Неизвестный фронт Гражданской войны: конфликт между властью большевиков и крестьянской массой в Пермской губернии - Анжела Валерьевна Долгова

и Косулина – сотрудника таковой. При допросах гражданки Шеиной Маланьи 70 лет, ее взяли голову промеж ног, загнули платье и по голому телу были резиной. Хозяйке дома после допросов неоднократно приходилось смывать кровь с полу»199.

8 декабря 1920 г. расследованием, проведенным согласно распоряжения Центркомдезертир и предписания Приуральской окркомдезертир № 5576/с председателем окружной военно-следственной коллегии Приуральского военного округа Марголиным и членом Пермской гукбкомдезертир Вавуленко, а также расследованием, произведенным комиссией пермского отделения Военревтрибунала 1-й Трудармии, была установлена виновность указанных ниже лиц в следующих преступлениях:

«Бывший председатель опертройки № 2 Осинской уездкомдезертир и заместитель председателя уездкомдезертир Василий Андреевич Рыжиков, будучи ответственным политическим руководителем тройки, произвольно облагал штрафами и уводил скот у целых селений, не считаясь ни с имущественным положением обложенных, ни с тем, что среди облагаемых были семьи красноармейцев. Конфискованное имущество, по его распоряжению распределялось между сотрудниками опертройки, лично избивал граждан и попустительствовал избиениям, истязаниям и пыткам задержанных, иногда по самым необоснованным подозрениям местных крестьян. Отдавал распоряжения о смертной казни целых десятков людей, очень часто ни в чем не повинных и явившихся жертвами мелких личных счетов. В частности, по распоряжению Рыжикова, в селе Куштамак были отрублены головы 13 крестьянам, среди которых были старики, отцы красноармейцев. Местные жители были наряжены хоронить трупы убиты.

Бывший секретарь и казначей опертройки № 2 Григорий Васильевич Борисов, приняв на себя обязанности следователя, истязал и пытал опрашиваемых им лиц, а также самоуправно производил расстрелы. В частности, Борисовым за жалобу на незаконные действия отряда были приведены к допросу две женщины: старуха 60 лет и 20-летняя девушка. Девушка во время допроса была им избита до потери сознания, потом в его присутствии красноармейцы, подняв ей платье, били по голому телу ложкой, после этого она была уведена в соседнюю комнату, где изнасилована красноармейцем.

Бывший следователь и член опертройки № 2 Сергей Антоновоич Машкин изобличается в неправильном обложении штрафами, пьянстве, избиении граждан до причинения ему увечья, а также в самоуправных смертных казней. У 5 человек – крестьян, убитых отрядом Машкина около деревни Чишмы, были обрезаны уши, вырваны языки, отрезаны носы, выколоты глаза. Трупы были брошены неубранными.

Бывший член опертройки № 2 Макар Алексеевич Бахарев без достаточных оснований облагал население непосильными штрафами, конфискованное за недоимки у крестьян имущество раздавал знакомым и присваивал себе, производя допросы, жестоко избивал допрашиваемых, самоуправно расстреливал. В частности, Бахарев принимал участие в избиении женщин ложками по голому телу.

Член опертройки Алексей Григорьевич Елесин самоуправно конфисковал у жителей разное имущество, с отрядом производил массовые избиения граждан, за производство местным волвоенкомом дознания о совершенных им злоупотреблениях, оскорбил волвоенкома ударом по лицу.

Старший кавалерийского отряда Федор Егорович Треногий самоуправно налагал штрафы, конфисковал имущество, производил опросы граждан, при которых избивал до того, что некоторые из опрошенных им совершенно лишились работоспособности. Собственноручно в селе Куштама отрубил голову 13 крестьянам. Все изложенное основано на согласных показаниях крестьянского населения уезда, независимо от экономического положения, показавших на заявлениях целых районных организаций РКП(б), отдельных партийных работников и ответственных должностных лиц… Ввиду изложенного и на основании ст. 79 „Положения о военных следователях“ мной, председателем Окружной военно-следственной коллегии Приурво Марголиным постановлено: меры пресечения в отношении Рыжикова, Борисова, Машкина, Бахарева, Елесина и Треногина избрать безусловное содержание под стражей»200.

«Когда член опертройки Машкин с несколькими людьми находился в Заводо-Михайловской волости д. Дряхлы, ими было арестовано 13 человек, из которых 5 были убиты и брошены в лес, когда комиссией по чистоте было это замечено, то на месте было произведено: выколоты глаза, уши, нос отрезаны и вырезаны языки. При разговоре с Машкиным начальником милиции 3 района Осинского уезда товарища Привалова, который задавал вопрос Машкину: „А что если об этом издевательстве будет известно губернии, откуда приедут и поведут следствия“, на что Машкин выразился: „Если кто приедет, то можно и к ногтю“, значит, можно уничтожить. Гражданин Елесин, будучи членом опертройки № 2, тоже производил избиения, как например, бил военкома Аряжской волости Леонтьева и др.»201

«Рыжиков на допросе показал, что расстрелов самочинно не делалось, кроме тех случаев, когда арестованные дезертиры пытались бежать. Комиссия полагает, что Рыжикову было небезызвестно о творившемся произволе отрядом тройки. Были случаи, когда арестованных уводили из арестных помещений ночью, под видом отправки в Осу, таковые оказывались расстрелянными по дороге в совершенно в противоположной стороне. Также известно, что трупы убитых валялись по нескольку недель, никто их не убирал, потому что не было разрешения от штаба тройки. Во время пребывания данной комиссии в с. Брюхово и Большой Усе 19 октября к ней приходили граждане с просьбой о разрешении убрать валяющиеся трупы. Рыжиковым не только не было предпринято мер к устранению таких явлений, а наоборот, в делах уездкомдезертира имелось письмо штабу оперативной тройки, в котором Рыжиков писал, что относительно красного террора нет и не было ничего..»202.

Преступную деятельность опертройки расследовала и комиссия при Пермской губЧК в составе представителя губкома РКП(б) Петра Кибанова, Реввоентрибунала – Василия Мельников и губЧК – Геннадия Теребенькова. Той же комиссией была проверена денежная отчетность Осинского уездкомдезертир, связанная с деятельностью опертроек с 1 февраля по 1 ноября 1920 г.

Комиссией было выявлено следующее: «Всех штрафов за указанный период времени было наложено в сумме 50 525 696 рублей 70 копеек, сюда входит сумма 1836 341 рубль, на каковую по постановлениям конфисковано имущество у 98 семей, а также входит сумма 450 000 рублей согласно постановления уездкомдезертира отмененного штрафа с д. Мечура Брюховской волости и еще не собранных с 9 деревень 820 000 рублей, следовательно, должно быть собрано деньгами согласно постановлений уездкомдезертира 48 239 355 рублей 70 копеек… Числится не сданных 333 866 рублей 28 копеек… Было подвергнуто конфискации имущества без указания суммы у гражданских обществ и деревень – укрывателей дезертиров —196, и семей дезертиров – 81. Такими поступками население многих волостей Осинского уезда было парализовано, запугано и отрицательно относится к Советской власти вообще, и в частности, к ответственным советским партийным работникам, которым во время нахождения троек на местах, совершенно невозможно стало вести политическую работу. Крестьяне говорили приезжающим агитаторам: „Что вы нам рассказываете, посмотрите, что делают ваши партийные представители из уезда“»203.

Приговор Пермского губернского ревтрибунала по «делу опертроек № 1 и № 2» гласил:

«В июне, июле, августе 1920 г. в пределах Осинского уезда Пермской губернии, под влиянием развившегося до грандиозных размеров дезертирства и бандитизма, были созданы для ликвидации последних оперативные тройки № 1 и № 2, которые при помощи вооруженных отрядов приступили к вылавливанию дезертиров и за