Последний Танцор - M. Поповец

Двана явно раздражало, когда Роберт позволял себе вмешиваться в разговор, но японец упрямо гнул свое, не обращая внимания на недовольство бывшего новостного танцора:

— Другими словами, вы так прочно застряли, что вам не оставалось ничего другого, кроме как драться за выживание?

Странно, но Дван то ли не заметил, то ли не понял, от кого исходит вопрос, потому что ответил незамедлительно:

— Я не знаю ни одной религии, чьи боги не сражались бы между собой. Как часто бывает, в легендах и мифах сохранились крупицы правды, скрытые под нагромождением бессмысленных выдумок. Да, мы дрались. Дрались за выживание. — Зрачки его расширились, взгляд устремился куда-то в пространство. — Война длилась тысячелетия. Они возводили новые поселения, а мы сравнивали их с землей. Всех, кто использовал орудия труда, пусть даже самые примитивные, мы автоматически считали приверженцами Седона и безжалостно истребляли. Без сомнения, нас следует считать самыми массовыми убийцами за всю историю этой планеты. Мы преследовали Танцоров и их приверженцев в самых потаенных уголках Земли. Я мог бы по дням восстановить историю этой войны; рассказать о том, как один за другим погибали уцелевшие Защитники и Танцоры.

Война продолжалась долго, очень долго. Простолюдины размножались быстро, заселив сначала Северную Африку, а затем и юг Евразии. У нас больше не оставалось средств обнаружения, поэтому они постоянно опережали нас. Мы сжигали деревни, выкапывали их из-под земли, но каждый раз Танцоры непостижимым образом ускользали от нас. В одной из самых первых стычек мы ликвидировали десантный бот с оборудованием, вывезенным ими со складов взорванного звездолета. Они спрятали его в пещерах, глубоко под землей, — тактическая ошибка, которой никогда бы не допустил ни один Защитник. Когда мы наконец обнаружили укрытие, им не хватило времени, чтобы поднять и увести бот. В последующие годы мы отыскали и уничтожили большую часть их научно-технической базы.

Не обошлось без потерь и с нашей стороны. Одних убили Танцоры, другие пали жертвой несчастного случая, а поисковая группа из четверых Защитников вообще пропала без вести. Мы так и не узнали, что с ними случилось. Позже нам стало известно, что Танцор Ро погиб от импульса китжана при штурме корабля, а другой Танцор — Дола — также был поражен, но вовремя помещен в стазис-поле. Мы нашли его хронокапсулу тысячу лет спустя. Тщательно замаскированную и упрятанную глубоко под землю — в ожидании лучших времен, когда появится возможность оказать ему необходимую медицинскую помощь. — Взор Двана затуманился, голос приобрел мечтательный оттенок. — Мы вскрыли капсулу и все вместе смотрели, как он вопил и корчился, пока не испустил дух. Это был второй из восьми. Прошла еще тысяча лет, пока мы не прикончили третьего. Его звали Митрей. Он был один и решился выбраться из их потайного убежища только для того, чтобы проверить вневременной шар Долы. Мы, разумеется, привели его в прежнее положение, но где-то, видимо, облажались. Митрей что-то заподозрил и даже не заглянул в пещеру, а продолжал двигаться в том же направлении, пока не убедился, что за ним следят. А когда убедился, — вы не поверите! — он сам напал на нас. Мы потеряли двоих, прежде чем я собственноручно сломал ему хребет.

— И тогда вы нашли Танцоров?

Пронзительно-черные глаза безо всякого выражения на миг задержались на лице Дэнис.

— Да, госпожа. Это произошло тридцать семь тысяч лет назад. К тому времени минуло много столетий с тех пор, как мы в последний раз натыкались на дикие племена, владеющие даром речи. Танцоры где-то прятались, в этом мы были уверены, но изгнанников и их потомков мы выследили и истребили практически под корень. Оставшиеся в живых превратились в дикие племена кочевников и охотников, не знающих ни языка, ни орудий труда. Однако они все же обладали, сравнительно высоким уровнем интеллекта, что позволило им вытеснить и уничтожить более примитивных неандертальцев. Мы же продолжали охотиться за Танцорами, хотя надежда когда-либо напасть на их след таяла с каждым минувшим столетием. Мы знали, что они захватили несколько ключей для образования поля замедления, и полагали, что Танцоры спрятались в хронокапсулах в каком-нибудь укромном убежище в надежде переждать опасность.

— И что дальше?

— В один прекрасный день наш патруль обнаружил Индо. Он скрывался среди аборигенов, живя одной с ними жизнью.

Даже сотворил что-то со своей внешностью, чтобы ничем не отличаться от дикарей. Редкие седые волосы и обильные морщины, такие же как у их стариков. Ни один из патрульных его, разумеется, не распознал поначалу, иначе ему не уйти бы живым. Но Индо — хитрый лис, он сразу почуял неладное. Методика восстановления отложенной памяти довольно сложна и отнимает много времени. Учитывая, что отправленные в патруль Защитники видели Индо в последний раз двенадцать или тринадцать тысяч лет назад, нет ничего удивительного в том, что никто из них его сразу не заподозрил. Однако процесс отождествления, хоть и сильно замедлен, все же работает. Прошло немало дней, прежде чем однажды на привале Защитник Пасол сообразил, что видел в числе старейшин племени именно Индо.

— Что же вы сделали?

— Мы не совершили ни одной из предыдущих ошибок.

13

Два десантных бота находились в тщательно замаскированных ангарах в огромном гроте примерно в двухстах шагах от кромки прибоя. Оба давно уже не соответствовали своему названию — последний раз они поднимались в воздух более пяти тысяч лет назад. Сопла реактивных двигателей растрескались и излучали такой радиоактивный фон, что находиться рядом с ними в течение сколько-нибудь продолжительного времени сделалось небезопасно. Системы жизнеобеспечения постепенно пришли в негодность, и теперь даже речи не шло о том, чтобы вывести аппараты хотя бы на минимальную стационарную орбиту.

Иронией судьбы казался Двану и тот факт, что всего через несколько лет после того как десантные боты были поставлены на прикол, курьерский звездолет, на котором прибыл Антон, вошел в верхние слои атмосферы и сгорел, подобно крупному метеориту. Защитники знали, разумеется, что орбита корабля давно уже понижается, и ожидали этого события, однако, когда оно все-таки произошло, испытали ни с чем не сравнимое переживание: как будто последняя ниточка, связывавшая их с родным Миром, вдруг оказалась разорванной.

Да так оно на самом деле и было. Индивидуальные средства связи еще функционировали, но их радиус действия ограничивался десятком километров. А все радиопередатчики давно вышли из строя, так что, появись сейчас на орбите какой-нибудь звездолет, у них даже не нашлось бы средств связаться с ним и Дать о себе знать. Разве что забраться на самую высокую гору и орать хором во всю глотку — в надежде, что кто-то услышит.

Нет, кое-чем они, конечно, располагали. Сенсорные датчики, лазерные ружья, китжаны, атомные генераторы и довольно большое количество боеприпасов, включая гранаты с зарядом антиматерии. После выхода из строя десантных ботов Защитники сняли большую часть стационарных орудий — в основном те из них, которые могли функционировать без использования энергии ядерных реакторов на борту. Все остальное пришлось демонтировать и спрятать, в том числе протонные излучатели, которые в любом случае нельзя было использовать в атмосфере.

Оба бота стояли друг против друга в просторном подземном гроте. Дван с горечью припомнил, как сам сажал один из них в последний раз. Двигатели к тому времени выдавали не более сорока процентов расчетной тяги, да и добрая половина систем функционировала с перебоями. И он сам, и все его товарищи знали в глубине души, что этим машинам, служившим им верой и правдой в течение тысячелетий, никогда больше не суждено оторваться от земли. И что отныне им всем придется приспосабливаться к суровым условиям этого мира, не рассчитывая более на дары родной цивилизации.

В последующие столетия Двана иногда терзали ночные кошмары, завершающиеся его собственной смертью. Сначала он воспринимал их спокойно — подготовка Защитника включала серьезную психологическую обработку, — но со временем начал находить в них некое сладострастное наслаждение. По крайней мере, эти сны, несущие смерть, обещали облегчение и разрешение.

Данная некогда сгоряча клятва отомстить за смерть древней старухи Хранительницы давно подернулась густым слоем пепла, так же как охладели и забылись те истинные или воображаемые чувства, которые он испытывал в отношении Ее. Ему остались только Долг и дисциплина, которые надлежало исполнять и поддерживать, несмотря ни на что.

Сновидения, отличаясь в деталях, неизменно содержали один основной элемент: гигантскую, парящую в воздухе фигуру Се-дона. Облаченный в красную хламиду, Танцор приближался к нему, и Дван в ужасе замечал, что полы и рукава его одеяния не из обычной материи, а из еще сочащихся свежей кровью шкурок множества мелких грызунов. Его величественный облик нависал над Дваном, тяжелый взгляд упрекающе вонзался в него, а оскаленные в зловещей ухмылке острые зубы отливали алым.