Стальной ворон. Книга 1 - Екатерина Стадникова

— Вам домой не пора? — заметив, что женщина твердо намерена выпить еще, спросил он. — Я давно нужен в другом месте.

Картинка пошатнулась и расплылась. Снова привычный кабинет, те же папки и стол, — прошлое рассеялось, уступая место настоящему.

— Это все, что ты хотел мне показать? — уточнил Коллоу.

— Да, — неуверенно отозвался Сириус.

— Сам увидел больше? — догадался Джулиус.

— Увы, — признался тот.

— Все так плохо? — с нескрываемой иронией осведомился он.

— Вовсе нет, — ответил Сириус. — Карен Доэл не дожила до окончания суда. Ее убили на пороге дома. Ты приложил максимум усилий, чтобы повесить ее смерть на Дивных и на этом основании вступить в процесс. Когда дело зашло в тупик, ты нашел компромисс с Советом. Софью отдали Ордену, но сохранили девочке жизнь. О том, кто Софья на самом деле, известно тебе, Финну и директрисе Пансиона. Для остальных она просто больной ребенок.

Коллоу бросил тоскливый взгляд в сторону запертой в ящике папки.

— Вот теперь я точно не знаю, о чем можно говорить с Эстер Зингель, — выдохнул он.

— В ее случае помнить или забыть предоставляется на выбор, разве нет? — подбодрил собеседник. — Гляди, несчастная женщина скажет тебе больше, чем я.

— Лишь бы она ни в чем не винила меня, — пробормотал Коллоу.

— Ты сам считал себя виноватым только в том, что поверил браваде Карен, — сообщил Сириус. — Может, тебя развеселит судьба господина Советника? Сварливый стрик умер от испуга. Следствие не установило личности тех мальчишек, которые додумались сыграть с ним жестокую шутку. Но в том, что причиной явились детские шалости, ни у кого сомнений не возникло.

Джулиус хмыкнул, потер глаза и погрузился в бумажную пучину повседневной работы.

Есть совершенно не хотелось. Клаус искренне надеялся, что друзья вспомнят о нем и навестят, но часы шли, а дверной колокольчик молчал.

Пусть Карл и добился перевода профессора Отто в университетский Госпитальный Корпус, благодарить его не тянуло. Мальчишка пребывал в полной уверенности, что никто лучше него самого не справится с уходом за дедом. Но Карл опять спутал карты. В запоздалом приступе страшной болезни под названием «я твой отец» он в очередной раз пригрозил разрушить Клаусу карьеру, если тот не сядет за учебники.

Мальчишка задумчиво чертил кривые розы ветров на полях и размышлял об умственных способностях Би. Если Робин все же не дура, она начнет осмотрительнее относиться к происходящему вокруг и перестанет копаться в общей памяти.

Он приблизился к окну и взглянул вниз. По улице от своего общежития к главному зданию шла Берта. Клаус прищурился. В руке она держала какой-то сверток. Мальчишке немедленно захотелось проследить за бывшей одноклассницей. Он считал, что люди не меняются, поэтому на полном серьезе ждал от Прейвери какой-нибудь пакости. Не сейчас, так потом.

«Носила цветочки на мою могилу? Как трогательно», — фыркнул про себя Клаус. — «Вот-вот расплачусь и утону в соплях. Жизнь несправедлива? Каждый получает ровно то, что заслужил».

Карл сколько угодно может болтать о жестокости, но если бы не его трусость, если бы не отказ бороться за свою семью, все сложилось бы иначе. В этой альтернативной реальности не нашлось бы места ни старому гоблину, ни Сэру Коллоу, ни Эмьюз, зато родные дедушка и бабушка были бы живы, как и мать. Раньше настоящее не выдерживало конкуренции с потерянным счастьем. Воображаемые весы обрывались и с грохотом рассыпали мечты, питая ненависть. Что изменилось? Если бы кто-то могущественный предоставил Клаусу шанс вернуться в прошлое и вправить отцу мозги, превратить его из слабака в мужчину, решение далось бы непросто. Конечно, мальчишка не упустил бы такого предложения — но не без колебаний.

«Наверное, когда я твердо откажусь что-то в своей жизни поменять, прощу Карла», — промелькнуло в голове.

Колокольчик негромко звякнул, а за ним стразу щелкнул замок и скрипнула входная дверь. Приятное одиночество закончилось, значит, имело смысл прогуляться, навестить деда, воспользоваться заготовленным заранее предлогом для визита к друзьям. Клаус пристегнул рацию к поясу, а вторую сунул в сумку.

Сбежав по ступенькам, он собирался прошмыгнуть на улицу, не задерживаясь, только Карл перехватил сына почти на пороге.

— Руки! — огрызнулся мальчишка.

— Здравствуй, — спокойно парировал тот. — Господин Отто отдыхает, не стоит идти к нему немедленно. Потерпи до вечера. Он принял лекарство.

— У меня в любом случае есть дела. — Клаус старался не смотреть отцу в глаза.

— Сколько угодно, тебе же так и так плевать на мое мнение. — Карл частенько использовал сарказм как прелюдию к ссоре.

— Правильно мыслишь, — не удержался мальчишка, но вдруг добавил: — Раз дед отдыхает, тебе тоже не мешало бы. Плохо выглядишь.

— Спасибо за заботу, — усмехнулся он. — Чуть не забыл. Тут письмо.

— Мне? — изумился Клаус.

— Да. От какой-то Барбары Брэдли. Подружка? — Карл подобрал из лотка пухлый конверт.

— «Барбара» — это фамилия. — Отчего-то ему сделалось очень весело. — Брэд, вообще-то, парень. Странно, что он мне написал. Брэдли вас к моему боксу не пропускал в первый раз.

— Понял, о ком ты, — кивнул тот.

Захватив письмо, Клаус вышел на свежий воздух. Любопытство умоляло немедленно вскрыть конверт, и он не стал ему отказывать.

«Привет, дружище!

Без тебя тут такая тоска. Я, как самый молодой, никомушеньки не интересен. Даже поболтать не с кем. Почитываю журнальчики и страдаю от скуки. Нас официально возглавил старший Эд. Он больше не исполняющий обязанности, а полноценный начальник. Суровый, нос во все сует. Раньше девочки-лаборантки часами пили чай-кофе, теперь все, как одна, занятые. Даже если особо нечем, имитируют бурную деятельность. Помнишь младшего Эда? Он опять в боксе кукует. На задании угодил в капкан, сломал ногу, но по-прежнему шутит. Его брат рвал на себе волосы. Такое надо видеть! У младшего Эда сын родился, назвали Эдвином. Кто б сомневался».

Мальчишка споткнулся и едва не упал.

«Не знаю, что еще написать».

— Не знаешь, зачем начинал? — проворчал Клаус.

«Про меня тебе, наверное, не особо хочется читать, поэтому коротко. Здоров, работаю, жду, что ты снова к нам вернешься, и… нашел себе новую подружку», — последнее слово Брэд обвел аж три раза.

— Как будто у тебя старая была, — криво усмехнулся мальчишка.

«А вот городские события стоят внимания. Наши второй день гудят. Суд над Митчеллом отменили. Потому что обвиняемый скончался. Я так думаю, что и поделом, но справедливости ради осудить его стоило. Теперь все ловят парня, который Клайва порешил. Ни за что не догадаешься, кто это. Представитель обвинения! На допросе проломил Митчеллу череп и подался в бега».

Клаус побледнел. Он скомкал лист и сунул в сумку. Сердце бешено колотилось в груди, мешая дышать. Мальчишка с удовольствием собственноручно свернул бы шею дезертиру, но после приговора. Клаус не сомневался в личности убийцы ни секунды. Митчелл вел себя вызывающе нагло, на людях прикидывался кротким ангелом, а без лишних ушей откровенно глумился над попытками добиться правосудия. Кто угодно не выдержал бы.

Он достал зеркальце и юркнул в подворотню.

— Дерек Саммерс, — приказал залапанному стеклу Клаус.

Страшные предположения подтвердились, когда на потемневшей поверхности вспыхнули яркие буковки: «Вызов фиксируется. Оставайтесь на связи». Минуты вполне достаточно, чтобы справиться с волнением и подобрать сносный предлог, не вызывающий подозрений. Появившийся в отражении незнакомый мужчина смотрел сурово.

— По какому вопросу? — представившись, осведомился он.

— Надеялся, что господин Саммерс опровергнет слухи… — начал было Клаус.

— Никаких слухов, — оборвал тот. — Твой приятель убийца. Где он скрывается? Хотел предложить ему помощь?

— Господин Саммерс мне не приятель, — холодно ответил мальчишка. — Я выступал свидетелем по делу. Составил о нем свое представление и не поверил, что господин Саммерс мог совершить преступление. В данный момент нахожусь в Шейдивейл и являюсь студентом.

— Вот что, студент, — следователь смягчился. — Дерек Саммерс убил человека. Хорошего ли, плохого — неважно. Если тебе вдруг что-то станет известно о том, где скрывается преступник, обратись в ближайшее отделение полиции.

Отражение пропало. Клаус прислонился спиной к шершавой стене и бессильно зарычал. В школьные годы Дерек «Удав» Саммерс служил ему и многим другим мальчишкам примером. Убийца? Как же! Митчелл его окончательно вывел из равновесия, и все произошло случайно. Иного варианта Клаус не находил. Раз так, требовалось срочно предпринять что-нибудь. Клайв не просто так через слово хвастал положением отца.