Колдовская магия - Джуд Фишер

Мэм попыталась запалить огонь так, чтобы создать максимум дыма и минимум вреда, однако парусина после долгих часов на палящем солнце высохла как пергамент и занялась гораздо охотнее, чем можно было ожидать.

Однако на такие мелочи Мэм обычно не обращала внимания. Значительная часть народа пришла на Собрание в поисках собственной выгоды: толстые торговцы, заключающие грандиозные сделки, жирные вельможи, пытающиеся подороже сбыть с рук пухлых дочерей, — все стремились урвать кусочек общего пирога. Наемнице не нравились подобные люди. С одиннадцати лет она жила собственными мозгами, оставшись сиротой в результате войн и набегов. Ее дядя Грастан одно время привечал Мэм у себя в доме, но вскоре девушка поняла причину его гостеприимства, и не потребовалось особых усилий, чтобы решить, что жизнь без еды и тепла в сточной канаве или помойной яме лучше, чем под крышей сластолюбивого старого борова.

Словно волшебные змеи, Джоз, Кноббер и Док сбросили истринскую кожу, сосредоточив внимание на своей предводительнице. Мэм тотчас подала Дого сигнал. Наемник помчался вперед и взобрался на помост. Штормовой Путь и Южный Глаз были заняты спасением короля, они пытались протолкнуть Врана и его бледнокожую невесту в дыру, проделанную капитаном стражников. Яйцо Форстсон руководил спасением другой группы эйранцев и эйранок, включая заплывшего жиром корабела и его светловолосую дочь.

Когда остальные наемники пробились к предводительнице, Мэм стала отдавать им короткие приказания на языке жестов, который они специально придумали для использования в сражении. Кноббер тут же скользнул влево и присоединился к Дого, который уже весело выпрыгивал на улицу в дыру, словно цирковой терьер в обруч.

Мэм невольно улыбнулась. Ее войско — лучшее, как верно подметил ублюдок-истриец. Она подождала, пока Джоз и Док догонят ее, потом вспрыгнула на помост и последовала вслед за королем Враном в темноту. Впереди хорошо просматривалось светлое пятно рубашки кочевницы — словно маяк в тумане. Очень кстати, подумала Мэм.

Через мгновение наемники настигли беглецов.

— Позвольте помочь вам, господин, — крикнула Мэм.

Король медленно повернулся:

— Кто здесь?

— Мы уведем вас и вашу женщину отсюда, — сказала Мэм, игнорируя вопрос.

Южный Глаз втиснулся между Мэм и королем.

— Наемники, господин, — ответил он. — Вы с леди идите дальше, а Бран и я проследим…

В неверном лунном свете Вран Ашарсон увидел, как его доверенный старый советник повалился на колени, а его глаза вылезли из орбит. Кровь начала толчками выплескиваться изо рта. Потом старик упал на землю.

Скрипнув сталью о кость, Мэм вытащила меч из ребер Южного Глаза. Учтиво поклонилась королю:

— Позвольте, господин…

Перешагнув через тело советника, она подошла к Врану справа и взяла его под руку. Док вытер меч о ногу.

— Прекрасная ночь, не правда ли, господин?

Джоз сгреб Розу Эльды и взвалил ее на плечо, как мешок с зерном.

— Теперь мы проводим вас в безопасное место, господин.

Мэм улыбнулась с открытой свирепостью. Двенадцать лет назад ей понадобилось несколько недель, чтобы передвинуть зубы на надлежащее место, но она никогда не жалела о своем решении. Внешность прелестного ребенка принесла ей только несчастья, а вот волчий оскал, наоборот, спас из нескольких неприятных ситуаций. Она часто подумывала о том, чтобы навестить дядю Грастана, но одно знание, что она может сделать это в любую минуту, поддерживало ее в добром расположении духа.

В полном замешательстве, все еще ничего не соображая после воздействия чар Розы Эльды, король Вран Ашарсон, Северный Жеребец, последовал за наемницей, будто ягненок.

Руи Финко удивленно поднял голову, когда в его палатку ввалилась Мэм, толкая перед собой северного короля.

Лорд вскочил с кушетки так быстро, что раб, снимавший с него обувь, покатился под ноги Мэм.

— Вон отсюда! — прошипел Финко, обращаясь к мальчишке. — И приведи лорда Варикса.

Мэм заметила со злорадством, что одежда утонченного вельможи пребывает в плачевном состоянии. Рукав дорогого галианского кружева порван и запятнан, черные полосы разукрасили бледно-голубую тунику.

— Ваш заказ прибыл, — ухмыльнулась она.

— Вам не следовало доставлять его сюда!

— Как еще мы могли получить оставшуюся часть денег в таком хаосе?

Король Вран Ашарсон огляделся, как внезапно проснувшийся лунатик.

— Зачем вы привели меня сюда? — потребовал он. — Где Южный Глаз?

— Боюсь, у лорда появились неотложные дела в другом месте, — весело отозвалась Мэм. — Так что мы привели вас вот к этому джентльмену.

Лорд Форента жестом предложил королю северян садиться. Как только Джоз появился в дверном проеме с Розой Эльды на плече, Руи Финко резко произнес:

— Оставайтесь снаружи с этой шлюхой. Мне нужно, чтобы король нормально соображал.

Мэм кивнула.

Джоз подмигнул:

— Она редкая штучка, Вран. Так что я тебя не виню.

И его семифутовая туша исчезла из павильона.

Только убедившись, что внимание короля безраздельно принадлежит ему, лорд Руи Финко дотянулся до небольшого ящичка в столе, вытащил оттуда что-то и положил маленькую изящную шкатулку на стол между собой и Враном Ашарсоном.

— Откройте, — приказал он.

Нахмурившись, Вран взял шкатулку. Некоторое время он изучал ее, пока не нашел скрытый механизм.

Крышка немедленно открылась, и король уставился внутрь. Лорд Форента подтолкнул к нему свечу.

— Если вам не видно без света, — пояснил он услужливо.

Вран закрыл шкатулку. Лицо его побелело.

— Где вы это взяли?

Руи Финко улыбнулся:

— Скажем так — досталось по наследству.

Он твердо выдержал взгляд Врана.

С другого конца павильона Мэм наблюдала за беседой вельмож с возрастающим интересом.

В первый раз она заметила, что в профиль мужчины очень похожи, хотя лорд Форента и превосходил северного короля годами. К тому же одинаковые репутации. Руи Финко не женат, но говорят, наделал около сотни детей, так что в скором времени вскормит собственную армию. Наемница сузила глаза и увидела, что Вран Ашарсон, нахмурив брови, что-то прикидывает. Тревога явственно собиралась над ним, как грозовая туча.

— Кто еще знает?

Лорд Форента понизил голос.

— Как я рад, что мне не придется рассказывать вам всю эту печальную историю, — доверительным тоном сообщил он. — Тяжелое было время… Итак, кто же знает? Давайте посмотрим: ваш отец, естественно, да благословит Фалла его душу, потом мой отец. Хотя, будучи гордым человеком, он унес тайну с собой в могилу. Не раньше, однако, чем поджарил пару сотен кочевников-колдунов…