Неизвестный фронт Гражданской войны: конфликт между властью большевиков и крестьянской массой в Пермской губернии - Анжела Валерьевна Долгова

сути, Пермская губерния встала скорее на путь борьбы с бандитизмом, чем с дезертирством из частей Красной армии, поскольку комиссии работали в тылу, в отдаленных от фронта районах.

В Пермской губернии имелись свои отличительные черты борьбы с дезертирством и бандитизмом по сравнению с другими губерниями, как и в каждом уезде Пермской губернии были свои особенности ситуации. Поэтому уездные комдезертиры использовали установленные законами меры в соответствии с местными экономическими, социальными, политическими и другими условиями. В этой ситуации разные руководители как комдезертиров, так и военных комиссариатов несколько по-своему представляли проблему дезертирства и предпочитали разные сочетания мер борьбы с этим явлением.

Вместе с тем создание сети комиссий позволило им взаимодействовать между собой, выявлять «слабые места», чтобы распределять имеющиеся весьма ограниченные силы и средства в соответствии со степенью остроты ситуации, не распыляя их на районы, где проблема не стояла так остро.

Борьба с дезертирством и бандитизмом велась в Пермской губернии весь 1920 г. непрерывно, но с переменным успехом.

Несмотря на многообразие форм борьбы, гибкость и изобретательность властей, психология и положение крестьянской массы препятствовали ликвидации дезертирства. Немаловажным фактором было сопротивление тех, кто не мог принять Советскую власть, ее законы и порядки. Сказывалось отсутствие опыта борьбы, зрелых и подготовленных кадров, ограниченность вооружения и материальных ресурсов Советского государства. Все это вместе взятое делало борьбу с дезертирством затяжной и драматичной, и потери в рядах самых активных борцов с дезертирством и бандитизмом оказывались неизбежными.

Мы уже подчеркивали выше: если соотнести обнаруженные нами в архивных фондах сведения о количестве дезертиров со сведениями о количестве проживавшего на территории Пермской губернии населения, то говорить о массовости дезертиров в годы Гражданской войны на ее территории не приходится. Особенно показателен в этом плане Осинский уезд, где обстановка благоприятствовала дезертирству и бандитизму.

По нашему мнению, опасность дезертирства для большевистской государственности состояла не в числе дезертиров, не в их доле среди крестьянского населения. Проблема носила не количественный, а качественный характер. Дезертирство и связанный с ним бандитизм, по сути, подрывали позиции Советской власти среди крестьян, поскольку на этой почве постоянно существовал и возрождался конфликт между властью и крестьянством.

Само существование дезертирства являлось показателем того, что многие из дезертиров, скрываясь в лесах, надеялись отсидеться, поскольку считали, что Советская власть – временное явление. Эти надежда и эта убежденность распространялись и на крестьянское население, которое поддерживало дезертиров разными способами.

Сравнительно небольшие группировки бандитов терроризировали население многих уездов (в том числе прилегавших к Пермской губернии уездов соседних губерний). Поэтому, даже несмотря на их относительную малочисленность, активные действия этих банд питали неверие крестьян в прочность власти коммунистов.

Ход борьбы с дезертирством не способствовал выработке среди членов комдезертиров единого взгляда на действенность тех или иных мер борьбы с дезертирством и укрывательством. Самый важный вопрос – установление меры наказания или полное освобождение от него – решался в зависимости от конкретных местных условий и субъективных взглядов борцов с дезертирством.

Обстановка, в которой они работали, была крайне тяжелой, ибо население, настроенное против большевиков, оказывало поддержку дезертирам, препятствовало их задержанию. Поэтому полностью реализовать многие меры борьбы с дезертирством, укрывательством и бандитизмом в Пермской губернии не удавалось. На территории губернии проблема борьбы с дезертирством крайне обострялась из-за отсутствия у Советской власти прочных позиций в сельской местности, особенно в отдаленных волостях. Эта слабость власти иногда означала полное безвластие, а то и фактическую власть бандитов над местным населением.

В результате попытки комдезертиров и их отрядов установить прочный контроль на местах часто заканчивались провалом, не говоря уже о реализации мер борьбы с дезертирством. В ответ дезертиры и бандиты при поддержке местного населения уничтожали местных советских и партийных работников, а учреждения Советской власти упраздняли. Фактически в 1920 г. на территории Пермской губернии вопрос борьбы с дезертирством и бандитизмом превратился в вопрос борьбы за власть партии большевиков и ее влияния на крестьянские массы.

Невозможность одолеть бандитизм законными методами ввиду нехватки кадров и средств естественным образом, в силу самой логики Гражданской войны, привела к появлению в рядах борцов с дезертирством и бандитизмом особого типа руководителей и рядовых исполнителей, которые боролись с врагами Советской власти с помощью самых жестоких карательных мер, нарушая советскую законность и при этом не брезгуя возможностью поживиться за счет чужого добра, силой присваивать себе чужое имущество и продукты питания. В то время как некоторые их товарищи опускали руки или вообще увольнялись из комдезертиров, они считали себя вправе прибегать к любым средствам ради достижения цели и шли в этой борьбе до конца. Это были идейные борцы за Советскую власть, коммунисты, но с низкими моральными качествами, которые «раскрылись» в условиях всеобщего насилия времен Гражданской войны.

Примечания

1 Декреты Советской власти. Т. 8. М., 1976. С. 21–23.

2 Декреты Советской власти. Т. 8. М., 1976. С. 21–22.

3 ГАПК. Ф. Р-358. Оп. 1. Д. 544. Л. 4.

4 Там же. Ф. Р-29. Оп. 1. Д. 490. Л. 35об.

5 ГАРФ. Ф. 130. Оп. 3. Д. 198. Л. 21об.

6 В кольце фронтов: Молодежь в годы Гражданской войны: Сборник документов. М., 1963. С. 272.

7 Декреты Советской власти. Т. 9. М., 1978. С. 399–407.

8 ГАПК. Ф. Р-29. Оп. 3. Д. 13. Л. 391.

9 Там же. Ф. Р-358. Оп. 2. Д. 1. Л. 254.

10 Там же. Оп. 1. Д. 536. Л. ЗЗоб.

11 Там же. Ф. Р-29. Оп. 1. Д. 489. Л. 138–141.

12 Там же.

13 Там же. Л. 217.

14 Там же.

15 Там же. Ф. Р-320. Оп. 2. Д. 2. Л. 231об„232.

16 ПГАСПИ. Ф. 643/2. Оп. 1. Д. 18643. Л. 3.

17 Там же. Д. 29588. Л. 51.

18 Там же. Ф. Р-744. Оп. 1. Д. 1. Л. 24.

19 Там же. Ф. Р-29. Оп. 1. Д. 490. Л. 7.

20 Там же. Ф. Р-358. Оп. 1. Д. 544. Л. 16.

21 Там же. Л. 17об.

22 Там же. Ф. Р-29. Оп. 3. Д. 13. Л. 391.

23 Там же. Ф. Р-358. Оп. 1. Д. 544. Л. 7об.

24 Там же. Д. 535. Л. 27.

25 Там же. Д. 544. Л. 3.

26 Там же. Л. 2об.

27 Там же. Л. 16.

28 Там же. Л. 4.

29 Там же. Л. 17об.

30