Вопрос любви - Изабел Уолф

— Да, я в истерике, — снова говорит Флисс. — И я счастлива.

— Ну, чем ты занимаешься сейчас, как раз то, что надо, — говорит Хью. Фелисити, помимо того что занимается теперь не только разработкой продукции и пиаром у Хью, работает в Эн-си-ти преподавателем для будущих матерей, где с удовольствием часами разглагольствует о малышах, только теперь перед благодарной публикой. А еще она работает над пилотным выпуском новой программы об уходе за детьми, «Разговор о детях», запускать которую будет «Трайдент», а вести — она. Том говорит, у нее подходящая внешность — как я всегда и думала. Это будет первая программа такого рода на телевидении.

— Ладно, Хью, — мурлычет она. — Я готова. Только ребенка поменяю.

— Не надо ее менять, — тут же отзывается Хью, словно по команде. — Мне этот ребенок нравится.

— ПойдеммояСЛАДЕНЬКАЯдевочка. — Мы слышим, как булькает Оливия, сопротивляясь тому, чтобы ее ставили на столик для переодевания. — Ну, не надо ерзать, малышка. Эти твои подгузники просто прелесть, Хью, — говорит Фелисити. Они используют опытные экземпляры «Топ-Ботс». — Какой же ты умный, дорогой, у тебя такие замечательные идеи!

Наступила тишина.

— Я так люблю тебя, — говорит Хью.

— И я тоже очень тебя люблю, — отвечает Фелисити.

— А мы любим тебя, милая, — говорят они.

— Алататдобейлирлгоягоя, — отвечает Оливия.

Пять минут спустя они уже стоят внизу. Флисс и Хью открывают бутылку шампанского, и мы все выпиваем по бокалу, кроме Хью, потому что ему вести машину; мы показываем им, какую квартиру с садиком собираемся покупать на Стэнли-сквер, в четверти мили отсюда. Мы умалчиваем о цене — просто Том получает очень приличные роялти от продажи формата за границу, преимущественно из Штатов.

— Выглядит очаровательно, — говорит Флисс. — Три спальни, еще одна спальня с ванной, да еще и кусочек Стэнли-сквер-гарденс.

— Да, — радостно говорю я.

— А тут отличная площадка для игр, — добавляет она. — С качелями, песочницей и маленькой каруселькой.

— Ну… это тоже нас привлекло, — говорит Том. — Мы думаем, что она может… пригодиться.

Теперь мы наскоро показываем им наши канадские фотографии, которые мы с Томом привезли из поездки десять дней назад. Это фотографии с видами Монреаля, его родителей на фоне их дома, нас с Кристиной на прогулке по ботаническому саду, нас с Томом на горе Монт-Рояль, а еще снимки из путешествия на озеро Мемфремагог, которое находится в двух часах езды на юг.

— Как красиво! — говорит Флисс. — Какие насыщенные цвета деревьев…

— Это было чудесно, — говорю я. — Находится в двадцати милях от Вермонта. У родителей Тома там шале. Уже несколько лет.

— Каких-нибудь животных видели? — спрашивает Флисс. — Там, по-моему, должны быть медведи?

— Да, — говорит Том. — И олени.

— И орлы, — говорю я. — Мы видели очень хорошего орла.

— Очень «хорошего» орла? — говорит Хью, прищуриваясь.

— Да, он был очень хорош — его можно было разглядеть очень хорошо. А еще я видела страуса.

— Страуса? — переспрашивает Флисс.

— Страуса распознать труднее, — говорит Том. — Хотя такая возможность не исключена.

— А еще несколько слонов, — добавляю я.

— Индийских, — поясняет Том.

Флисс закатывает глаза:

— Выпейте еще шампанского, сладкая парочка. Ладно, нам надо идти, если мы не хотим опоздать к обеду. Пока, сладкие щечки. — Она несколько раз смачно целует Оливию в щечку, а Хью треплет волосики на ее головке. Ее личико искривляется и становится ярко-красным от разочарования, когда она понимает, что ее родители куда-то уходят, слезки льются из ее словно скомканных глазок. Я беру ее и несу в гостиную, чтобы она посмотрела телевизор и отвлеклась.

— Что будем смотреть? — спрашивает Том, когда я качаю Оливию на коленях. Она перестает плакать, а он смотрит на стопку детских кассет и дисков. Достает коробку с «Фимблз». — Посмотрим «В поисках Фимблз»?

— Нет, недавно смотрели.

— А «Веселые Фимбли-Бимбли»?

— Гммм… Это другое дело.

— А «Сверкающие звезды и другие блестяшки»?

— Может быть, помнишь, Флорри поет там милую песенку про снежинку?

— Да, только давай посмотрим вот эту серию — «Чувствуй, как Фимблз».

— Давай.

Я и сама чувствую себя в стране Фимблз, ведь мы с Томом и засыпающей Оливией в пятницу вечером, в конце недели приятных хлопот, сидим и смотрим «Фимблз», и у нас с ним есть по бокалу шампанского. Диск заканчивается, и Оливии пора спать. Я осторожно поднимаю ее, а Том заводит ее музыкальный модуль, который наигрывает колыбельную, и она засыпает за секунду, с мишкой под бочком. А мы с Томом спускаемся вниз и по радионяне слышим, как она посапывает и вздыхает во сне; я достаю из холодильника ужин и думаю о том, как я счастлива. Как я снова счастлива теперь, когда травма, причиненная исчезновением — и возвращением — Ника, осталась в прошлом.

Я наливаю Тому еще бокал шампанского. Он садится за кухонный стол и разглядывает наши фотографии.

— А ведь это была чудесная поездка, — говорит он.

— Чудесная.

— А ты знаешь, когда мы спускались к озеру Мемфремагог и когда сидели и смотрели на закат солнца у горы Оулс-Хед, я хотел спросить у тебя кое-что.

— Угу.

— Один вопрос.

— Ясно.

— Только у меня все как-то не получалось… А потом на следующий день мы пошли на вершину Медвежьей горы, и перед нами открылся потрясающий вид на все озеро и красно-золотую долину — я снова хотел задать тебе этот вопрос. Но снова не задал. Так что, думаю, я мог бы задать его тебе прямо сейчас. Это один из очень серьезных для меня вопросов. На самом деле, — он поднимается, — он настолько серьезный, что я лучше прошепчу тебе его на ушко. — Он подходит ко мне, встает рядом, чуть нагибается и обнимает за талию, а затем подносит губы к самому уху. Я чувствую, как мое тело наполняется теплом.

— Это очень серьезный вопрос, — говорю я.

Он с нетерпением смотрит на меня:

— И?..

Я улыбаюсь:

— Мой ответ — да.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.