Нерешенная задача - Елена Валентиновна Муравьева

не знали как об этом доложить хозяйке, ибо секретарша догадывалась, что поведение графини связано некой стороной и с принцессой Милицей. Та, на другой стороне провода, восприняла замешательство секретарши настолько по-доброму, что даже вызвалась сама подъехать к графине домой, и даже без предупреждения заранее, что в светском обществе никогда не делалось.

И теперь они обе, горничная и секретарша решали, кому из них войти и оповестить хозяйку об этом. Вошла горничная. Бросив на неё яростный взгляд, графиня ничем её не наказала и попросила готовить ужин и накрывать на стол к приезду высокопоставленной особы, хотя горничная четко прочитала на её разрумянившимся от гнева лице, крайнее удивление.

И уже за столом, отправив горничную из комнаты, графиня стала объяснять принцессе Милице свое полное шоковое состояние, которое она испытала при посещении этого загадочного старца. Человек, когда делит свою проблему и боль с кем-то пополам, ему становиться легче, он быстрее оправляется от потрясения, но сейчас этого не произошло! Реакция принцессы на слова графини только добавила ей смятения и изумления.

После того, как графиня поведала ей, что осмелился предложить Григорий Распутин сделать через день, ей, одной из самых влиятельнейших женщин Венгерского королевства и даже самой Австрии, принцесса не повела даже бровью в удивлении и осталась невозмутимой и крайне спокойной. У неё на лице появилось такое милое умиротворение, что Элизабет фон Газейштардт показалось, что она начинает слышать, как шевелятся извилины её мозга! Ей, чье имя знали хорошо и относились с глубоким почтением в Париже, Праге, Варшаве простой, бедный крестьянский мужик предложил сходить с ним в баню, вместе и помыть его. После его слов, она подумала, что её секретарша сошла с ума, и не верно истолковала русский язык. Это показалось только в сотую долю мгновения, так как потом графиня вспомнила, что такого просто быть не может, так как Зинаида русская, а французский, польский языки знала в совершенстве. Как после Александро-Невской лавры она доехала домой — не помнит, изумление, гнев и еще клубок сильнейших, не изведанных ранее эмоций, зашкаливали и поэтому, она на интуитивном уровне почувствовала, даже в целях самосохранения психики, что если она не выплеснет это наружу, то её просто разорвет изнутри, как взрывом кратера вулкана, которые она наблюдала в Америке.

И что?! Напротив неё сидит дочь черногорского короля, супруга близкого родственника императора этой страны, одна из самых богатых и влиятельных женщин, женщина, знавшая несколько иностранных языков в совершенстве и даже быстро освоившая прусский язык, разбирающаяся в поэзии, музыке, живописи, мировой философии — и принимает это как естественную реальность!

Графиня потерялась и во времени, и в пространстве. А черногорская принцесса невозмутимо подошла к двери и позвонила в колокольчик для горничной. На французском языке попросила её найти в доме что-нибудь крепкое и сейчас же принести. И это было очень уместно. Графиня начала каким-то шестым чувством догадываться, что в этой стране, вся информация, которая поступает к человеку, должна усваиваться только при употреблении крепких напитков, чтобы приглушать сознание, а то оно не в защищенном виде, информацию просто не выдержит.

Нашли только вино. Графиня привезла с собой в Россию в качестве угощения несколько коробок самого изысканного, тонкого французского вина!

И вот, подстраховав сознание этим средством, она стала объяснять смысл, который старец Григорий, оказывается, вложил во все им сказанное и чего графиня просто не поняла. Еще какое-то время у Элизабет фон Газейштарт в изумлении подымались вверх брови, но потом она уже в спокойном состоянии слушала свою гостью.

Оказывается, поход в баню старцем Григорием предлагается знатным женщинам и вообще просто женщинам часто. Ибо, как в Библии сказал Господь, самый тяжкий для человека грех, это гордыня. К старцу обращаются люди с проблемами, прося у него помощи разного характера. Он человек Божий, усердно постящийся и молящийся практически круглосуточно и силу получает свою для помощи людям, только от Господа нашего. Но Господь гордым противиться, не помогает, ибо это грех, а Господь — это чистота и святость. Вот и придумал старец Григорий способ и самый верный и самый быстрый и самый действенный, как эту гордость переломать и уничтожить. А особенно её много, как он говорит, именно у особ знатного рода. У простых её меньше. Вот надо вначале избавиться от этого греха, потом, он видит, какие еще грехи есть в данном человеке, и часто, проблемы получаются в жизни именно от этих грехов. Убирается грех, уходит проблема!

Широко открытыми глазами графиня слушала свою гостью. Это было удивительно! Воистину удивительная философия! Но если задуматься, то так оно и есть! Грехи, грехи наши создают нам же самим проблемы и несчастья! Не захоти она молодости, красоты и мужской силы Артура Войцеховского, не мучилась бы бессонными ночами, метясь по подушкам в гнетущем дурмане, терзая себя щемящей болью. И нет радости от богатства и знатности, и ничего по сути своей не значит положение в обществе, когда сердце стонет и плачет, и ты не испытываешь удовольствия от еды и дорогого вина, с тонким вкусом, не смыкая глаз на шелковых подушках, в больших, роскошных особняках.

— И что? Ты дорогая моя принцесса решилась бы пойти в баню с чужим мужчиной и мыть ему спину?

Милица загадочно улыбнулась и положив участливо свою ладонь на руку графини, как самая близкая подруга, проговорила:

— Вот своему супругу, не пошла бы мыть. В этом нет смысла… …А вот этому мужику пойду и многие из нас пойдут. Он на послезавтра назначил! Вот. Значит приезжайте! И мы там будем.

— Кто будет?

— Вы увидите, милая моя, со многими познакомитесь и все не так жутко и страшно! В конце концов, об этом же никто не узнает! Да и никто не поверит такому! Этого же не может быть! А вот быть может!

И снова на утро графиня проснулась к полудни. И снова голова гудела, так как мера вина была не соблюдена, как это было у неё дома. Три бутылки на двоих женщин, оказалось очень много и хоть, голова у неё сейчас не била колоколом в воздухе, но вид был помятый. Она снова сидела отупело на кровати и размышляла над всем, что ей вчера сказали. И верила, и не верила во все, что слышала и узнала! Но все не так просто!