Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

– Где Ноар?

Вопрос, который заставил мое сердце остановиться.

Ноар не стоял рядом с нами.

Но я чувствовала его жемчужину.

Не раздумывая, я бросилсась прочь, следуя моему чувству. Илион направился за мной. Середина толпы. Золото. Кровь. Умирающие. Покойники. Черные доспехи. Ромэ. Киза. Паш. Юнос. Ноара не было. Как такое могло быть? Я ведь чувствовала его драгоценность там…

Там…

Там, в руке Ромэ.

Воины теней не сражались. Они уставились вниз с Золотого моста в сторону водоворота хаоса.

Я так сильно испугалась, что у меня перехватило дыхание. Далеко впереди боевых линий я обнаружила одинокую фигуру, шагающую по пустому мосту – прямо к Фидрину. Только шендаи защищал его.

– НОАР!

Я бежала сломя в голову. Мне нужно было к нему. Без драгоценности Ноар не смог бы долго противостоять хаосу.

Но я не успела сделать и трех шагов. Паш перехватил меня. Я сопротивлялась и брыкалась так сильно, как никогда в своей жизни.

– Я должна вернуть его! Отпусти меня, черт возьми!

Граф выдерживал каждый мой удар, оставаясь непреклонным.

– Не в этот раз, принцесса, – грустно прошептал он мне на ухо.

– Лук! – услышала я призыв Ромэ.

Юнос колебался какое-то мгновение. Он избегал моего взгляда, словно ему было стыдно. Затем воин натянул стрелу и направил ее на Ноара.

Меня охватила паника. Я со всей силы врезала Пашу локтем в живот и рванулась прочь.

– Юнос, нет!

Пытаясь остановить его, я тут же наткнулась на Ромэ. Генерал схватил меня за плечи.

– Ты должна позволить Ноару сделать это!

– Что?!

– Мы проигрываем, Амайя, – сказал он с непреклонной строгостью. – Разве ты не понимаешь, что он делает это и ради тебя тоже?

Я не могла поверить в то, что только что услышала. Я грубо отбросила его руки в сторону, но Ромэ предвидел это. Он развернул меня и обхватил сзади – так крепко, что я едва могла пошевелиться.

– Таково было решение Ноара, – продолжал говорить мне генерал. На этот раз полный сострадания. – Хаос уже распространился в нем так сильно, что он все равно не сможет долго себя контролировать. С барьерами или без них! Это невозможно отменить. Дай ему достойный конец. Конец, с помощью которого он может спасти тебя.

На его руке сияло кольцо с драгоценностью Ноара. И не только это. У Ромэ были все кольца князя Теней.

Слезы ручьями текли у меня по щекам.

Ноар отдал их ему? Своему преемнику…

Он попрощался с ними?

И так просто оставил меня?!

Жестокая боль пронзила мою грудную клетку хуже, чем все, что я когда-либо испытывала. Мой разум переклинило от короткого замыкания. Я полностью свихнулась, повернулась в хватке Ромэ и зарычала на него.

– Как ты можешь так его подводить? Как вы все можете так его подводить? Вы предатели! Немедленно отпусти меня!

Ромэ не подчинился моей воле. Он носил драгоценность, был спокойным и невозмутимым.

– Я не могу, Амайя. Я поклялся Ноару.

– Я ваша императрица. Вы должны делать то, что я говорю! Опусти лук! – закричала я. – Отпусти меня! ПУСТИ МЕНЯ К НЕМУ! – Из моих глаз лились горькие слезы. Было такое чувство, что со слезами душа покидала мое тело, пока передо мной не появилась Киза. Она взяла мое лицо в свои руки и сердито посмотрела на меня.

– Как ты думаешь, Ромэ этого хочет? Ноар – его лучший друг, – обратилась она ко мне. Из ее глаз тоже текли слезы. – Любой из нас поменялся бы с Ноаром местами, если бы мы могли спасти его таким образом. Но мы не можем этого сделать. Даже ты! Так что мы выполняем свой долг. Мы должны пойти на это, чтобы Кассардим мог выжить. Чтобы ты смогла выжить. Можешь ненавидеть нас за это. Отомсти, если захочешь, но не сейчас! Сейчас ты должна быть с ним еще раз! Пусть неодобрение его жертвы не будет последним, что он увидит.

Ее критика поразила меня до глубины души. Моя ярость покинула меня. Моя сила ослабла. Только Ромэ помешал мне рухнуть.

Киза сделала шаг в сторону. Теперь я могла видеть, как Ноар остановился и повернулся. Достаточно близко, чтобы быть в пределах досягаемости лука Юноса, но достаточно далеко, чтобы никто не пострадал, когда его жертва высвободит энергию, необходимую для новых барьеров.

Достаточно далеко, чтобы я больше не могла его остановить.

Он все предусмотрел. Как всегда.

Спокойными движениями он расстегнул свою броню и снял ее. Ноар также снял форменную куртку и рубашку. Так, чтобы выстрел наверняка оказался смертельным.

– Пожалуйста, Ромэ… не позволяй этому случиться, – умоляла я в последний раз. Мой голос был едва слышен. – Я могу спасти его. Позволь мне попробовать!

– Хотел бы я, чтобы ты это сделала, – несчастно пробормотал генерал. – Будь сильной ради него сейчас. Не усложняй ему задачу.

Затем Ноар поднял голову, и наши взгляды встретились. Я знала, о чем он думал, а он знал, о чем думала я. Его губы произнесли последнее послание.

– Мне очень жаль.

Всхлип обжег мне горло.

– Я люблю тебя! – прошептала я.

Мне едва хватило воздуха перед лицом моего конца. Было еще так много всего, что я хотела сказать Ноару. Мне хотелось еще раз прикоснуться к нему, поцеловать его и ощутить безопасность в его объятиях. Я хотела жить с ним, завести с ним семью, построить с ним дом.

– Я тебя тоже, – прочитала я по его губам.

Он улыбнулся. В отчаянии я пыталась запомнить эту улыбку. Я бы никогда больше ее не увидела.

Затем Ромэ отдал приказ, который вырвал сердце из моей груди:

– Стреляй!

Юнос отпустил тетиву. Черная стрела просвистела по воздуху. Он поразил свою цель со смертельной точностью и жестокой силой. Прямо в грудь Ноара.

Я вздрогнула, как будто стрела попала в меня саму. Рев Нокса разнесся эхом даже по самым отдаленным уголкам Кассардима. Он потонул в шуме моих ушей. Мне тоже хотелось закричать, но из последних сил старалась держаться. Ноар еще не был мертв. Все еще ощущая его страх, я задержала на нем взгляд. Он не должен быть один, когда…

Его звездные глаза закрылись.

Но он не упал.

Из раны не вытекло ни капли крови.

Происходило что-то странное.

Юнос пустил еще одну стрелу. На этот раз он не стал дожидаться приказа Ромэ. Юнос тут же выстрелил, чтобы подарить своему князю быструю смерть.

Вторая стрела вонзилась в его плоть еще глубже, чем первая, но Ноар даже не пошевелился. Медленно схватившись за древки, он вытащил их из груди. Из ран валил дым.