Подарок на память - Линда Барлоу

Я не очень много поимела с этого, поскольку Джон потерял интерес ко мне, и для него уже маячил тот день, в Далласе. Но мои представления и амбиции поднялись на новый уровень. У меня появился вкус к тем возможностям, которые открываются перед тобой, если ты действительно переспала с королем. И мне захотелось большего.

То, что я была любовницей президента, пусть даже и недолго, увеличило мои шансы в отношении других мужчин. Боже, они просто голову теряли от этого. А у Джона был довольно добрый характер, и он помог мне, представив нескольким красавчикам. Так я встретилась со своим мужем. Разумеется, Арманд был знаком с семейством Кеннеди — вспомни, как заигрывала Джекки со всяким, в чьих жилах текла французская кровь.

Арманд, казалось, отвечал всем моим требованиям. Он был красив, изыскан и умен. Он был внимателен и добр. Он был бесподобно романтичен. С ним я чувствовала себя принцессой, родившейся в прекрасном замке в долине Луары. Разумеется, я влюбилась в него.

Разумеется, я верила ему.

Разумеется, я была готова делать все, о чем он меня попросит.

Прошло немало времени, прежде чем я увидела его подлинное лицо.

В жизни, Эйприл, Арманд — самый властный мужчина из всех, кого я знала. Он мастер выявления человеческих слабостей и использования их в своих целях. Он всегда точно знает, какую кнопку нажать.

Я никогда не ожидала, что мною как женщиной когда-нибудь будет командовать и управлять мужчина. В конце концов, после побега из дома, от своего отца, я дала обет, что ни один мужчина не будет обладать такого рода властью надо мной.

К тому же на собственном опыте я поняла, что нами управляют глубокие убеждения собственной самооценки, личные представления о своих возможностях и способностях. И очевидно, в какой-то части моего сознания сидела убежденность в том, что, если тебе удалось заарканить «короля» и переспать с ним, ты должна постараться доставлять ему счастье по крайней мере до тех пор, пока не почувствуешь, что он слаб и никчемен, и ты увидишь, что пора сматываться и искать нового. Именно то, что делала моя мать».

Эйприл опять прервала чтение. Одна фраза особенно четко отпечаталась в ее мозгу: «Он мастер выявления человеческих слабостей и использования их в своих целях».

Они с Блэкторном посмотрели друг на друга.

— Арманд, — сказал Роб.

— Это он позвонил и вырвал меня из твоих объятий. Он сказал, что нашел дискету с памятной запиской Рины, в которой она собирается уволить тебя, потому что не чувствует себя в безопасности рядом с тобой. Он хотел, чтобы я бежала от тебя к нему домой. Боже мой, ты думаешь?..

Роб мрачно кивнул.

— Слава Богу, ты не пошла к нему.

— Ты действительно думаешь, что за всем этим стоит Арманд?

— Все сходится. Твоя мать жила в собственной квартире. У нее был свой бизнес. В своих лекциях она делала упор на личное самоопределение и независимость. Она, очевидно, пыталась освободиться от его власти.

— А он не хотел отпускать ее?

— Держу пари, что-то в этом роде.

Они продолжили чтение, и Эйприл узнала, что брак ее матери не был таким идиллическим, каким представлялся в понятии Эйприл. Арманд был очарователен лишь первые несколько месяцев, но постепенно он изменился. Вернее, не столько изменился, сколько показал свое истинное лицо.

«Он постоянно обещал мне, что мы пошлем за тобой и ты будешь жить с нами. Я ему верила. Пансион, в который тебя устроили, был одним из лучших в стране, и Арманд никогда не считался с расходами, которые я себе никак не могла бы позволить.

Но всякий раз, когда я пыталась уговорить его забрать тебя из пансиона и привезти в нашу семью, он находил какие-то отговорки. И в конце концов я поняла, что на самом деле он хочет лишь одного — чтобы я полностью посвятила себя его детям и стала им матерью. Он очень гордился своими детьми, хотя никогда и не умел ладить с ними. Его дети были знатного происхождения, и я постепенно начала понимать, что Арманд не хочет пятнать их и семью тем, что поставит на одну доску с ними незаконнорожденную дочь простой официантки.

Мой муж — сложный человек. Его конгениальность и великодушие вещи реальные. У него много друзей, потому что он умеет обращаться с людьми, знает, как заслужить их симпатию и уважение. Но цель его — власть. Господство. Он действует со знанием дела, как великодушный диктатор, но великодушие улетучивается, как только его господство ставится под сомнение. Именно поэтому так часто рвались его самые близкие связи: глубоко внутри Арманд человек слабый, жестоко страдающий от того, что власть его не безгранична.

Если говорить о том, как это повлияло на наши с ним отношения, то это просто: я не из тех женщин, кто может долгое время кому-либо подчиняться, и мое сопротивление образу жизни, который Арманд пытался мне навязать, очень скоро привело нас к жесточайшей конфронтации.

Фактически наш брак продолжался около двадцати лет. И ты, конечно, спросишь, почему мы оставались мужем и женой все эти годы?

Потому что я заключила сделку с Сатаной.

На карту была поставлена не моя, а твоя душа, доченька.

Эйприл, это самая трудная часть моего рассказа, так как в течение многих лет я не могла смириться с мыслью, что все это правда.

То что ты сегодня жива — настоящее чудо.

Мой муж — человек, которого я любила и которому верила, задумал и пытался осуществить план твоего убийства. Но план его провалился, потому что тебе самой удалось справиться с убийцей и отправить его на тот свет. За что они и пытались посадить тебя в тюрьму».

— О Боже, — простонала Эйприл.

Роб крепче обнял ее.

«Теперь я знаю — тот человек, мексиканец-нелегал, пытавшийся задушить тебя, шестнадцатилетнюю девочку, был нанят моим мужем. Арманд хотел, чтобы ничто не мешало мне сосредоточиться на его семье, и в особенности на его сыне. Он хотел во что бы то ни стало освободить меня от всех обязательств, не связанных с его семьей.

После того как план Арманда провалился, я каким-то образом о нем узнала. Я прижала Арманда к стенке, и, к великому моему удивлению, он рассказал правду. Я пригрозила, что обращусь к властям. Он заявил, что у меня нет доказательств и что никто мне не поверит. Я собрала вещи и сказала, что ухожу от него. Он же ясно дал понять — если я брошу его, нам обеим не жить.

Вот тогда-то мы и заключили нашу подлую сделку. Я оставалась с ним и должна была продолжать изображать счастливую супругу. В обмен на это будет обеспечена твоя безопасность, но мне запрещалось вступать с тобою в какие бы то ни было контакты.

Эйприл, возможно, ты, читая эти строки, усомнишься в их правдивости. Ты удивишься, что такая сильная, независимая и самоуверенная женщина, какой я тебе, должно быть, представляюсь, может быть настолько во власти своего мужа. Почему я просто не пошла в полицию? Как я попалась в сети, из которых не могла выпутаться? Почему сейчас, добившись успеха в обретении собственных прав, я не открою всем, каким монстром является Арманд на самом деле?