«Если», 2009 № 04 - Журнал «Если»

Так Резерфорд стал «профессором Джорджем Эдуардом Челленджером», благо фамилия оказалась на редкость подходящей (по-английски это переводится как «бросающий вызов»). Герой нескольких книг Дойла профессор Челленджер стал поистине любимым детищем писателя, считавшего этот образ вершиной своего литературного творчества. Современники вспоминают, что он часто даже позволял себе дружеские розыгрыши на вечеринках «под видом профессора». Также известно, что именно Челленджера Артур Дойл предполагал сделать героем своих первых произведений.

Но автор предполагает, а судьба располагает. После окончания университета на плечи молодого доктора легло бремя забот о семье (отец бросил их давно, оставив почти без средств к существованию). Могла выручить только частная практика, однако получить ее оказалось делом нелегким — и тут Артур Дойл весьма кстати вспомнил о своем давнем увлечении литературой.

Первые рассказы, затем повести и романы (в том числе, о Шерлоке Холмсе) были написаны откровенно для денег. Как же удивился автор-дебютант, когда обнаружил явный читательский интерес к своей продукции! Интерес быстро перерос в настоящий успех, да такой, что его не смогли спрогнозировать ни сам автор, ни редакции журналов, буквально погребенные под письмами читателей. Впрочем, редакторы быстро сориентировались на новый магнит читательских желаний и без зазрения совести закабалили начинающего автора, благо что «кандалы»-гонорары для молодого врача представляли весомый аргумент.

А читатель… Читатель знать ничего не хотел и настойчиво требовал новых приключений полюбившейся пары — Шерлока Холмса и доктора Ватсона. Этот читательский диктат не оставлял ошеломленного и не на шутку раздосадованного Артура Дойла до самой смерти.

Он-то хотел писать совсем о другом! Романы о путешествиях в неведомые страны, исторические книги, научную фантастику! Судовым врачом он успел избороздить арктические широты и прибрежные воды Западной Африки, смог оценить красоту сверкавших на солнце ледяных глыб айсбергов и тропических мангровых зарослей, спускавшихся прямо к воде. Словом, личных впечатлений было хоть отбавляй, да и читаные-перечитаные книги знаменитых авторов приключенческих романов настойчиво бросали ему вызов.

К тридцати годам он расстался с врачебной практикой — зачем она преуспевающему писателю? Но спустя десять лет, в канун нового столетия вспыхнула англо-бурская война, и, следуя профессиональному долгу, Артур Дойл отправляется в Южную Африку, чтобы основать там полевой госпиталь. Обратно в Англию возвращается уже сэр Артур — за проявленную доблесть королева посвящает его в рыцари. Биографы не любят добавлять — и за ультрапатриотические «имперские» статьи, воспевающие подвиги британских джентльменов, в той войне обогативших человечество такими полезными изобретениями, как концентрационные лагеря и колючая проволока…

Далее (тут все биографы согласны) события жизни уступили место написанным книгам. Собственная жизнь Дойла — если не считать полупрофессионального занятия спортом да скандального увлечения на старости лет модным в ту пору спиритизмом — полностью растворилась в литературе. Непрекращающийся поток «шерлокианы», романы о войне Алой и Белой Розы, приключенческие книги — наконец-то он дорвался до любимого дела!

И научная фантастика, в которой на счету Артура Дойла тоже немало достижений.

Среди его ранних произведений — вышедшие в 1895 году оккультно-мистические романы «Паразит» и «Тайна Клумбера», в которых отразился интерес начинающего автора к сверхъестественному и мистическому: гипнозу, теософии, спиритизму. Ряд произведений Дойла вполне занял бы достойное место в предыстории science fiction, если бы, повторяю, не «подрывная работа» Шерлока Холмса. Так, герой романа «Открытие Раффлза Хоу» (1891) изобрел способ дешевого изготовления золота, но, разочаровавшись в филантропии, уничтожил свое детище и себя самого. В рассказе «Фиаско в Лос-Амигосе» (1892) описана парадоксальная судьба еще одного изобретения — экспериментальный электрический стул вместо того, чтобы убить приговоренного, «подзаряжает» его энергией. А в рассказах «Страхи расщелины Голубого Джона» (1892) и «Ужас высот» (1913) представлены неизвестные науке формы жизни. Наконец, в полузабытом рассказе «Опасность!», опубликованном в июне 1914 года (обратите внимание на дату!), английский писатель предсказал атаку германских подводных лодок, нанесших существенный урон флоту «владычицы морей». Проигнорировавшим это предупреждение чиновникам Адмиралтейства через месяц представилась возможность убедиться в собственной слепоте.

Но, конечно, все эти произведения меркнут на фоне романа, принесшего славу Дойлу в научно-фантастической литературе. Романа, главным героем которого стал тот самый профессор Челленджер.

«Затерянный мир» — несомненно, лучшее из фантастических произведений Артура Дойла, в чем могли убедиться подписчики журнала «The Strand Magazine», открывшие апрельский номер за 1912 год. Название следовало за именем автора («сэр Артур Конан Дойл» — в те годы звучало для читателя призывной трубой!), а подзаголовок представлял героев: «Отчет о самых последних удивительных приключениях профессора Джорджа Э.Челленджера, лорда Джона Рокстона, профессора Саммерли и г-на Э.Д.Меллоуна из «Дейли газет». Еще ниже было помещено четверостишие, сочиненное самим Дойлом (к этим строчкам я еще вернусь), и на первой же полосе — иллюстрация. Отважные путешественники яростно отбиваются от каких-то доисторических крылатых ящеров…

Короче, редактор мог потирать руки: читатель взят в плен сразу же и безвозвратно. И не оторвется от журнала, пока не дочитает роман до конца!

Хотя и не «про Шерлока Холмса», а все же роман имел огромный успех. Спустя считаные месяцы «Затерянный мир» вышел отдельной книгой одновременно в лондонском и нью-йоркском издательствах. И уже в июльском номере за тот же год первые главы романа вышли в русском переводе в «Вестнике иностранной литературы».

Чем же захватил читателя Артур Дойл на этот раз?

Среди многих разновидностей научной фантастики критики уверенно называют и такую: фантастика географическая. Другими словами, фантастические путешествия в неисследованные области земного шара. Много ли таких белых пятен осталось на картах?

Оказывается, даже в наши дни — предостаточно, один только Мировой океан послужит писателям-фантастам, надо думать, не одно десятилетие. Во времена «автора Шерлока Холмса» наша родная планета еще во многом оставалась шкатулкой сюрпризов.

Вспомним, что научная фантастика зародилась в древнейшие времена из жанра «чудесного путешествия». Позже цель устремлений была предусмотрительно перенесена в космос, и только в позапрошлом столетии наступает возрождение географической фантастики. Экспедиции к Северному полюсу, в джунгли Амазонки, в подземное царство… Но по существу — ничего нового, о том же писали многие авторы обычной приключенческой литературы.