Говорящий состихиями - Екатерина Журавлева

А Ворт, тем временем, торопливо разворошив свои вещи, протянул Темному свою вторую кликасу, которую таскал на всякий случай. Я с ужасом наблюдал за происходящим. Мне становилось все страшней с каждой минутой. Если уж Вортус развязывает С`Нивелла и безропотно дает ему свой клинок, значит дело труба.

– Алькон! – С`Нивелл потряс за плечо бледного как мел Алькона. – Хватит паниковать! Вспомни, что ты волшебник! Подумай, что ты можешь сделать?

Алькон растеряно повертел головой.

– Ничего! Разве на мокранов действует магия?

– Да не на мокранов! – раздраженно прошипел С`Нивелл. – Шатер невредимости освоил, надеюсь?

Алькон на мгновение замер, что-то прикидывая.

– Да, но не больше ярда и удержать смогу минут десять, не больше.

– Мало! Совсем мало! Но что есть! Сделаешь шатер, когда они набросятся. Не раньше! У них есть зачатки разума, но я надеюсь, они не настолько разумны, чтобы понять что происходит и не станут выжидать пока шатер исчезнет, а будут бросаться на невидимую преграду. Это даст нам шанс. Мы убьем столько тварей, сколько успеем. С остальными придется бороться так! Кто умеет молиться, может начинать.

Мы сбились в тесную кучку, встав спинами друг к другу и выставив наружу острия кликас. Только Алькон, воткнув клинок в землю, делал пассы руками и что-то шептал себе под нос. Готовил заклинание. Потом замер, выставив руки вперед, держа напряженные ладони на расстоянии нескольких дюймов друг от друга, как для хлопка. Ждал нападения. По его вискам катились капельки пота.

Напряжение росло. Теперь даже я слышал приближающиеся из темноты тихие зловещие шепотки и тоненькое мерзкое хихиканье.

Кристобалю было велено забраться под плащ в центре защитного круга, прикинуться ветошью и сидеть там, не высовываясь. Он ползком, прижав уши и жалобно попискивая, без разговоров выполнил приказ. Первый раз на моей памяти кот не вступил в дискуссию и не оставил за собой последнее слово.

С`Нивелл торопливо отдавал последние указания. В основном обращаясь ко мне, так как я единственный из присутствующих понятия не имел о тварях, подбирающихся к нам в ночи. И Вортус и Алькон молча признали за ним право руководить битвой с мокранами.

– Твари нападут. Алькон делает защитный купол. Наша задача убить как можно больше тварей, пока Алькон держит защиту. Самое уязвимое место это голова. Старайтесь попадать в голову, чтобы не тратить время на добивание. Раненый мокран также опасен, как и здоровый. Следите, чтобы кроме клинков за пределы шатрта ничего не проникало. С этой стороны мы сможем беспрепятственно колоть и рубить их, но они до нас не доберутся. Для отравления достаточно…

Чего достаточно для отравления мы так и не услышали, так как в одно мгновение из леса со всех сторон огромными скачками вылетело несколько десятков кошмарных тварей и они в одно мгновение бросились на нас. Алькон быстро хлопнул в ладоши и выхватил кликасу.

За долю секунды до того, как твари достигли места, где мы стояли, вокруг нас появилось слабенькое радужное сияние, похожее на мыльный пузырь. Доверия такая защита у меня никакого не вызвала. Напавшие на нас твари ее вообще не заметили. Первые мокраны со всего маху налетели на этот пузырь и, к моему крайнему изумлению, возмущенно завизжав, скатились по нему, как по ледяной горке.

Слава всем богам, что С`Нивелл надоумил Алькона создать этот защитный купол, а Алькон успел его сделать. В противном случае шансов спастись у нас не было никаких. Жуткие создания буквально облепили прозрачный мыльный пузырь вокруг нас. Это было так страшно наблюдать со всех сторон скалящиеся на тебя отвратительные морды. Их было так много, что если бы не защита, они смели и поглотили бы нас в один момент. Защититься от всех и сразу мы бы не смогли, и твари бы очень скоро пожирали бы вкусный ужин.

Сейчас же мы исступленно кололи и рубили налипших на невидимую преграду отродий, стараясь уничтожить как можно больше, пока не спало удерживающее заклятие.

На место убитой твари тут же прыгала новая, царапая прозрачную пленку купола и пытаясь до нас добраться. В защитном кольце было тесно, приходилось двигаться в ограниченном пространстве, не высунуться самому и не вытолкнуть за пределы защиты товарища. Мы работали как автоматы, делая стремительные выпады по врагам, больно сталкиваясь локтями. Но никто не проронил ни слова. Каждый был сосредоточен на том, чтобы все удары достигли цели. То есть головы мокрана.

Стоящий слева от меня Алькон рубился медленней остальных и часто не мог убить мокрана с одного удара, тратил время на добивание. Ему приходилось еще держать магическую защиту вокруг нас. От огромного напряжения он тяжело дышал и постанывал.

Я ничем не мог ему помочь, поэтому старался уничтожить как можно больше мокранов, пока он еще держится. Каждый раз, вгоняя в голову врага оружие и слыша противный хлюпающий звук, я содрогался от отвращения. До чего же омерзительны были эти мокраны! Маленькое безволосое тельце, длинные худые костлявые задние лапы, похожие на помесь конечностей краба и лягушачьих лапок. И короткие передние лапки с острющими когтями, которыми твари яростно пытались разодрать едва различимую преграду, отделяющую их от еды. Морда представляла собой нечто невообразимое, состоящее из огромной, широко раскрытой, будто улыбающейся пасти, полной мелких острых зубов; круглых как пуговицы немигающих глаз; и, венчающих это уродство, больших треугольных ушей. Из оскаленных пастей сочилась и капала мерзкого вида слизь ярко голубого цвета. Попадая на защитный барьер, она, шипя и пузырясь, быстро исчезала. Наверное, это и был знаменитый яд мокрана.

Убивать тварей оказалось не так сложно. От одного удара голова зверя лопалась, как гнилая тыква, разбрызгивая повсюду серо-голубую слизь. После чего тварь тут же падала замертво. То есть каждый в отдельности мокран был более чем уязвим и большой опасности не представлял. Но собравшись в огромную стаю они не оставляли путешественникам никаких шансов.

Каждый раз делая выпад, я почему-то вслух считал убитых врагов.

– Рраз! Двва! Три! Сдохни! Пять! Шесть! Получи! Восемь! Ха!

Досчитав до двенадцати, я заметил, что новые твари перестали бросаться на защитную пленку взамен убитых. С каждым нашим ударом, налипших на заслон тварей становилось все меньше. Значит конец этому кошмару близок. Обрадованный, что мы так ловко справились с напастью, я издал веселый боевой клич и проткнул голову мокрану, сидевшему прямо надо мной. В тот момент, когда он покатился вниз, сбивая своих сородичей, Алькон выпустил кликасу и с громким стоном опустился на колени, держась за голову. А заслон исчез.