Жестокий космос (СИ) - Быченин Александр Павлович

Надо сказать, зеленью он наливался довольно быстро, что не могло не радовать.

— Ну и что это? — напрягся Голдстейн, но уже без огонька — видимо, мы всё-таки передавили.

Но и не спросить он не мог — сейчас по закону жанра положено раскрыть все карты, вплоть до козырей.

— Да так, ничего серьёзного! — отмахнулся я. — Вы ведь помните, что я сказал по поводу своих людей?

— Так это уже ваша личная вендетта началась, мистер Мститель? — частично вернул самообладание Голдстейн.

— Вовсе нет! — живо возразил я. — Глупость какая! Это всего лишь вира. Плата за ущерб. Да не напрягайтесь так, её совсем не обязательно брать кровью…

— Да вы уже! Вы хоть знаете, сколько человек было на корабле⁈ — возмущенно рявкнул наш оппонент.

— Ага, сами признались! — в очередной раз наставил я на него палец. — Мисс Джули, обращаю ваше особое внимание на данное обстоятельство! Впрочем, расслабьтесь, мистер Голдстейн. Вы отделаетесь лёгким испугом, то есть исключительно финансовыми потерями.

— Вы реально решили пожечь нам сервера⁈ — У корпа от изумления глаза полезли на лоб. — Ну и какой в этом смысл⁈ Неужели вы думаете, что мы не продублировали важную информацию⁈

— Старший техник? — буркнул я в пространство.

— Три резервных хранилища на планете, четвёртое на уничтоженном корабле, и сжатый пакет на ретрансляторе, ждёт очереди на отправление, — невозмутимо сообщил Макс. — Из-за последнего и приходится столько возиться. Но даже так уже почти всё. Пять… четыре…

— Да кто вы вообще такие⁈ — вцепился в собственную шевелюру корп.

— Обычные «альфы», — хмыкнул я. — А старший техник Кузнецов наш штатный специалист. Со штатным же оборудованием и соответствующим софтом.

— … два… один… готово, господин мастер-лейтенант, — тут же напомнил о себе рекомый специалист.

— Ну вот и всё, мистер Голдстейн, — совершенно буднично заключил я. — Плата взята. Вся информация в части, касающейся боевого применения комиллофлоров с паразитоидом, вместе со всей технологической документацией изъяты из ваших хранилищ. Все эти данные перемещены в главный вычислитель МДК «Давид Ливингстон», откуда будут незамедлительно переданы в информационный отдел Службы нейтрализации. Сразу, как появится техническая возможность. А вот наработки по адаптации колонистов к биоресурсам Мира Эндрюса и наоборот остались в полном вашем распоряжении. И крайне настоятельно рекомендую довести их до ума. Так сказать, в возмещение ущерба, причинённого Колонии Мир Эндрюса. Мэр Хименес получит все необходимые полномочия, чтобы проконтролировать процесс. Ну и урегулирование спора с руководством Корпорации Служба нейтрализации любезно берёт на себя. А вы, мистер Голдстейн, можете и дальше исполнять свои обязанности… эй, эй, что с вами?..

Честно говоря, на Голдстейна было страшно смотреть. Он сначала побагровел, затем побледнел, а потом ещё и задыхаться начал. И меня не покидало забавнейшее ощущение, что проблемы с дыхалкой у корпа исключительно от возмущения. Ну а когда он, наконец, открыл рот, я в этом убедился окончательно и бесповоротно:

— Да вы в своём ли уме, лейтенант Болт⁈ Вы осознаёте, что натворили⁈ Плевать на технологию, плевать на наработки! Но подчиняться… ему⁈ — наставил Голдстейн дрожащий палец на мэра Хименеса. А потом ещё и вскочил на ноги, нависнув над градоначальником натуральной глыбой — и это при всей своей худобе! — Да это же всё он! Он предложил вариант с биологическим оружием! И своих же колонистов для испытаний! Он, лично, людей своих подставил! Найдите его досье, и вам очень многое станет ясно! Он ещё на Земле отличился, да так, что его мексиканские картели приговорили!

— Макс? — мельком глянул я на соратника.

— Не, Никитос, ничего похожего, — помотал головой тот. — Запрос на сервер корпов уже ушёл, но даже близко нет.

— Это конфиденциальная информация, тупицы! — снова взорвался Голдстейн. — Все переговоры шли исключительно приватно, не под запись! Здесь, у него в кабинете!

— А вы у него спросите, сеньор Болт, зачем это мне, — подал голос мэр.

— Действительно? — перевёл я вопросительный взгляд с градоначальника на корпа.

— У него власть из рук уплывает! Шериф Меркадо, того и гляди, подсидит! — выпалил Голдстейн. — Люди поддерживают шерифа, но у того нет выхода на меня. А у этого… этого… есть! Поэтому колонисты его и терпят! Вынужденно! Иначе с голоду передохнут все! Основные поставки продовольствия через нас идут! Но так до бесконечности продолжаться не может! Тот же Меркадо усиленно ищет подходы к руководству Корпорации, и рано или поздно найдёт, даже не сомневайтесь! Поэтому этой твари и понадобился более надёжный способ подчинения! И Мир Эндрюса для него только начало! Вы бы послушали его прожекты! Он реальный маньяк! Я такой жажды власти даже у собственных директоров не встречал!

Н-да… вот это из него эмоции прут! Если честно, я на такую реакцию как-то даже не рассчитывал. Думал, что корп покрепче духом, раз в начальство выбился. А оно вон как!

— А зачем тогда я вызвал «Альфа-корпус», если сам же всё это и затеял, сеньор Болт? — вперил в меня кристально честный взгляд мэр Хименес.

— Дайте угадаю, — задумался я, — шериф вынудил?

— Очень смешно, сеньор Болт! — показал мне большой палец мэр.

Что характерно, левый.

— У меня есть записи! Диктофонные, на плёнке! — взвизгнул Голдстейн, и сразу же закашлялся, схватившись за горло.

Фига се! Это он голос сорвал, что ли? Как говорится, вот это поворот! И подобное чувство, судя по воцарившейся в кабинете тишине, посетило не только меня одного. Впрочем, как это обычно и бывает, поражённое молчание надолго не затянулось — буквально через пару ударов сердца Голдстейн дёрнулся к Юльке, застывшей в опасной близости от корпа, и в тот же момент грянули два выстрела. А если учесть, что монструозный револьвер мэра напрочь заглушил чих штатного «кольта» «Альфа-корпуса», то и один — слившийся. Но по слуху всё равно хлестануло знатно, практически оглушив и надолго одарив звоном в ушах, поэтому звуки падения двух тел впечатления не произвели ни на кого, включая Эухенио. Но кошак в данном случае не показатель, он даже со стола порскнуть не соизволил. И если честно, я куда больше впечатлился дырой в левом виске мэра и довольно большим пятном крови вперемешку с осколками костей на стене-дисплее. И ма-а-аленьким таким отверстием по его центру.

Ну а потом время обрело нормальную скорость, и я довольно заторможенно сопроводил взглядом бездыханный труп мэра Хименеса, по какой-то неведомой причине сложившийся во всех сочленениях от колен до шеи, и изломанной куклой рухнувший рядом с креслом. Помотал сокрушённо головой и перевёл взгляд на Голдстейна — тот упал менее удачно, ударившись затылком о подлокотник, и теперь содрогался в агонии. Точно в агонии — с такой дырой в районе сердца не живут. Собственно, и корпа жизнь покидала, судя по всё более слабым толчкам хлещущей из раны крови…

Следующей мне на глаза попалась Юлька, впавшая в натуральный ступор, но зато целая и невредимая. Правда, изрядно шокированная. Я даже не поленился выпростаться из кресла, сунув так и не пущенный в ход пистолет обратно в кобуру — я его успел только схватить и вытянуть на свет божий, а вот прицелиться в мэра уже нет — и на ходу поинтересовавшись у Деда Максима:

— Ну и нафига⁈ У нас же теперь вообще ни одного обвиняемого нет!

— Справедливость, — невозмутимо пожал тот плечами и расслабленно опустил руку с кастомным «кольтом-нео», снаряжённым бронебойными патронами.

А чего, вы думаете, у мэра в виске дырочка такая аккуратная? Если бы я успел первым, то башку бы разнесло в куски, как гнилую тыкву. Экспансивная пуля, да ещё с такой дистанции, это вам не шутка.

— Ты как? — заботливо поинтересовался я, приблизившись к журналистке вплотную и приобняв её за талию.

— Да вашу ж мать, военные!!! — поражённо выдохнула та, округлив глаза. — Меня чуть кондратий не хватил! Предупреждать же надо! Вот ты гад, Болтнев!

Ну да, кто бы сомневался. Во всём виноват Никитос. Особенно у смазливых девиц, хе-хе!