"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Буторин Андрей Русланович

— Понимаю. — Вряд ли он чему-то поверил. — Зачем же такие сложности? Можно было просто явиться ко мне в контору в городе и выбрать все, что пожелает ваша душа.

«За наложницами? — сверлили его глаза. — На другую сторону полуострова? Вокруг Роха, чуть ли не через все королевства Шеола?»

— Вы меня не совсем понимаете. — Сергей начал входить в роль. — Меня послал Королевский Дом Ассаны. Далеко послал. То, что есть в вашей конторе, — есть на всем побережье. Мне не нужен ширпотреб… простите, то — что для всех. Мне нужен особый, штучный товар. То, что может быть от короля.

— Ясно. — Он продолжал размышлять, но судя по всему — предложение ему нравилось. К тому же ведь он ничем не рисковал, здесь присутствовала только чистая прибыль. А остальное его могло не касаться. — И когда вы хотите посмотреть?

— Прямо сейчас. То, что есть в этом доме.

— Кое-что есть. Я думаю, вам понравится. Скольких штук вы хотите приобрести?

— Немного. Несколько. Но я не буду торговаться, — затаив дыхание, сказал Сергей, постаравшись не заметить это кольнувшее — «штук», и добавил, чтобы его не повели смотреть куда-то: — Отличный вид на реку…

Уловка удалась, Эго Дох выглянул за дверь и неожиданно кому-то рявкнул — Сергей даже вздрогнул. Вряд ли он имел какое-нибудь отношение к аристократии. Необычайно быстро возникший медлительный дворецкий что-то внимательно выслушал и, кивнув головой, так же быстро исчез.

— И вина сюда! С фруктами, — еще раз рявкнул ему вслед лысый хозяин и обернулся к Сергею: — Не отказывайтесь. У меня очень хорошие вина.

— Конечно, — усмехнулся Сергей. Вино — обязательный атрибут подобных сделок, к тому же подвыпивший покупатель — лучший покупатель. — С удовольствием.

Через минуту двое слуг внесли и поставили низенький столик, еще один — в белом колпаке — мигом уставил пузатыми темными бутылками и в завершение водрузил огромную вазу с грушами и виноградом.

— Попробуйте. — Хозяин протянул ему наполненный бокал. — Это из моих личных виноградников.

— Благодарю вас. — Сергей помотал жидкость и посмотрел на просвет — надо было играть роль до конца. К тому же это была для него уже и не роль…

Еще через несколько минут на террасу вышла вереница девушек, закутанных в покрывала, — Сергей отступил на шаг и задержал дыхание…

Вот и встретились. Сколько он когда-то читал об этом, сколько смотрел фильмов. Рабство, неприкрытое, незавуалированное, самое настоящее рабство. Когда один, слюнявя денежные купюры… хотя нет, отсчитывая медяки или пробуя на зуб золотые монеты — какая разница, — может открыто и не скрываясь купить другого человека и делать с ним все что захочет. Самая гнилая часть человеческой истории, хотя и в современном мире Сергея подобное имело место — просто под другим именем. Бедные вы мои, бедные…

Эго Дох поднял руки и хлопнул в ладоши — девушки одним движением скинули покрывала на пол и остались почти полностью обнаженными. Так сказать, товар лицом. Сергей незаметно вздохнул.

Все они были, конечно, красивы — каждая по-своему. Безупречные линии бедер и высокие полные груди, стройные ноги и ровные плечи, и лица… Над металлическим ошейником. Конечно, Эго Дох был знатоком своего дела и знал, кого отбирать. Но до Энии им все равно далеко.

Надо было продолжать играть — Сергей заложил руки за спину и прошелся вдоль шеренги невольниц, останавливаясь и рассматривая каждую. Все они имели какую-то свою жемчужину, каждая в чем-то своем замечательна, но все же присутствовало что-то, что делало их не до конца желанными. Сергей сделал шаг назад — и вдруг понял. Отрешенность и безучастность глаз, вот что. Они давно смирились со своей участью и не ждали от жизни перемен, они стали рабынями — значит, таков удел. Женская покорность замечательна, очень замечательна — так как довольно редка, но покорность должна переплетаться с любовью и с личным желанием быть покорной — тому единственному, которому само подчиняется сердце и душа. Покорность хозяйки, любящей нежной жены и матери, где светятся мягким светом глаза и улыбаются добрые милые губы, не сравнить с боязливой подчиненностью невольницы. Страх всегда некрасив.

Конечно, некоторые исподтишка бросали осторожные взгляды, кое-где блестели любопытные глаза — кто будет их новый хозяин? Но все равно здесь равнодушия присутствовало больше, чем на любых житейских смотринах. Кто бы он ни был, их новый хозяин, добрый или не очень, — он все равно останется хозяином. А их жизнь — удел рабыни. Бедные вы, бедные…

— Ну как? — Эго Дох был явно доволен и сам не отрывал от них жадного взора. Ого, да ты еще и кобель, оказывается. Девчонки вы несчастные…

— Скажите, — Сергей сделал равнодушный вид и еще плеснул себе вина, — а они все… давно у вас? Мне нужны характеристики: свойства характера, желания, потребности, привычки, склонности, отношение к… гм… непорочности. Были ли раньше свободными и если да — то кем, и сколько лет в неволе. В общем — все. О каждой.

— Естественно. — Хозяин оторвался от девушек. — На каждую составляется купчая — там все указано.

— И еще… — Сергей сделал паузу, стараясь выглядеть как можно более равнодушным. Теперь начиналось главное. То — из-за чего и был затеян весь этот сыр-бор. — Недавно вы приобрели девушку, молодую женщину. Кажется, ее зовут Лаума, и она из Тариды…

На террасе на миг повисло молчание, Эго Дох нахмурился:

— Я не знаю, откуда у вас эта информация, но… Она не продается. К тому же у меня ее уже нет.

— Я заплачу больше, чем за всех остальных.

— Понимаю. — Лысый хозяин опять задумался. — Теперь понимаю. Принцесса Эния собирает доказательства на маркиза Ар-Роза… Не знаю, зачем ей это нужно, но я ничем не могу помочь. Сожалею.

— Подумайте. — Сергей не отрывал от него взгляда, прелюдия и шутки кончились. — Я могу оплатить даже не золотом. Эмацеей. И мерить — не каплями. Только за нее одну.

Это было много. Это было очень много, и было хорошо заметно, как алчность боролась со страхом. Но маркиз, даже не присутствуя, был здесь слишком силен.

— Сожалею, — сказал Эго Дох. — Ее все равно уже нет.

Это был окончательно решенный ответ. Сергей неторопливо прошелся к перилам и развернулся, облокотившись о них спиной.

— Ладно. Пускай так. Тогда у меня маленькая просьба. Тут вы не можете отказать, просто потому что абсолютно ничего не теряете.

— Слушаю вас. — Голос хозяина дома был напряженным, как будто он ждал какой-то подвох.

— Позвольте мне просто с ней поговорить. Ровно одну минуту. Здесь, на глазах у вас и вашей охраны. Но с глазу на глаз. И все. Только одна минута, у всех на виду. Я очень хорошо заплачу. Маркиз никогда ничего не узнает.

Над террасой вновь повисло молчание. Сергея здесь приняли, приняли за серьезного и высокого покупателя — он видел это, ему поверили. Эта часть действий — психологическая — ему удалась. Теперь дело за Эго Дохом, за надеждой на то, что с маркизом его связывают только отношения выгоды, а не преданности. И он, как купец и коммерсант, не сможет отказаться от дохода там, где не надо ничего терять.

— Вы собираетесь покупать остальных? — спросил наконец хозяин дома. — Или это было просто так, ширма, чтобы добыть эту…

— Да. Я куплю их всех. Всех — которые здесь, — серьезно сказал Сергей. — Но только если вы позволите мне то, что я прошу.

— Зачем это вам? — Он был слишком подозрителен, это естественно — иначе никогда не стал бы тем, кем был. И не мог не размышлять. — Слова никогда не принимаются ни одним советом — всегда нужны свидетели. Да и о чем она может свидетельствовать…

— Тем более. Тогда почему вы противитесь?

— Хорошо. — Тот наклонил голову, что-то окончательно отметив для себя, повернулся и вполголоса сказал два слова своему английскому дворецкому — тот кивнул в ответ и исчез за дверью.

Девушки продолжали стоять, поглядывая на Сергея и зябко поеживаясь — на свежем воздухе было прохладно для нагого тела. Сергей отвернулся — он не мог сейчас показывать слабость, ему нужна полная убежденность Доха в его холодной расчетливости и деловом снобизме. Вы уж простите меня, милые, за все…