Тринадцатые Звездные войны - Нивен Ларри

Высокий рассмеялся.

— Он хочет пить,— сказал он.

Встав на колени возле Уэбба, он приподнял ему голову и поднес фляжку к губам. Вода была тепловатая, но вкусная. Уэбб жадно пил ее до тех пор, пока человек не сказал:

— Полегче, полегче, трог! Так ты убьешь себя. Оставь это дело нам!

Тролли визгливо захихикали в знак одобрения.

— Это уж точно, солдатик, мы уж об этом позаботимся.

Тогда высокий негромко произнес:

— Мы, значит, позаботимся? Ах, вы крысы кладбищенские, пожиратели падали! А ну, валите отсюда, пока не напустил на вас этого трога!

Тролли в ужасе зачирикали что-то невразумительное и как по мановению ока с шорохом исчезли. Высокий снова рассмеялся.

— Вот сброд! Ну ничего, когда-нибудь в один прекрасный день мы очистим от них город.

Тяжело вздохнув, Уэбб, наконец, оторвался от фляжки.

— Спасибо,— сказал он.— А вы, что, солдат?

Человек пожал плечами.

— Можно сказать и так. Но вообще-то я — искоренитель. Я занимаюсь тем, что искореняю трогов, Трог!

— Я не трог,— запротестовал Уэбб,— я Даже не представляю, что такое трог!

Хотя человек молчал, по выражению его лица никак нельзя было сказать, что он думает по поводу заявления Уэбба.

Уэбб тяжело откинулся назад.

— Взгляните, пожалуйста, что у меня с ногой. Если она у меня, конечно, еще есть. Я не могу подняться.

— Не волнуйся. С твоими ногами все в порядке. Впрочем, это для тебя роли не играет. После того, как мы убьем тебя, они тебе больше не понадобятся.— Он поколебался мгновение.— А вообще-то,— сказал он дружелюбно,— у тебя дырка в бедре. Наверное, придется вызывать машину. Ты как, без меня сможешь продержаться пару минут?

Уэбб кивнул. Он с трудом соображал, все тело болело, в ушах стоял невыносимый шум. От боли напряжены были даже мышцы его живота. Вздохнуть было практически невозможно, и он решил, что кроме раны в бедре, у него еще сломано несколько ребер. Для пробы он решил поднять правую руку.

Правая отказывалась слушаться его. Тогда он оставил ее в покое и сосредоточился на левой. Выяснилось, что она в относительном порядке, и он положил ее на грудь. Как ни медленно и ни болезненно было это движение, человек в форме отскочил. Рука его молниеносным движением выхватила из-за широкого пояса пистолет с раструбом на конце ствола.

— Лежать! — приказал он. Дружелюбия в голосе больше не слышалось.

Хилдрет замер.

— Я не сделаю ничего тебе плохого, дружище. Ты собираешься вызвать «скорую»,— сказал он раздраженно.

Устраиваясь поудобнее, солдат сказал:

— Спокойно, трог, спокойно! «Скорая» уже в пути.

Мрачный Уэбб повернул голову в сторону. «Трог,— подумал он, гномы и тролли.» Перед его глазами и тут была трава и невысокие кривые деревца. А за деревьями, блестя под лучами утреннего солнца, высились шпили городских зданий и висело в воздухе волшебное кружево подвесных мостиков.

Когда же он видел все это? Прошлым вечером. Неужели с тех пор, как они с Мэг добрались до города, прошло всего несколько часов?

МЭГ! Уэбб совершенно забыл о ней, страдая от боли. Но теперь он вспомнил все. Имя ее сорвалось с его губ совершенно непроизвольно. Подумав немного, он решил, что спрашивать о ней у солдата, было бы по меньшей мере неосмотрительно. Ведь он и его товарищи убивали трогов. Если она все еще жива и на свободе, то лучшей помощью с его стороны станет только молчание.

«Трог»,— снова подумал он.

— Кстати, что такое трог?— спросил он, взглянув на солдата.

Тот усмехнулся, скривив тонкий рот.

— Все играешь, а, трог? Ну, что ж давай, давай. Но все равно, хоть ты и говоришь, что ты не трог, ты должен знать, кто они такие. Проще всего, пожалуй, будет так — либо ты — горожанин и живешь в городе, либо ты — трог и ютишься бог знает где — в какой-нибудь вонючей пещере или еще где-то. Ты — не горожанин. Следовательно, ты — трог. А с трогами у нас разговор короткий. Просто, а?

— Да, но не очень,— кисло проворчал Уэбб.— Так как насчет «скорой»?

— Потерпи, Трог,— ласково проговорил солдат.— Сейчас она будет здесь.

Уэбб пришел в себя и ощутил, что совершенно здоров. Он даже не хотел верить своим ощущениям. Он был почти в истерике. Его привезли сюда почти полумертвым, умирающим и поместили на белом столе, освещенном множеством ламп. На мгновение он потерял сознание — на мгновение, не более того — а когда пришел в себя...

Он был совершенно здоровым человеком. Случилось чудо! Никаких болей больше не было! Рука, которая, несомненно, была сломана, совершенно свободно сгибалась. Дыра, выжженная в его бедре теперь стала просто пятном новой розовой кожи. И — что самое удивительное •— какая-то неведомая сила побрила его и причесала!

Старая и непривлекательная женщина подошла, чтобы осмотреть его.

— Все в порядке,— сказала она.— Слезай и следуй за посыльным. Он знает, куда тебя доставить.

Посыльный оказался коренастым солдатом, беззаботно положившим руки на висевшее на груди оружие, пока они шли куда-то. Один раз по дороге Уэбб кашлянул и скорость, с которой оружие оказалось направленным на него, подсказала ему, что лучше не пытаться бежать.

Молча он проходил по бесконечным, постепенно понижающимся коридорам, то и дело проходя мимо ведущих куда-то боковых ответвлений. Наконец они вошли в ярко освещенную комнату. Помня о том, что они долго опускались, Уэбб тревожно посмотрел на потолок, но здесь совершенно не чувствовались квинтильоны тонн породы, нависающие над ними.

Несколько человек атлетического телосложения повернулись, чтобы взглянуть на вошедших, оторвавшись от разговоров. В этой комнате чувствовался какой-то военный дух и проводник Уэбба вскоре подтвердил эту догадку.

— Оборонный центр,— кратко пояснил он, и подвел Уэбба к одному из столов, за которым сидела девушка в военной форме.

— Трог,— лаконично произнес посыльный.

Девушка кивнула и сделала знак рукой.

— Входите! Капитан Оркатт уже ждет.

Они прошли в следующую комнату, представляющую собой какой-то гибрид офиса и лаборатории. Невысокий человек в лабораторном халате, причесанный как выпускник Гельдербергского университета, уже поджидал их, сложив руки за спиной. Здесь же находился тот человек, которого позвали к Уэббу тролли.

Некоторое время все молчали. Потом высокий спросил:

— Ну, как, Оркатт?

Тот кивнул.

— Все в порядке, это действительно трог. Посадите его в кресло, Симоно.

Симоно небрежно повел рукой.

— Садись,— сказал он и подвел Уэбба к указанному креслу. Сиденье оказалось мягким, как облако, на которых восседают ангелы. К сидящему Уэббу приблизился высокий и направил ему в глаза узенький пучок света из какого-то прибора.

Уэбб сначала зажмурился от неожиданности, а затем широко раскрыл глаза.

«Черт с ними»,— подумал он.

Ему измерили пульс и дыхание, затем к его вискам, ладоням и под языком прикрепили металлические датчики, размером с десятицентовую монету.

Затем Симоно отступил назад и с тревогой в голосе спросил:

— Тебе удобно?

Уэбб кивнул и заметил:

— Что-то непохоже, что тебя это очень беспокоит.

— Агрессивная реакция, Симоно. Обратите внимание. Я бы даже сказал — нормальная,— вполголоса произнес Оркатт.

— Если вообще на свете бывают нормальные троги,— согласился Симоно.

— А теперь, трог, откинься назад. Не бойся, скорее всего это тебе не повредит.

Он подкатил к креслу стойку с укрепленными на ней двумя рядами рефлекторов на шарнирах. Нажав кнопку, он заставил рефлекторы двигаться, причем оба их ряда вращались в противоположных направлениях. Миллиарды световых бликов запрыгали перед глазами Уэбба.

Они вращались все быстрее и быстрее. Уэбб никак не мог оторвать взгляда от их сверкания. Сознания он не потерял ни на миг, но был как будто загипнотизирован или одурманен. Он не мог даже пошевелиться. Он видел, как человек в мундире и человек в зеленом халате двигались по комнате взад и вперед, то попадая, то вновь выходя из его поля зрения.