Уж замуж невтерпеж - Надежда Тутова

Что всего удивительней, но мои мысли практически совпали с мыслями близнецов. И я не читаю в их головах, как могут некоторые маги. Да и зачем, если их нудение и страстные уговоры хорошо слышны у костра. Феве решили воспользоваться удобным случаем — Жармю и Эфиан в кои-то веки добровольно отправились за хворостом — и поспешили провести душеспасительную беседу с госпожой.

— Надобно поскорей попасть во владения вашего суженого. Так ведь и до скандала недалеко! — увещевал Аристан — кажется, поскольку за все время путешествия я так и не научилась различать их, но сегодня он, вроде надевал зеленый камзол.

— И батюшка осерчать может. Не стоит гневить сего достойного мужа в угоду сиюминутной прихоти! — разразился премудрой и длинной для него речью Тристан.

— Да и не нужны вам эльфы с друзьями всякими. Чего хорошего можно от них ждать? Только напастей разных!

— А благородной даме не пристало путешествовать в такой компании. Ну как дойдет слух до вашего жениха, и вернет он наше посольство домой? Вот будет повод позлословить у соседей ваших.

И все в таком духе. Я, конечно, могу и ошибаться, но чует сердце мое, даром сии речи близнецам не пройдут. Не знаю как, но Сирин точно найдет способ избавиться от них. С чего взяла? Да стоит только глянуть на недовольное лицо девицы, глубокую складку меж бровей, да нахмуренный взгляд в купе с выпяченным подбородком (ой, хорошо, что ее сейчас кроме нас никто и не видит — испугаться могут!), как сразу ясно — Феве дальнейшее совместное путешествие не светит. Остается только гадать, как скоро оно для них закончится.

Возвращение слаженного дуэта прекратило увещевания близнецов, зато вызвало бурные споры о нужном количестве хвороста. По мнению Сирин хвороста было предельно мало — только развести костер и хватит. Можно подумать, она в этом большой специалист. Эфиан же считал, хвороста хватит до самого утра.

Не знаю, чем там друзья занимались, когда за хворостом ходили, но вряд ли они всерьез думали о костре. Да, его намного больше, чем говорит Сирин. Но к рассвету от хвороста останется только пепел воспоминаний, потому как прогореть все и до полуночи успеет. Самой что ли сходить? А мысль. Пусть Эфиан теперь ужином занимается!

— Я схожу еще за хворостом, — вроде тихо говорю, но жаркие дебаты мигом прекращаются.

— Благородной даме не пристало самой таскать хворост, — затянула свою обычную песню Сирин.

Слушать уже тошно!

— Эредет, ты уверена? — эльф даже растерялся от моего предложения. — Ночь ведь на землю спустилась. Что ты там, в темноте разберешь?

— Не такая уж и темень: луна давно из-за туч выглянула. А далеко уходить не буду, уверена, сухих веток и поблизости найти можно. Вы пока ужином займитесь, на это хвороста точно хватит, — стараюсь не слишком злорадно улыбаться, но ехидство все-таки проскальзывает, потому как Эфиан обижено хмуриться.

Ну и пусть, не нанималась я готовить. Вот!

— Я с тобой пойду, — голос одного из близнецов показался гласом с небес, настолько нежданным было предложение.

— Замечательно, хвороста наберем достаточно!

Высказалась и, поспешно ухватив Феве, потопала прочь с полянки. Пока эльф сказать ничего не успел. И чего он так на меня смотрел?

Умом я понимаю, нельзя на дороге ночлег устраивать, даже когда в одиночку путешествовала, так не поступала. Но сейчас, плутая вокруг полянки — а дальше уходить ведь страшно, — в поисках хвороста, начинаю об этом сожалеть. Быть может, сожалею, потому что слишком глубоко в лес забрались? Так ведь и не лес то вовсе: меж полями деревья посажены, да только давно — молодняк успел разрастись прилично. Однако по какой-то причине Эфиан отверг два вполне подходящих места недалеко от дороги, упорно ломившись вглубь лесополосы.

Но теперь мы расплачиваемся, топчемся буквально на одном и том же месте. А ночь ни капли не добавляет очарования и легкости. Там и сям чудятся страшилки всякие: то кикимора, то призрак, а то и скелет покажется. Вон чудище тянет костлявые лапы, вот-вот вцепиться и уже не отпустит. Хотя это всего лишь поваленное дерево, высохшее за давностью времен. Или притаившийся у земли василиск, на поверку оказавшийся двумя сросшимися кустами, с пригнувшимися к траве ветками. А вон там… И ведь знаю, что ничего такого там нет. Знаю, но все равно боюсь. Феве тоже боится, потому держимся исключительно рядом, а так никакого хвороста не насобираешь. Интересно, Эфиан и Жармю точно также вели себя, когда в лес по дрова ходили?

Ветер качнул верхушки деревьев, и лунный свет скользнул мягкой лапой по веткам. Только спокойней от этого не стало. Даже еще страшней.

— Знаешь, всегда не понимала, почему в темноте вещи кажутся непохожими на самих себя, — завела я бессмысленный разговор.

Почему? Может, бояться меньше буду. И было бы чего бояться, в двух же шагах остальные обретаются.

— Угум, — поддакивает Феве. — Это все равно, как путать нас с Тристаном!

А голос таки дрожит слегка. Или это он отдышаться от тяжести веток не может? Да вроде их немного пока.

— Ну… Не так уж и сложно вас с братом перепутать…

— Ха, да как можно? Ведь мы такие разные! Не спорю, определенное сходство есть, и немалое. Но у него левая бровь изломана, у меня правая. Когда Тристан улыбается, то ямочка на правой щеке появляется, а у меня на левой. Он не любит плащи, а я к курткам не слишком трепетно отношусь. Да мало ли таких вещей? — искренне возмутился Аристан.

— Прости, но все это заметить могут только очень близкие люди, которые много лет рядом с вами провели. Я вот… порою тоже вас путаю, — в последний момент удержалась и не призналась, что «порою» заменило «всегда».

— Наверное, я… слишком требователен к окружающим. Ведь даже барон посчитал, что у него в глазах двоится, когда мы с братом помогали ему выбраться изо рва, — признался Аристан.

— Барон? Отец Сирин? — уточняю на всякий случай.

— Да, он самый — сэр Ульрик.

— Это, наверняка, была случайность. Тем более что он доверил вам, двоим, охрану дочери. Одному бы точно не позволил сопровождать Сирин в таком долгом пути.

— Ну… ты, конечно, права, только… Он нас не одних в охрану определил! — выпалил неожиданно Феве.

— Как это? — я даже сухие ветки подбирать перестала, уставившись на спутника во все глаза.

— Да так. Нас целый отряд был, когда из поместья выезжали. И лучники были, и мечники, и щитоносцы, и слуги разные, даже лекарь имелся.

Даже лекарь? Ох, что-то тут неладно. А где же все остальные? Может, тот колдун только их троих перебросил?

— Но вам он, наверное, больше всего доверял. Во главе отряда поставил? — робко интересуюсь.