Стальной ворон. Книга 1 - Екатерина Стадникова

— Странный инвентарь для полетов, — прошептала блондинка.

— Особенно гири, — согласилась Эмьюз.

Пока Наставник ввинчивал крюки в потолок и налаживал тросы, девочки прошли к картине. Слои разноцветной краски буграми ложились друг на друга, перемешиваясь в одно пестрое пятно. Ближе к центру буквы укрупнялись, а надписи наползали одна на другую, словно толкаясь локтями. «Руфус Тангл» красовалось точно в центре, небрежно намалеванное серебром.

— Кого ищешь? Вот он! — Лют ткнула пальцем в картину. — Я впишу себя прямо под Наставником. Здесь. Место занято!

Эмьюз не ответила. Она мысленно считала бесконечное множество слоев. Девочка вовсе не рассчитывала найти имя дядюшки Джулиуса. Тень упорно высматривала свою предшественницу.

— Дайна Уиквилд, — почти беззвучно прочла Эмьюз.

Темно-вишневые буквы выстроились вертикально почти по самой кромке холста. «Не такая, как все», — промелькнуло в голове.

Дверь всхлипнула снова, и девочки как по команде обернулись. На пороге стоял мужчина несколько выше Наставника и ощутимо шире в плечах. В жемчужно-белой форме без знаков отличия незнакомец напоминал привидение.

— Не знала, что маску могут призывать и демобилизованные Танцоры, — имитируя улыбку, прошептала Лют. — Мне уже жутко.

Мужчина критически осмотрел собранную Танглом конструкцию, достал блокнот и нацарапал что-то на первой странице шуршащим карандашом.

— Я бы попросил вас делать записи, касающиеся исключительно преподавания. — Руфус честно пытался быть жестким.

Контролер поднял взгляд. Из-за дымных белых клубов, скрывавших лицо, воображение рисовало самую злобную и ехидную гримасу, какую хватало духу представить. Мужчина не проронил ни слова, только еще что-то пометил в своем блокноте.

— Я… — но новый приступ карандашного шуршания заставил заготовленные возражения захлебнуться.

Эмьюз кожей чувствовала негодование своей пары. Лют не испытывала уважения к жемчужной форме, но на удивление сохраняла спокойствие. Девочки, не сговариваясь, поравнялись с Наставником.

— Здравствуйте, Сэр, — почти хором произнесли они.

— Леди Эмьюз Варлоу и Леди Лют Фьюри, — представил Тангл.

Неприветливый Танцор коротко поклонился и устроился за столом напротив натянутых, как струны, тросов.

— Думаю, можно приступать, — неуклюже подытожил Руф. — Если с первого раза что-то не получится, не страшно. Я планирую посвятить полетам семестр, в конце которого сдается зачет, состоящий из теории и практики. Так вот, чтобы теория не легла в ваших головах мертвым грузом, мы начнем с простейших упражнений.

Он только развернулся помочь студенткам занять исходные позиции у станков, как за спиной снова заскрипел проклятый карандаш.

— Вы меня отвлекаете, — сообщил Тангл неприятному типу. — Делаете записи — пожалуйста! Сколько угодно, но потише.

Предсказуемый ответ окатил ушатом ледяной воды. Монотонное шуршание грифеля звучало приговором. Где-то в груди вспыхнуло неодолимое желание засунуть контролеру его карандаш в ухо. С блокнотом заодно.

«Не обращай на него внимания, не обращай на него внимания, не обращай», — мысленно твердила Эмьюз, как будто Наставник слышал ее.

— На трос нанизаны кольца, — скрепя сердце, продолжил Руфус. — Поднимите их, как вам удобно, и не отпускайте. «Полет с кем-то» и «автономный полет» — вещи разные. Тренажер сделан таким образом, чтобы скрадывать эту самую разницу ощущений.

Тяжелое прохладное кольцо легло в ладонь. Ни одна из маленьких Теней не собиралась подводить Тангла. Сколько бы он ни отводил занятий на полеты, оторваться от земли сегодня, чтобы вредный контролер проглотил карандаш, — обе девочки считали своим долгом.

— Дышите глубоко и ровно, — ласково вещал Руф, отрываясь от земли. — Не смотрите на меня. Трос особенный. Он является очень хорошим проводником благодаря материалу, из которого изготовлен. Сейчас я медленно досчитаю до десяти и приложу руки к обоим тросам, чтобы вы смогли взлететь вместе со мной. Закройте глаза.

Стоило векам опуститься, как Эмьюз окутала непроницаемая бархатная темнота. Девочка прислушалась к себе.

— Раз, — голос Тангла шелестел откуда-то сверху. — Представьте, что ваши тела легче воздуха. Два. Почувствуйте приятную немоту в коленях. Три. Поверьте, я не требую от вас ничего невозможного. Четыре. Где-то там, над головой, всегда есть небо. Манящее и высокое. Пять. Скорость и свобода без границ и препятствий. Шесть. В глубине души вы знаете, что можете летать. Семь. Земля не держит вас. Восемь. Встаньте на носочки, вы не заметите ее под ногами. Девять. Вы уже в воздухе. Десять. Медленно откройте глаза и посмотрите сами, если не верите мне.

Эмьюз инстинктивно вцепилась в кольцо покрепче, когда обнаружила себя в пяти метрах над полом. У бедняжки похолодела кровь, и только крошечные голубенькие искорки продолжали кружиться колючими пушинками.

— Не бойтесь, — попросил Наставник. — Поздно бояться. Все получилось. Страх еще попытается вернуть вас на землю. Не позволяйте ему. Я немного солгал. Трос самый обыкновенный. Он нужен в качестве направляющей движения. Удерживать себя вертикально не так-то просто, когда уже неважно, где низ, а где верх. Так, держась за кольцо, вы фиксируете положение в пространстве.

Руфус перевел дыхание.

— На будущее: пока вы не получили форму Танцоров, приходите на занятия в подобающей одежде, — посоветовал Тангл. — Есть волшебная штука, называется «штаны». Незаменима в нашем случае.

Эмьюз обернулась, чтобы посмотреть на Лют, но вместо лица увидела ботинки. Вторая Тень поднялась выше и, соответственно, сильнее испугалась. Лют покачнулась и немного съехала по тросу.

— Да, вы висите на приличном расстоянии от пола, — согласился Наставник. — Да, падать больно. Вестибулярный аппарат в данный момент сообщает вам, что у тела нет точки опоры, и оно, по идее, должно рухнуть: такое забавное ощущение в животе. Пройдет со временем. Постарайтесь удержать высоту. Ирония заключается в том, что приземляться гораздо сложнее, чем взлетать, и вот так вдруг не получится. Когда станет тяжело, просто скажите, и я помогу вам спуститься.

Что значит «тяжело», Эмьюз поняла слишком быстро. Ступни налились свинцом и словно распухли. Ботинки с носками больно врезались в кожу. Девочка стиснула зубы. Оцепенение, сковавшее тело, никак не вязалось с разговорами о свободе, скорости и небе. К горлу подкатывались волны тошноты, но самолюбие не позволяло сдаться. «Как замечательно, что я все-таки пропустила завтрак», — стараясь отвлечься, думала Эмьюз.

Дверь в комнату с визгом распахнулась, едва не слетев с петель.

— Погорячился, — виновато сообщил Танцор, переступая порог. — Силу не рассчитал.

В голове девочки явно что-то сломалось. Она отчетливо узнавала в этой Тени Вильгельмину. Те же интонации голоса, а внешность другая! Да что там внешность! Леди Вильгельмина должна быть… женщиной!

— Здорова, крошка Мо! Ты чего тут делаешь? Тангла нет? Это такой шустрый лохматый парень из наших. — Вошедший явно не видел ни Руфуса, ни его девочек.

Некогда грозный контролер швырнул карандаш с блокнотом на стол и картинно покрутил пальцем у виска.

— Он что, здесь? — опешил Танцор. — И не один, да?

Названный «крошкой Мо» хлопнул себя по лбу, развеивая маску. Эмьюз видела множество всяких разных людей, но таких черных еще не встречала. Гладко выбритая голова цвета темного шоколада, почти плоский нос с широкими ноздрями, толстые губы и выпуклые карие глаза.

— Знаешь, Вилли, похоже, я все-таки тебя ненавижу, — гудящим басом произнес он.

— Прости, Моисей. Я не нарочно. — Танцор вертел головой, стараясь определить положение нечаянных зрителей.

Острая боль скользнула от плеча к локтю и в кисть. От неожиданности девочка потеряла равновесие и сорвалась вниз. Моисей выкинул вперед руку, и падение остановилось. Мужчина бережно опустил Эмьюз на землю.

— Что? Что случилось? — заволновался Руф.

— Свело, — простонала Тень, растирая плечо.

Тангл немедленно спустил Лют на пол. Эмьюз подозревала, что необходимости в этом не было, но промолчала.

— Потерпи, — уговаривал он. — Сводит не от полета. Само по себе заболело. Не переживай.

— У-у-у… — протянул Вилли. — Аншлаг. Мне в деканате сказали, где у Тангла занятия, а я, к своему стыду, не сообразил, какие именно.

— Для первого раза, наверное, достаточно, — объявил Руф.

После «крошки Мо» воспринимать контролера серьезно не получалось. Руфус бесцеремонно согнал его со стула и усадил Эмьюз.

— Занятие окончено. Лют, ты свободна, — обернувшись ко второй девочке, сказал он.