(Не)люди (СИ) - Елена Сидоренко

Жизнь в доме, откуда исчезли календари, потекла будто ускоренно. Никто не успел оглянуться, как Немо исполнилось десять лет. Молчаливый угрюмый ребенок, вдруг ставший даже выше Куда, самого высокого из троих друзей, внезапно повзрослел и перестал быть малышом. Научился говорить и даже с горем пополам читать — Куд нещадно лупил его за малейшее проявление лени и нежелания учиться. А к тринадцати годам, когда не-людям пора было задуматься о дальнейшей жизни, Немо начал проявлять склонность к садоводству. Куд, потакавший всем начинаниям ребенка и принимавший любые его увлечения и хобби, щедро выделил балкон для экспериментов и свою месячную зарплату на необходимые покупки. Вскоре в доме начали появляться цветы и маленькие декоративные деревья, а жители тесной квартиры, видя сутулого долговязого Немо, угрюмо застывшего с ножницами или лейкой в каком-нибудь углу, перестали шарахаться.

Не-люди не старели. Годы шли, а они будто застыли во времени. О том, что оно все же есть и даже идет, пусть и отдельно от них, говорило взросление Немо, старение взрослых и события, немного, но менявшие привычную жизнь в ту или иную сторону. В тридцать пять Нина осталась без работы: дом брошенных детей и детский сад закрыли. В Юсте просто кончились дети, и Нина стала давать подросткам и взрослым уроки музыки. Хоть все и были поглощены работой, а занятия для души никто не запрещал и не отменял. Молодая женщина не-человек снова вернулась в детство, когда они с Саарой сидели за пианино и учили аккорды. Только теперь Нина, почти позабывшая когда-то любимое занятие, стала наставником и ругалась на кого-то, кто путал тонику и субдоминанту.

В тридцать семь Куд попал в больницу с острыми болями в желудке, и ему после обследования пришлось согласиться на замену органа на искусственный. Строгие диеты, отказ от многих блюд и здоровое питание больше не помогали. Проведя некоторое время под присмотром врачей, он вернулся посвежевший, поправившийся и будто помолодевший. И в первый день выписки сделал себе подарок: купил целый пакет любимых пончиков Нины и Немо и, придя домой, счастливо их слопал. С тех пор Куд, до этого не принимавший любое вмешательство в тело, начал менять свое отношение к замене органов и конечностей.

Когда Юко было тридцать девять лет, обещание, данное в день возвращения из путешествия, наконец-то исполнилось, пусть и гораздо позже, чем он ожидал.

В тот день Куду исполнялось сорок один, а Немо девятнадцать лет. Вернувшись домой в обнимку с пакетами к празднику, Куд обнаружил, что звонок не работает, а ключи он забыл. Он начал звонить Немо, но тот сбросил вызов. И через мгновение перед носом недовольного Куда дверь распахнулась и на него сверху вниз уставился Немо, приложивший палец к губам.

— Юко спит, — неохотно сказал он, пропуская опекуна в квартиру и забирая шуршащие пакеты.

— Давно?

Немо не ответил. Немо вообще не любил говорить и предпочитал либо отмалчиваться, либо обходиться жестами. А лучше вообще лишний раз не попадаться на глаза Куду, чтобы тот снова не начал нотации, что ему пора бы уже где-то найти работу. Он по пути на кухню указал на дверь комнаты карлика, и Куд, вздохнув, пошел сам проверять, что с его «наставником», который последние два месяца то ли болел какой-то затяжной простудой, то ли симулировал, устав от работы.

— Ты жив, Толстун? — спросил он, когда обнаружил Юко за рабочим столом в обнимку с мозгом, похожим на человеческий. Из голубоватой неправильной сферы торчали десятки проводов, половина из которых длинной лентой вела к небольшому черному прямоугольнику, похожему на кирпич, а другая — в отверстие в стене. В серверную.

Карлик, проснувшись от прикосновения металла к макушке, сонно мотнул всклокоченной головой, не понимая, где находится и что происходит, и уставился на Куда рассеянным взглядом. На щеке отпечаталось ребро ручки и прилипла таблетка.

— Ты уже дома? Я что, уснул?.. Черт, я же! — и, чуть не вскочив, начал рассматривать мозг, а потом дотянулся до мышки, и один из экранов показал окно с кучей цифр. Глаза, воспаленные от сна в линзах, нашли желанные сто процентов, и Юко, неверяще усмехнувшись, близоруко сощурился. Неужели?.. Но он же толком никакие глобальные правки не вносил!

— Там то, что я вижу? — на всякий случай спросил он, и Куд с замиранием сердца тоже наклонился, шепотом подтверждая это. — Значит, я это сделал! С подсоединенным блоком получилось! — и Юко аккуратно, будто что-то очень хрупкое, положил мозг и черный блок на специальную подушку и, радостно хохоча, прыгнул на шею Куда.

Немо с помятым тортом в руках наблюдал с порога комнаты, как Юко обнимает Куда и что-то тараторит на родном языке, а тот с каждым словом становится все более и более радостным и даже обнимает карлика в ответ. У них явно произошло что-то важное и значимое, что-то к чему они шли не один год.

В тридцать девять лет Юко закончил «Эмму». И для Куда это стало лучшим подарком на день рождения.

Люди никогда не были терпеливыми или понимающими. Когда стало известно, что вылечить их от последствий вируса невозможно, они подняли бунт, обвиняя Юсту в предательстве. Люди не хотели понимать, что исправить ничего не получится: ни одно лекарство не восстановит ДНК их половых клеток. Сами люди фактически не заражены — они лишь носители. Все последствия отражаются на их потомстве. Юста пыталась объяснить, что даже клонированием ничего не добиться — нужно что-то делать с теми, кто еще не родился. Создать хотя бы несколько людей, способных на здоровое потомство. Но никто не хотел понимать и принимать. Именно поэтому Юста оказалась на востоке — дальше от большой цивилизации, спрятавшись на неплодородных землях среди гор.

— Вы предали нас! Оставили умирать, а сами занялись не пойми чем! — кричали люди.

— Мы делаем все возможное, чтобы спасти вас. Мы ищем способы вернуть мир! — отвечала Юста, которую никто уже не слушал. Совет директоров, в числе которых был Адам, друг Юко, погиб во время очередного обязательного выступления перед миром. Обыкновенный теракт. Людей успокоили, виновных нашли и наказали. Но погибших это не вернуло. И ярость толпы не остудило.

В Юсте часто проводились учения: как вести себя в чрезвычайных ситуациях, куда правильно эвакуироваться, зачем проводить перепись, какие данные вписывать. Куд и Юко знали эту процедуру наизусть и, когда в очередной раз сработала аварийная система, оглушительно оповещая всех о необходимости покинуть здание, не-люди спокойно поставили на паузу все процессы, собрали необходимое и не торопясь пошли на выход. Кто-то даже успел прибрать на столе, кто-то — закончить свои дела. Кто-то — найти стариков, которые работали наравне с молодыми, и помочь им уйти. Все думали, что ничего не произошло, пока не вышли наружу. И не рассыпались прочь от лабораторий, прикрывая голову от падающих осколков стекла и бетонной крошки, в панике забывая, что нужно делать и куда бежать.

Их окрикнул кто-то из отдела Ивэй — высокий мощный мужчина с огромными руками и лысой головой, — и Куд с Юко бросились к нему, стараясь не упустить из вида белый халат, больше похожий на парус.

— Имя?! — рявкнул мужчина, перекрикивая грохот взрывов, и Куд назвал имена и идентификационные номера, после чего огромная рука указала направление, и они с Юко снова куда-то побежали, от страха не понимая ровным счетом ничего. Когда в кармане зазвонил телефон, они даже не сразу догадались, что нужно взять трубку.

— Вы где? — спрашивала испуганная Нина, тоже куда-то бежавшая. — Нас эвакуировали, сказали, что на лаборатории напали! Это правда?!

Юко пытался объяснить ей, что не знает, Куд вырывал телефон и спрашивал, не с ней ли Немо. Люди и не-люди, собравшиеся в небольшом укрытии, шумели так, что ничего не было слышно. Все пытались связаться с родными, выяснить, что происходит. Кто-то силился навести порядок и успокоить паникующих, но голоса глохли в общем гуле.

Через несколько часов в тесном душном помещении, где свет резал глаза искусственной голубизной, а гудение ламп и вентиляции действовали на нервы, когда все устали паниковать и просто ждали хоть каких-то новостей, тот самый огромный мужчина посадил себе на плечи щуплого не-человека, чтобы его все увидели. И не-человек с мужской прической, обнажающей слуховые аппараты, прокашлявшись, поднес к глазам сенсорную панель.

— Итак, — его голос был тихим и приятным, и все затихли, чтобы не пропустить ни слова. — Нам удалось связаться с другими укрытиями, и теперь мы проведем перекличку, чтобы узнать, кого мы потеряли. Итак, — повторил он и начал называть имена, напротив которых в его панели стояли вопросительные знаки. Если человек или не-человек находился, парнишка подсвечивал имя зеленым цветом. Когда прозвучало имя Ивэй, Куд и Юко завертели головами и проглотили подступивший к горлу комок.