Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

— Ты чего это барабанишь, лягушачья отрыжка! — тут же заорал один из них. — Давно в рыло не получал, зародыш!? — Ты почему не в казарме!? Гуляешь по ночам, сын Харгала! — Гадюку тебе в задницу!!! — Он мгновенно, как хороший мотоцикл, завелся от собственного крика, а еще от счастливо — глуповатой улыбки Дениса — не всех пожрали «монахи»! — Кто наставник!? Как тебя звать, ослиный ублюдок!? — продолжал яриться фиолетовый. — Я вам обоим кишки выпущу и свяжу! Будете весь день распутываться, скунсы вонючие!»

«Однако, знатный зоолог!» — подумал Денис совершенно безмятежно, ведь главная опасность была позади — живые люди на Маргеланде присутствовали!

— Погоди, ш'Краб, — негромко произнес второй фиолетовый, успевший внимательно рассмотреть Дениса, пока первый блажил. — Ты кто, и что случилось? — Денис не успел ответь, как второй продолжил. — Хотя… я тебя вроде знаю — ты пришел с ш'Эфом?

— Да.

— Итак, что произошло? — Денис коротко изложил все произошедшее с ним, начиная с появления «гостя» и заканчивая барабанным боем в ворота Дворца Великого Магистра.

Фиолетовые молча переглянулись. Ш'Краб, с сомнением в голосе произнес:

— Мокрец?

— Похоже на то… ладно, давай пулей за лекарем, а я пока уложу его в караульной.

— Почему я! — возмутился ш'Краб, — Давай ш'Ахта, сам за лекарем! Почему я! — зло повторил он.

— Потому что, — ш'Ахта был сама невозмутимость, — когда ш'Эф спросит кто виноват, — он кивнул на Дениса, — я скажу, что ты не пошел за лекарем, — ш'Ахта ухмыльнулся, — держа Камень Правды в руке… а ш'Эф, он…

Видимо ш'Краб счел аргументы ш'Ахта достаточно весомыми, потому что пробормотав себе под нос какое-то заковыристое ругательство, быстро скрылся в темноте.

«Высокие! Высокие отношения! Мать их! — вяло подумал Денис. Жар из груди добрался уже до головы, хотелось лечь, закрыть глаза и ни о чем не думать. — Чой — тось херовато мне!..» — мелькнула последняя мыслью перед тем, как он вырубился.

В себя Денис пришел когда уже во всю светило солнышко. Очнулся от ощущения прохлады в груди — по сравнению с тем, что было до того, это было просто неземное блаженство. Открыл глаза как раз в тот момент, когда лекарь снял с его груди сухую белую тряпицу и бросил куда-то на пол.

Денис скосил глаза, на полу лежала большая куча тряпок. Внизу угольно — черные, а чем ближе к верху, все более светлые — несколько последних вообще белые. Лекарь заметил, что Денис очнулся:

— Ну все — контрольная, и можешь быть свободен, — с этими словами он положил на грудь Дениса очередную белую тряпку, смоченную в стоящем рядом тазике. — Повезло тебе парень. И яду не очень много взял, и меня вовремя привели, а то… — он сделал паузу. — Сегодня ничем не занимайся, полежи. Если захочешь — сходи поешь, не захочешь — тоже ничего страшного, поголодай до завтра. Я предупрежу ш'Тартака и Хадудда, не беспокойся.

Здорово, герой! — встретил на следующее утро Дениса ш'Тартак.

Денис ошеломленно уставился на Мастера войны — прикалывается что ли? Но нет, вроде нет… а ш'Тартак, между тем, продолжил:

— Мокрец, может и не самая опасная тварь из ночных, но… были случаи когда и оранжевые с ним не справлялись… — так что — ты молодец!

Денис от такой похвалы даже покраснел, как семиклассница после поддержки физрука — услышать такое из уст Мастера войны ш'Тартака дорогого стоило! Но… он-то знал, как все было на самом деле, и промолчать — себя не уважать.

— Я тут не причем… — в голосе Дениса сквозило нескрываемое огорчение — кому же охота признаваться, что он не герой? — к сожалению… — ш'Тартак удивленно поднял бровь, а Денис продолжил. — Я просто сверху смотрел, как дралось мое тело — вот и все геройство. Как в кино…

Перехватив острый взгляд Мастера войны, Денис понял, что наверно сболтнул лишнего, но — слово не воробей… К его радости, ш'Тартак не стал выяснять что такое «кино», а то бы пришлось долго объяснять…

— Неважно — ты сверху, ты снизу — это все ты. Ты убил мокреца, значит, ты — молодец! — Он сделал небольшую паузу и вернул разговор в практическое русло. — Понял теперь, какая сила кадат?

— Да — а… — Денис замолчал, вспоминая отточенные движения своего тела, сражающегося с «монахом», который оказался не совсем «монахом»… вернее даже совсем не «монахом», а мать его! — «мокрецом».

… надо ковать железо пока горячо… может «герою» разрешат?..

— А теперь-то я могу драться с красными? — с надеждой поинтересовался он.

— Да ты что? — удивился ш'Тартак, — у тебя был фар — и-хлайн,

… «спонтанный вход в состояние кадат» — с нескольким запозданием отреагировал «переводчик» в голове…

а краснопоясные умеют входить в кадат целенаправленно, по желанию.

— А как научится?

— Как научиться… — задумчиво повторил Мастер войны, — вообще-то, после того, как ты почувствовал, что такое кадат, научится горазда проще… можно попробовать. Ладно. Теперь половину времени от моих занятий, занятий с бандой Хадуда и купания будешь пытаться выйти в кадат.

— А как?

— Стоя, лежа, сидя — как тебе удобнее, отрешаешься от всего и выходишь в кадат.

— Понятно… что ничего не понятно, — вздохнул Денис.

— А как я могу объяснить по другому? Ты сам все почувствовал. Это тоже самое — что объяснить, как дышать. Дышишь и все. Как объяснишь? Ребята по восемь лет медитируют… — Видя, что Денис загрустил от подобных перспектив, ш'Тартак совершенно неожиданно произнес: — У тебя получится. Ты талантливый парень, как выяснилось… и везучий… хотя поначалу казался… — Мастер войны только рукой махнул.

«Вторая похвала за пять минут, — изумился Денис, — где-то медведь сдох и милиционер родился! Пардон… пардон… — спохватился он, — херр паллицай!»

— Вчера было совещание у Великого Магистра, — продолжил ш'Тартак, — никто не понимает, как такое могло произойти… все указывает на то, что дежурная смена охраны врат и все патрульные наряды были отравлены…

— Не было никаких патрулей… и охраны не было… — нахмурился Денис.

— Естественно не было! — их чем-то накормили… или напоили на ужине. Они все заснули, кто раньше, кто позже, но — все. Первые примерно через два рата, последние — через три.

— А откуда это известно?

— Ну — у… сверили показания… кто что запомнил последнее, перед тем как вырубиться…

— Понятно…

— Все проснулись примерно за рат до рассвета.

— А почему я никого не видел?.. как вымерли все… — Денис снова вспомнил чувство бесконечного одиночества, когда решил что остался один на всем Маргеланде и зябко передернул плечами.