Стальной ворон. Книга 1 - Екатерина Стадникова

— У меня нечем, — признался Руф.

— Тогда отойди, — попросил он. — Организую приличный холмик.

Тангл развернулся и медленно побрел в никуда. Пусть на сердце стало немного спокойнее, но в душе образовалась неожиданная пустота. Руфус ни секунды не сомневался в правильности своего поступка. Единственно, следовало выяснить происхождение остальных омерзительных экспонатов коллекции чокнутого Реконструктора. Хотя едва ли это возможно. Никто в Ордене не выдаст Танглу разрешение перелопатить память безвестного Гарольда Мартина в поисках бесполезной информации, а сам Реконструктор не поставит свое отвратительное хобби под угрозу.

— Куда понесло? — окликнул Вильгельм.

— Не знаю. — Руф остановился.

— Похоже, нельзя тебя сейчас бросать. — Хьорт подобрал ненужную сумку и нагнал друга. — В принудительном порядке составишь мне компанию.

Он снова приложил руку к эмблеме и скомандовал: «Башня. Площадка маяка. Двоих».

Короткое путешествие промелькнуло незаметно, а небольшой пятачок с каменной чашей в центре встретил промозглым ветром. Повинуясь воле Вильгельма, в полу образовался люк с привычной лестницей за ним.

— Посиди смирно, пока скажу нашим, что уже на месте, — попросил Хьорт.

— Я минут на десять, — попытался возразить Руф. — Вечером хочу покинуть Шейдивейл. Обещал встретиться с Викторией.

— Свидание? — не оборачиваясь, бросил Танцор.

— Работа, — пояснил тот.

— Так одно другому не мешает. — Вильгельм снова показался в дверях каморки.

— Не шути. — Руфус плюхнулся в кресло и закрыл глаза.

Свинцовые веки тут же склеились намертво. Тело вспомнило об усталости и взбунтовалось. Оно не желало ни говорить, ни двигаться, ни даже сохранять осмысленное выражение лица.

— Если честно, — начал Вильгельм, устраиваясь напротив, — немного странно, что ты позвал… меня.

— Сам сказал, что именно для этого и нужны друзья, — сделав над собой усилие, ответил Тангл.

— По человеческим меркам я гожусь тебе в деды. — С хвостиком и в ободке Хьорт смотрелся весьма комично. — Надеюсь, дело не в моих способностях? В прошлом году ты пытался заручиться поддержкой у меня, чтобы повлиять на мнение Финна. Не отпирайся. Я же не дурак. Послушай, если у тебя есть обычные друзья, студенческие приятели, кто-то из Пансиона… не трать на меня время. Общайся с ними. Настанет момент, когда они все умрут. И произойдет это быстрее, чем можно предположить.

— А у меня не было друзей. — Руф уже не удивлялся собственной откровенности. — «Почитатели таланта» были, но никого близкого.

— Отчего? — не поверил Вильгельм.

— Все сразу, наверное, — отозвался Тангл. — И каменный пояс сыграл не последнюю роль, и убежденность, что Танцоры лучше людей, включившаяся защитной реакцией. Собственно, характер тоже не самый приятный. Меня больше боялись. Прыщи, опять же. Словом, сам виноват. Но так в итоге даже лучше.

Хьорт вытянул ноги.

— Никогда бы не подумал о тебе такого, — сообщил он.

— Тем не менее, факт остается фактом, — подытожил Руфус. — Переживаешь на свой счет? Я настолько похож на подлеца? Возьму на себя смелость и назову тебя другом. Спроси меня «почему?», не отвечу. Я даже не смогу внятно объяснить, что из себя представляет дружба. А если замолчу — усну. Хочешь общения — станем общаться. Нет — я не навязываюсь.

— Ух-ты, разошелся, — улыбнулся Вильгельм.

— Мне вообще-то пора, — Тангл поднялся.

— Не порти момент, — покачал головой тот. — Вдруг душу тебе открою, как другу? Индекстрэ!

Руф оглянулся: знакомая потрепанная коробка вплыла в комнату и примостилась на столе.

— Не нужно, пожалеешь еще потом. — Только любопытство уже пригвоздило к полу.

— Теперь точно знаю, что не пожалею, — заверил Хьорт, жестом предлагая сесть рядом.

Он открыл крышку, достал первую попавшуюся карточку, мельком взглянул не нее и протянул Руфусу.

— Это мой самый счастливый день, — тихо произнес Вильгельм. — Меня ты, наверное, узнаешь. А рядом… моя жена.

— Красивая, — зачем-то вставил Руф.

Лучезарно улыбающаяся пара демонстрировала фотографу обручальные кольца.

— Вот свидетельство. — Танцор извлек следующий лист.

— Вильгельм Хьорт и Хэвэн Харпер, — прочел Тангл.

Он никогда не слышал этого имени и не встречал рыжую голубоглазую Тень с лисьим взглядом.

— Что с ней случилось? — прямо спросил Руф.

— Пока ничего, но совсем скоро… — он запустил руку глубже в ящик. — Ее локон.

Вильгельм вытянул пакет для улик, в котором мирно покоилась прядь кудрявых волос.

— Почему не носишь кольцо? — Руфус говорил любые глупости, чтобы не задремать.

— Ношу. — Хьорт похлопал себя по груди. — На цепочке у сердца.

— Но если она твоя жена, почему тогда сказал, что потерял ее? — вспомнил Руфус.

— А разве жену нельзя потерять? — горько усмехнулся Вильгельм. — Прекрати угадывать и дай рассказать по порядку.

Танцор снял ящик на пол.

— Даже самые лучшие из нас время от времени делают глупости, — продолжил Хьорт. — Кто-то недалекий решил когда-то, что их так называемая «настоящая любовь» — слишком сложное чувство для Теней. Потолковал бы я с этим кретином, но по понятным причинам не довелось. Так что неизвестно, с чьей стороны снобов больше, с их или с нашей. Наверное, мы с Хэвэн любили друг друга всегда, только поняли не сразу. Она раньше, я чуть позже. В юности вместе куролесили, потом судьба развела.

Руф упрямо держал глаза открытыми, хотя отрешенные интонации рассказчика убаюкивали.

— Хэвэн без оглядки пускалась в любые приключения. — Казалось, Вильгельм пытается собраться с мыслями, чтобы поведать о чем-то очень важном. — Ее страстью были далекие опасные миры, и чем опаснее и дальше, тем лучше. Жить на пределе, открывать в себе новые возможности, преодолевая трудности — достойная цель. Но… Но тут я никак не мог за ней угнаться. Я проще. Не герой, и чужого мне не надо. Здесь бы разобраться.

— Не всем нужно отправляться во внешние миры, способов приложения наших умений достаточно и так, — осторожно ободрил Тангл.

— Именно, — кивнул тот. — Однако разлуки помогли мне понять, как… гадко без нее. Когда Хэвэн возвращалась, ее мгновенно затягивало в чужие неприятности. И всюду сопровождали вереницы поклонников. Таких же отчаянных, как она сама. На их фоне я выглядел тюфяком со своими будничными торговцами оружием и редкими террористами. Как бы ты поступил, подвернись случай доказать обратное?

— Нашел, кого спрашивать, — усмехнулся Руф. — Я устроил в аббатстве погром, просто потому что рядом…

Он запнулся.

— Да, рядом оказалась та крашеная кошка, — закончил за него Хьорт. — Правдами и неправдами я получаю приказ закрыть стабильный переход в крайне неприятную вселенную. Расклад такой: сделать это предстояло изнутри, а потом искать другие пути вернуться. В моем случае трюк на сто процентов смертельный. Весь мир одни сплошные хищные джунгли. Глупый жест из серии: «Ах, ты меня не замечаешь, посмотрим, что произойдет, если я умру».

— Даже так? — Руфус поднял брови.

— Представь себе, — подтвердил Вильгельм. — Потерял голову. Тут выясняется, что за всей своей ревностью я просто не замечал, как Хэвэн в действительности ко мне относится. Туча линий сходится в одну точку, и наступает сказка. Мы женимся, но невеста не в курсе, что приказ-то у меня, и подготовка ведется полным ходом. Только теперь я был серьезно намерен выжить и таки-стать героем в ее глазах.

— Раз ты здесь, то все сложилось? — предположил Руф.

Вильгельм зашипел, как гусь, и замахал руками.

— Не умеешь слушать, — покачал головой он. — Я поделился ситуацией с другом. А тот тут же помчался к моей жене и все рассказал. Из лучших побуждений, но от этого не легче.

— Она разозлилась? — Тангл прикусил язык.

— Хуже! — Хьорт нащупал кольцо под рубашкой и глубоко вздохнул. — Позавидовала. В этом вся Хэвэн. Она буквально умоляла меня отдать приказ ей. Убеждала, доказывала, спорила. Мол, у меня нет опыта, которого у нее предостаточно. Конечно, я не поддавался, пока однажды не подслушал разговор. Пустячок. Другой Танцор рассуждал о том, как попытает счастье с моей женой, когда я пропаду из поля зрения. Неудачная шутка заставила меня всерьез задуматься. Для красивой женщины муж вдалеке — мертвый муж. Сколько бы она продержалась? Едва ли дольше, чем я провозился бы с заданием. Ревность торжествовала, а здравый смысл потерпел фиаско. Хэвэн получила, что хотела. Так я совершил самую большую глупость в жизни.

Он небрежно сгреб со стола фотографию и запакованный локон.

— Скоро выйдет последний срок. — Вильгельм опустил свои реликвии в ящик. — Возможно, она уже погибла. Даже если нет, ей придется. Застрявшие неизвестно где Тени не нужны Ордену. Даже демобилизованных можно использовать, а пропавшие без вести просто обременяют Призму.