Новый канцлер Рюдигер Шлейхер, возглавивший коалиционное многопартийное правительство ярковыраженного антинацистского характера, поставил целью разрушить НСДАП изнутри. Он сделал ставку на Грегора Штрассера, предложив ему пост вице-канцлера при условии, что тот уведет из партии левое крыло. Штрассер, покаявшийся перед Гитлером в 1926 году за фракционную деятельность и прощенный фюрером, выводов, похоже, не сделал. Занимая ключевые посты гауляйтера Нижней Баварии, председателя Организационной комиссии НСДАП, будучи одним из популярных депутатов рейхстага, он фактически являлся вторым после фюрера лицом в партии. Шлейхер и Штрассер развязали оголтелую антигитлеровскую кампанию. Они добились от банковских и торгово-промышленных кругов Германии резкого сокращения финансовой помощи НСДАП. У партии появились временные финансовые трудности, последствия которых отразились и на мне. Партийная канцелярия не смогла рассчитаться со мной за выполненную работу в установленные договором сроки. Я получил полный расчет только весной тридцать третьего года, когда канцлером был уже Гитлер.

Однако у Шлейхера ничего не вышло. Благодаря авторитету и влиянию Геринга, а также политическому маневру Гитлера, в результате которого фон Паппен и его сторонники в рейхстаге и финансово-промышленных кругах Германии вновь стали союзниками НСДАП, партия к концу года вновь обрела политическую и финансовую силу. Гитлер при поддержке Геринга, Геббельса, Розенберга, Гиммлера, большинства гауляйтеров в декабре добился смещения Штрассера со всех постов. Лишившийся и депутатского мандата после крупного скандала с фюрером он уехал из Германии и обосновался в Италии. Поговаривали, что Муссолини принял его любезно.

Правительство Шлейхера тем временем стало испытывать непреодолимые трудности в своей работе. Не имея парламентского большинства, оно не сумело в рейхстаге провести ни одного важного закона. Фракция НСДАП стояла насмерть. Подобная ситуация неминуемо должна была привести либо к смене правительства, либо к новым изнуряющим страну парламентским выборам. Президент Гинденбург, понимая это, а также под воздействием руководства армии и в первую очередь своего сына генерал-майора Оскара фон Бенкендорфа унд фонд Гинденбурга, крупных банкиров, после консультаций с лидерами фракций рейхстага, фон Папеном и Гитлером принял решение предложить последнему пост канцлера и сформировать коалиционное правительство. Тридцатого января тридцать третьего года Гинденбург подписал указ о назначении Гитлера канцлером. Партия и ее фюрер одержали крупнейшую победу.

Все это, а также многие детали драматической борьбы НСДАП во главе с Гитлером за власть я узнал позднее от Геринга, Гесса, Геббельса, Розенберга, других лидеров партии. Но, конечно, самую ценную информацию я почерпнул из многочисленных разговоров с Гитлером, которые мы вели с ним на протяжении последующих двенадцати лет напряженной работы и дружеского общения.

Я был, безусловно, счастлив победе Гитлера. Но будущее пугало своей неизвестностью. Особенно меня волновала Доррит.

Берлин. 12 мая 1945 года

Грабин с Савельевым отправились на доклад к Вадису. В приемной дежурный адъютант приветливо поздоровался с ними за руку, сообщив, что генерала срочно вызвали к маршалу Жукову. Но Вадис велел им дожидаться. Пока пили чай, приемная наполнилась генералами и старшими офицерами, гражданскими лицами.