Грешный ангел - Брук Лин

Смотрит на меня своим самым порочным взглядом и медленно входит в меня, давая почувствовать каждый сантиметр своей плоти. Я с трудом сдерживаю протяжённый стон, что рвётся из груди.

– Не сорвись, – издевается, хищно улыбаясь.

Знает, что я не привыкла быть тихой. Сам ведь научил.

Понимая, что это сносит мне голову, я притягиваю его лицо к своему и впиваюсь в его губы, чтобы хоть как-то заглушить себя. Слившись в поцелуе, мы начинаем синхронно двигаться тазом навстречу друг к другу. В груди всё искрится и превращается в пожар.

– Я сдохну, если каждое моё утро не будет таким, – говорит Симон, смотря мне в глаза и продолжая входить в меня всё быстрее и сильнее.

– Ты необходим мне живым, – шепчу, теряясь в ощущениях от ласк Симона.

Мне до сих пор не верится, что мы поговорили и признались в своих чувствах и теперь наслаждаемся друг другом в полной мере. Словно другая реальность. Такая чудесная и прекрасная.

Я обвиваю ногами его бёдра, двигаюсь ему в такт, сливая нас в диком танце. Отсутствие секса на протяжении долгих месяцев очевидно сказалось на мне. Я стала ненасытной, дерзкой и отчасти грубой. И чувствую, что Симону такая я тоже приходится по вкусу. Он смотрит на меня с восхищением, необузданным желанием, и его движения и касания становятся мне под стать – такие же резкие, слегка грубые и причиняющие приятную боль.

– Какая ты горячая, Аврора, – выдаёт Симон, когда мы одновременно взрываемся в экстазе.

Он ложится на спину, раскрывает руку и ждёт, когда я прижмусь к нему. Вымотавшаяся и опустошённая, но до безумия счастливая я склоняю голову на его плечо. Слушаю сумасшедшее биения наших сердец. И это лучшая музыка для моих ушей

– Через пару часов я поеду с Бруно в город. Нужно решить кое-какие вопросы по работе и съездить в больницу к доктору бабушки. Хочешь со мной? – говорит Симон, нарушив умиротворённую тишину между нами.

– Я бы с удовольствием, но останусь с сестрой. Помогу ей по дому. Твоя мама вернётся только к вечеру.

Он берёт меня за подбородок, приподнимает лицо к себе и расплывается в улыбке, разглядывая меня.

– То, что ты делаешь – бесценно. Знай, что я вижу и ценю твою заботу обо мне и моей семье.

– В моих поступках нет ничего такого, чтобы ты отмечал и говорил о них. Забота о дорогих людях – это так же естественно, как и дышать.

– И быть благодарным за эту заботу тоже естественно. Я не намерен воспринимать что-то как должное. Даже твою любовь, – произносит с нежностью и проводит пальцем от одного уголка губ к другому.

Внутри меня тягучей негой разливается тепло. Душа наполняется не просто любовью, а чем-то мощнее и сильнее, чем это чувство.

– Я счастлива, что моё сердце поумнело и влюбилось в тебя, – поцеловав его в руку, я нехотя вылезаю из постели.

Прохожу к столу, беру браслет с кольцом и возвращаю их на запястье и палец. Вижу, как доволен Симон, наблюдая за этим. А как довольна я. Без них я чувствовала себя голой. А теперь снова – нарядная.

Пока я одеваюсь, Симон продолжает лежать и наблюдать за мной. А я ощущаю такую лёгкость и счастье во всём теле и на душе. И это совсем другое счастье. Оно такое полноценное. Мне больше не страшно за будущее. Почему-то сейчас я уверена – Симон не отпустит меня.

Один откровенный разговор, и все переживания и тревоги улетучились и рассеялись в воздухе. Когда Филипп говорил мне о Рае и что всё между ними кончено, я не верила ему. Всегда чувствовала её между нами. Но Симон… После его слов я больше не чувствую эту девушку не то что между нами, а вообще в нашей жизни. Я верю ему. Верю всем своим сердцем.

Если он осознал свою ошибку и попросил искренне прощения, я не хочу терять время на глупые игры и попытки помучить его и набить себе цену. Мы и так потеряли много времени вдали друг от друга. И теперь я хочу восполнить себя и свою жизнь присутствием Симона. Сейчас я уверена, что это будут другие отношения. Более здоровые и наполненные.

– Знаешь, чего я хочу? – спрашивает Симон, подойдя ко мне сзади и помогая застегнуть бюстгалтер.

– Чего?

– Это так глупо, – усмехается он. – Но безумно хочу вернуться сегодня вечером домой и увидеть накрытый стол с ужином, который приготовила ты, – признаётся и целует меня в плечо.

И, возможно, это и в самом деле глупо и смешно звучит. Но я чувствую, что это для него значимо, и ловлю себя на мысли, что с удовольствием исполню его желание.

***

Джулия сегодня на радость всем чувствует себя прекрасно, и мы с Сарой с удовольствием проводим время с ней. Говорим о разном. Сара рассказывает про их медовый месяц, что они делали, куда ездили. А я делюсь с ними нашим откровенным разговором с Симоном и нашими признаниями в любви. Знаю, что это их удивит и обрадует, поэтому считаю неправильным молчать. Впрочем, Симон не особо скрывал с утра своих чувств. Ухаживал за мной за завтраком, поцеловал на прощание перед всеми, да и его поступок за столом перед родителями пару дней назад ясно дал понять, что он не готов больше скрывать нас от мира.

Сестра с бабушкой были очень счастливы услышать об этом. Сара усыпала меня вопросами, а Джулия сказала лишь одно:

– Я знала, что вам нужно просто поговорить. Впереди вас ждёт прекрасная совместная жизнь. И вы, девочки, обе очень меня сегодня осчастливили.

И мне после её слов захотелось устроить настоящий семейный ужин, чтобы продлить это счастье. И заодно исполнить желание Симона.

Несколько часов мы с Сарой провозились на кухне, готовя разные блюда и десерты. А после украсили террасу светодиодными гирляндами и накрыли красивый стол со свечами.

Я считаю, что такие дни, как этот, когда Джулия в таком прекрасном расположении духа, нужно наполнять ещё большей радостью, смехом и любовью. Потому что неизвестно, что её ждёт дальше. И хотелось бы наполнить её жизнь как можно большим количеством счастливых мгновений.

Симон с Бруно возвращаются домой, когда за окном уже темнеет, а небо усыпается звёздами, а следом за ними приезжают и наши родители.

– Моя девочка, – радостно встречает Симон Лўну, которая, увидев его, тут же вырывается из рук моей мамы и бросается к нему в объятия.

Её хвостик безудержно виляет, и она тянется к его лицу, чтобы всего