Глаз бури - Питер Рэтклифф

любой работе, и служба в армии не является исключением. Маггер, вероятно, чувствовал, что ему выпала нелегкая доля сидеть рядом со мной ночи напролет, хотя он никогда и не показывал этого своим видом. Он был профессионалом своего дела, и я полностью положился на него по мере выполнения задания.

Лично я был счастлив, что мне не нужно было вести светские беседы. У меня было много забот, и бóльшую часть наших долгих ночных поездок я проводил, строя планы на следующий день. За все четыре недели нашей совместной работы я редко вступал в разговоры с людьми, а они, опасаясь моего звания, так же редко пытались завязать разговор. Поскольку я предпочитал, чтобы все оставалось именно так, я был рад их сдержанности.

В конце концов, после одиннадцати часов непрерывной езды, мы прибыли на временную базу патруля «Альфа Три Ноль». Было четыре утра 30-го января, мы находились в пути с 17:00 предыдущего дня. Наша средняя скорость составила всего 15 километров в час, что является хорошим показателем того, что представляет собой ночное вождение по такой местности.

Как мы и договорились ранее по радио, заместитель командира «Альфы-30» капитан Гай выдвинулся примерно на километр южнее от своей базы, чтобы нас встретить. Когда Пэт впервые увидел Гая и двух его людей, он остановил нашу колонну и передал мне с одним из мотоциклистов сообщение о возможном контакте с противником. Несмотря на то, что мы условились о встрече и находились в назначенном районе, он был прав, проявив разумную осторожность. Я приказал Маггеру приблизиться к головному «Ленд Роверу» Пэта и заглушить двигатель. Глядя через тепловизионный прицел MIRA ПТРК «Милан», установленный на поперечине кузова, мы могли четко различить трех человек, стоявших на склоне небольшого кургана примерно в двух километрах впереди нас. Они находились в нужном месте и в нужное время для того, чтобы быть нашими товарищами, но один только шанс, что это могут быть враги, заставил адреналин в наших венах забурлить и обострил наши органы чувств.

Остановившись рядом со «сто десяткой» Пэта, я сказал ему:

— Проедем еще примерно один клик, после этого ты должен затаиться со всеми машинами, пока я пройду вперед пешком и проверю этих людей.

Мы вывели колонну до точки, расположенной примерно на полпути от того места, где заметили фигуры, и снова остановились. Я вышел, взял трех человек из другого экипажа и пошел с ними вперед пешком. Стоявшая впереди группа, должно быть, наблюдала за нами, потому что когда мы были примерно в трехстах метрах от них, я получил по радио заранее оговоренный парольный сигнал, на который немедленно отправил отзыв. Через несколько минут мы уже оказались лицом к лицу с капитаном Гаем. Он приветливо улыбнулся и произнес:

— Рад видеть тебя снова так скоро, Билли.

В последний раз мы встречались на базе «Виктор», когда я провожал его на один из транспортников C-130, который перебрасывал эскадроны в Аль-Джуф. Но с его командиром я разговаривал менее чем за тридцать часов до этого, когда приземлился на их позиции на вертолете «Чинук». Все, что нам нужно было знать, уже было обсуждено тогда, и сейчас для задержки не было причин.

— Вы выбрали для нас место для дневки? — спросил я.

Гай кивнул.

— Примерно в двух километрах к северу отсюда. Я сам вчера разведал эту местность, и она вам подойдет, — ответил он.

После этого обмена мнениями говорить больше было не о чем. Если только в штабе не произойдет какого-то серьезного переосмысления, в этой операции мы больше не будем связаны с патрулем «Альфа Три Ноль».

Капитан Гай дал нам указания относительно выжидательного района, который он заранее для нас подобрал, после чего я поблагодарил его и приказал своей колонне выдвигаться, в то время как три бойца другого патруля исчезли в ночи. В свой район мы вышли через пятнадцать минут, и я молча поздравил заместителя командира «Альфы-30» с его выбором. Самые высокие холмы в этом районе Ирака не превышают ста футов в высоту, но в непосредственной близости от нас было множество небольших курганов. Их наличие позволяло нам легко скрыть машины, и мы могли ходить и разминать ноги без риска быть замеченными пастухами или бедуинами.

Мы с Пэтом выбрали наилучшие позиции для обороны, и парни начали обустраиваться на дневку. Когда я напомнил им, что мы не будем пользоваться маскировочными сетями, их лица на мгновение поменялись, но, не считая нечленораздельного ворчания, они молча принялись за дело, разложив между каждой парой «Ленд Роверов» по большому «Юнион Джеку», придавив их камнями. Только Пэт попытался переубедить меня. Очевидно, он хорошо обдумал этот вопрос с тех пор, как я объявил о своем решении накануне утром, и решил подойти к нему с другой стороны.

— Можно с вами поговорить? — спросил он.

— Что-то произошло, Пэт? — ответил я.

— Я хотел бы напомнить вам об СПД.

СПД — это постоянно действующие инструкции о стандартном порядке действий. Они существуют в каждом полку Британской Армии, и являются руководящими документами. Но это все, чем они являются — они не отлиты в бетоне и не высечены в камне.

— И? — ответил я, не особо надеясь на результат.

— Ну, это… Мы не используем маскировочные сети, а в СПД говорится, что нам нужно это делать.

— Ну же, Пэт, — произнес я, — меня не интересуют маскировочные сети, и меня не интересуют СПД. Это же просто рекомендации.

Он на мгновение задумался, но, очевидно, считал, что может сделать еще один подход. В его решимости не было ничего плохого, но на этот раз он выбрал не тот аргумент.

— Заместителю директора не понравится, если мы проигнорируем СПД, — рискнул он.

— Да плевать мне на то, что думает заместитель директора! Он спит в постели в Эр-Рияде, а не здесь. Мне также наплевать на СПД. И раз уж ты об этом заговорил, то я и есть СПД. А теперь брось это, и давай приступим к работе.

Через несколько дней мы узнали по радио, что подразделение эскадрона «D» в западной части Ирака, расположившееся на дневке под маскировочными сетями, было атаковано одним из наших самолетов. Летчик заметил под сетью два «Ленд Ровера» и, приняв их за пусковую установку ракеты «Скад», выпустил ракету «Мейверик» класса «воздух-земля», которая взорвалась под передними колесами одного из автомобилей. Ракета причинила машинам серьезные механические повреждения, но, к счастью, обошлось без жертв. Услышав эту новость, мое подразделение значительно приободрилось, и больше протестов по поводу моего решения не использовать маскировочные сети не