Грешный ангел - Брук Лин

словно в невесомости. Ощущаю лёгкость во всём теле. И начинаю внутреннее смяться от осознания, что только что случилось то, о чём я так долго грезила – прыжок с парашютом на высоте две тысячи пятьсот метров от земли.

Это сумасшедшее буйство эмоций. Я смотрю на землю с высоты птичьего полёта, вижу равнины, реки и озёра. Всё кажется таким нереальным, но божественно красивым. И испытываю непередаваемое чувство собственного всемогущества. Кажется, что весь мир у моих ног.

Вся жизнь пролетает перед глазами, я вспоминаю всё, что успела пережить за многие годы. Сколько боли, страданий перенесло моё сердце. Сколько обид и разочарований я испытала. Сколько работы над собой проделала. А потом вспоминаю, сколько всего невероятного со мной случилось за эти годы. Встреча с Симоном, как встреча с самой с собой. Ведь именно он познакомил меня с той Авророй, которая жила внутри меня, но боялась выйти наружу и показать себя миру.

Теперь не боюсь. Благодаря ему я обрела уверенность, стала другой, или лучше сказать – я вернулась к себе. Я стала той, кем всегда была. Безумной, забавной, порой до безобразия глупой, отчаянной и свободной. Свободной от всех предрассудков. Но куда важнее для меня такой ранимой – я стала по-настоящему любимой и счастливой.

Знакомство с Симоном – как прыжок с самолёта – вышибло дух и перехватило дыхание. А жизнь с ним, как этот полёт – невесомый и захватывающий. Рядом с этим мужчиной я также парю в небе и весь этот мир кажется подвластным мне.

Мы расписались через месяц после его предложения и отметили этот день в кругу самых близких. Мы оба не хотели пышной свадьбы. Не хотели разделять этот день ни с кем, кроме родных.

Наши родители были в шоке от нашего неожиданного решения пожениться. Боялись, что мы слишком ветрены и безрассудны, что к созданию семьи нужно относиться более серьёзно. Но мы никого не слушали. Сделали так, как чувствовали. И были счастливы тому, что этот день мы успели разделить с Джулией. Что успели увидеть её радость в глазах. Они с дедушкой единственные, кто не сомневался в нас.

– Вы напоминаете мне нас с Маратом в молодости. Не слушайте никого. Безрассудство не помеха, когда оба человека любят друг друга. Самое главное – никогда не воспринимайте это чувство как должное. Каждый из вас – подарок свыше, и вы всегда должны бережно относиться друг к другу. Все невзгоды проходить рука об руку, и никогда не вставать друг напротив друга на поле боя. Вы должны быть друг для друга опорой, верой и домом. Это единственное, что вы должны помнить каждый свой день, – сказала нам напутственные слова бабушка.

И я впечатала эти слова в свою голову и в своё сердце.

Её потеря стала для нас настоящей трагедией. Мы видели, как она угасает на наших глазах. И я помню, какую страшную боль пережил Симон, когда её не стало. Помню его крик, помню его слёзы и помню ту агонию, которая поглотила нас всех.

Это был тяжёлый год для нашей семьи. Каждый проживал утрату как мог. Но мы были сплочены, поддерживали друг друга. Часто собирались всей семьёй вместе. И мне кажется, мы достойно справились с этой болью.

Теперь мы живём дальше, продолжая хранить память о чудесной Джулии в сердце. Вспомнили о жизни, о том, что бабушка очень злилась бы на нас, видя нас подавленными и сломленными.

Мы начали снова путешествовать, пробовать жизнь на вкус. И вот недавно Симон вспомнил о том, как однажды я сказала, что мечтаю о прыжке на парашюте.

– Ты сделала так много для меня за это время. Подарила мне вторую жизнь и дыхание. Теперь пора начать осуществлять все твои мечты, мой ангел, – сказал он.

Такой глупый. Будто бы только я подарила ему жизнь. Видимо он забыл, как однажды вырвал меня из рук страшной, ужасной жизни и подарил мне новую, совершенно другую.

Приземлившись на землю, я ещё полминуты лежу на спине и не могу перевести дыхание от пережитого восторга. Сердце стучит как умалишённое. И я, расплываясь в улыбке, начинаю смеяться.

Инструктор протягивает мне руку, помогает встать. И обернувшись я вижу любимого мужчину, который идёт ко мне и, как всегда, снимает меня на камеру.

Смотрю на него и понимаю, что с каждым вдохом и выдохом люблю его всё сильнее. Стоит только посмотреть в его глаза и всё – меня телепортирует в другой мир.

– Ну как ваши впечатления, дорогая Аврора? – корреспондирует он.

– Невероятно, дорогой Симон. Вы осуществили мою очередную мечту. Вы настоящий волшебник, – улыбаюсь ему в камеру, а потом тянусь и целую его в губы. – Мой самый любимый волшебник.

Симон прячет телефон в карман и обнимает меня за шею.

– И как вы смотрите на то, чтобы наконец осуществить мою мечту? – спрашивает, оторвавшись от моих губ.

– Какую из?

– Самую главную, – тут же меняется во взгляде, смягчается и смотрит на меня в ожидании ответа.

– Знаешь, о чём я мечтаю в последнее время? – спросил он меня пару недель назад за завтраком.

– О чём же? – откусив кусочек сэндвича, с любопытством взглянула ему в глаза.

– О детском смехе в нашем доме. Мне кажется, нам его не хватает.

Я аж поперхнулась от неожиданности. Мы не были детоненавистниками и планировали создать полноценную большую семью, но говорили об этом очень абстрактно, представляя это где-то в далёком будущем. И до этого завтрака ни разу не обсуждали этот вопрос серьёзно.

– Ты не хочешь? – спросил он.

– Дело не в этом. Ты меня просто удивил своими словами. И я даже не знаю, что тебе сказать. Я не задумывалась об этом серьёзно. А ты? Думал об этом или это просто мимолётная вспышка?

– Я думаю об этом последние месяцы. И мне кажется, что мы будем чудесными родителями.

В тот день мы закрыли тему этого разговора. Но каждый день после этого я просыпалась и думала над его словами. Ходила по нашей квартире и вслушивалась в тишину. И с каждым новым днём всё больше убеждалась, что он прав – нашему дому не хватает детского смеха.

– Знаешь, Симон, – я обвиваю его шею руками и заглядываю ему в глаза. – Мечты волшебника тоже должны исполняться.

Он расплывается в улыбке и прижимает меня крепче к себе.

– Когда вы хотите, чтобы я приступила к исполнению? – спрашиваю, облизав нижнюю губу.

Его взгляд тут же становится порочным и чертовски