Река жизни - Томас Сюгру

предсказывали то же самое и точно называли даже год грядущего конфликта. И вот теперь, в сентябре 1939 года, в битву уже вступили мощные силы. За “чтениями” стало обращаться гораздо больше людей – они или являлись сами, или рассчитывали получить их по почте. В начале 1941 года Эдгар Эванс вступил в армию рядовым. Позднее он стал офицером и неожиданно для самого себя дослужился до звания капитана. На вирджинском побережье расположились два военных лагеря, заметно возросли численность и влияние флота, много значившего для Норфолка даже в мирное время – в результате его формирования заняли всю территорию округа Принцессы Анны. Хью Линн следил за осуществлением программы отдыха для солдат до тех пор, пока Организация объединенной службы не взяла это под свой контроль. Потом он присоединился к армейским отрядам особого назначения и сражался в танковых частях генерала Паттона до конца войны, уже на территории Германии. Оба сына женились: Хью Линн в 1941 году, Эдгар Эванс в 1942-м. К концу 1943 года у Эдгара было двое внуков. Сын Хью Линна, Томми Тейлор Кейси, родился в октябре 1942 года. Его двоюродный брат Эванс Кейси появился на свет годом позже. Мальчики ежедневно навещали деда, пока их отцы воевали за океаном.

В марте 1943 года было опубликовано первое издание книги “Река жизни”. На Эдгара сразу же обрушился шквал корреспонденции, телефон также звонил беспрестанно. Понадобилась дополнительная помощь в конторе, а почтальон в конце концов отказался доставлять мешки писем. Гертруде пришлось самой ездить на почту и привозить письма в машине. После ухода на фронт Хью Линна Эдгар один просматривал письма и диктовал ответы на них. Полностью изменился распорядок его дня. Теперь он проводил от четырех до шести сеансов в день вместо обычных двух.

Он забыл о своих увлечениях, забросил сад. Окуни игриво плескались в озере, но у него для них больше не было времени. Сразу же после завтрака он принимался диктовать ответы, и это продолжалось до начала утренних “чтений”. Часто он ложился отдохнуть на два часа, до половины первого дня. Второй завтрак, как и прежде, бывал в час. Время после него посвящалось корреспонденции. Когда заканчивались дневные “чтения”, Эдгар проверял перечень заявок и решал, что с ними делать. Если у него оставались свободные минуты перед обедом, он использовал их для диктовки, а после обеда работал до половины десятого или десяти вечера. С июня 1943 до июня 1944 года он провел 1385 сеансов. В августе 1944 года напряжение настолько возросло, что Эдгар не выдержал. Собрав силы, он продиагностировал сам себя. Рекомендации были простыми и определенными: ему надлежало на время бросить дела и отдохнуть. Надолго ли? “До тех пор, пока он не выздоровеет или не умрет”,- говорилось в “чтении”. Он отправился в горы Вирджинии, в Роанок. Гертруда поехала вместе с ним. На какое-то время он почувствовал себя лучше. Эдгар написал письма друзьям, он с оптимизмом смотрел в будущее и думал о том, как расширить Ассоциацию после войны. В сентябре с ним случился удар.

Он вернулся домой в ноябре, проехав по желто-багряной от опавших листьев осенней сельской местности, где его предки сражались с корнуэльцами. Дома на Арктик-Кресен он целыми днями лежал в постели, глядя на озеро и океан. Эдгар скончался 3 января 1945 года в семь часов пятнадцать минут вечера. За несколько часов до смерти, очнувшись от забытья, он сказал:

- Как же наш мир сейчас нуждается в Боге.- Его похоронили в Хопкинсвилле рядом с близкими.

Через три месяца там же была погребена и Гертруда. Она умерла на рассвете в первый день Пасхи. Так завершилась история их любви, начавшаяся почти полстолетия назад летней ночью, когда мир напоминал усыпанное цветами поле, а жизнь казалась бесконечной.

После смерти Эдгара в недрах Ассоциации развернулась серьезная работа. В папках на вирджинском побережье хранились записи тридцати тысяч “чтений”. Никто из медиумов не оставлял столь обширного наследия – зримого свидетельства мощи своих сил. Группе исследователей, выбравшей из них наиболее интересные для науки и самые полезные для дальнейшей практической деятельности, удалось после долгих трудов дойти лишь до буквы Б. Для завершения работы, необходимой классификации и оценки материалов разного типа и категорий понадобится труд целого поколения. О результатах понемногу становится известно из публикаций Ассоциации, а ее члены (их количество неуклонно возрастает) с каждой неделей и каждым месяцем все настойчивее проникают в сущность того, что рождено подсознанием Эдгара Кейси за долгое время – с 31 марта 1901 года и до последних дней августа 1944 года. Когда это станет общим достоянием, масштаб и смысл сделанного Эдгаром Кейси окончательно прояснится.

Философия

Систему метафизического мышления в “чтениях” Эдгара Кейси можно назвать христианским вариантом мистических религий Древнего Египта, Халдеи, Персии, Индии и Греции. Она соединяет образ Христа с традицией единого Бога для всех людей и ставит Его на должное место – в высшей точке философской структуры. Он – краеугольный камень всей пирамиды.

Сложная символика, использованная мистическими религиями, частично возродилась в христианстве, что особенно заметно в церковной архитектуре и в обряде жертвоприношения во время мессы с ее чашей для причастия. Но сама традиция единобожия оказалась прервана. Язычество стало осуждаться властями церкви, археологами и историками как идолопоклонство, то есть как идея поклонения ложным богам.

Однако первые христиане относились к этому иначе. Несомненно, ессеи, признавшие Марию, выбравшие Иосифа и проповедовавшие Иисуса, были посвящены в таинства. Иисус сказал, что Он явился исполнить закон, а частью этого закона была каббала, тайное учение иудеев, разновидность мистического течения в иудаизме. Такие новообращенные последователи Иисуса, как Никодим и Иосиф Аримафейский, конечно, хорошо знали каббалу. Столь же очевидно, что ее знал Павел.

Таинства касались возможности человека спасти свою душу от мира. В символике таинств недра Земли всегда изображались как преисподняя. Душа исчезала в этой преисподней и томилась в ней до тех пор, пока ее не освобождали оттуда мудрость, вера и понимание. Так, Персефону похитил с поверхности Земли властитель Аида Плутон. Персефона – это человеческая душа, и ее настоящая обитель – небеса.

Следовательно, все мистические религии в большей или меньшей мере подготовили появление Христа. Он стал их детищем, увенчал их усилия, и Его проповедь полностью раскрыла массе людей смысл большинства таинств. В борьбе христианства за религиозное главенство в разлагающейся Римской империи таинства постепенно утрачивали свою роль, однако многие по-прежнему в них верили, и это оправдывало их дальнейшее существование.

“Первые христиане использовали