Колдун. Путешествие на восток - Кирилл Клеванский

— Приветствую вас, прекрасная тори, — глубоко поклонился Хасим. — Прошу прощения за Азалию. Она воплощает в себе все пороки шарханов, в том числе и непочтением к светлорожденным. Правда и достоинства она воплощает тоже.

— Я не держу зла, — покачала головой Мия. — У меня большой опыт общения с шарханом и Азалия не худший пример.

Ну а мне как всегда отводилась роль декорации, в крайнем случае — тяглового мула. А алиатцы же, улыбнувшись мне, пошли вперед, обсуждая предстоящий поход. Как выяснилось, мы будем двигаться строго на восток, в основном перед рассветом, немного после, а так же ближе к вечеру и часть ночи. Потому как в иное время суток, либо так жарко что можно упасть от обезвоживания, либо так холодно, что можно спокойно превратиться в ледышку. Ох уж эти пустыни, настоящие испытание для любого человека.

Петляя между невысокими жилыми домиками, мы все ближе подбирались к выходу из города. Наконец впереди замочила невысокая стена, без башен, без парапета или навеса, просто каменное строение с массивными воротами, обитыми железными полосками. У входа стояло четверо стражников, в легких кожаных доспехах, которые и от скользящего не всегда уберегут. Впрочем, иное обмундирование, носят лишь местные "легионеры", иначе говоря — армия Сулатната. Да и то, одевают лишь в случае серьезных войн. Вот и получается — имперцам в Алиате не повоевать, а алиатцам — в Империи. Так и стоят две страны, мозоля друг другу глаза. За выход из города с нас взяли по четверти дитира, в итоге получилась ровно одна серебрушка.

За воротами же простиралось обычное пустынное приграничье. Редкие кустарники, налетевший песок, словно ковер укрывший землю, какие-то хитиновые твари, ползающие туда-сюда, и жужжание насекомых. А в редких местах, где нет песка и стремной растительности, под ногами виден камень, белый или серый, но чистый и без влаги, будто отполированный. Наконец, попетляв среди паутины протоптанных дорожек, мы поднялись на холм (скорее земляной вал) с которого открывался потрясающий и, одновременно с этим — ужасающий вид.

Помните, когда-то давно, я называл нашу небольшую торговую группу, из четырех повозок — караваном? Так вот, то была компания единомышленников с парочкой лошадок, потому как то что сейчас находилось под холмом и было настоящим караваном. Среди белых шатров, в окружении лошадей, верблюдов и непонятных мохнатых существ, находилось огромное количество людей. На вскидку, среди гомонящей толпы, в которой то и дело раздавались крики, смех, даже звон стали, находилось примерно сто пятьдесят человек. На удивление, повозок здесь не было, но как я тут же догадался — весь хабар тащили на верблюдах.

Мы стали спускаться ниже, а ощущение было такое, будто ты идешь к морю, медленно погружаясь в холодные воды. Воздух вокруг менялся, становясь более спертым, но не таким сухим и душным. Все чаще до слуха доносились всевозможные лагерные звуки, от стука дерева, до скрипения холщовин и биения плащаниц о ветер. Иногда раздавалось ржание, порой фырканье верблюдов и брань какого-нибудь нерадивого, на которого попал плевок корабля пустынь. Мы шли сквозь лагерь и частенько я ловил на себе и на Мии, заинтересованные и любопытствующие взгляды будущих попутчиков. Они будто приценивались, делали выводы, и вновь погружались в круговерть собственных забот. Один раз, проходя между двух белоснежных, будто открахмаленных шатров, я решил что солнце действительно слишком сильно припекло. Там, рядом с маленькой девочкой, стояла лиса. Наверно ничего необычного в этом нет, разве что лиса была размером с добротного коня, с седлом на спине, мощными лапами, вытянутой мордой и двумя хвостами. Но наваждение прошло, а мы уже спешили дальше, не было возможности дабы обернуться. Так что я решил, что действительно нужно почаще споласкивать лицо хоть чем-нибудь.

— О, а мы вас как раз и ждали! — воскликнул Михейм, от души хлопнув племяша по спине, от чего я услышал треск надсадно скрипящих ребер. — На выходе из города проблем не было? А то в последнее время стражи уж больно охамели.

— Да не, дядька Михейм, — скривился Хасим, потирая спину. — Она как Азалию увидели, так чуть в штаны не наложили.

В этот раз караванщик бил уже не в шутку, и по затылку паренька, я было подумал что голова малого отправиться в свободный полет. Но нет — шея крепко держала.

— Ты бы при светлорожденной тори не выражался, — прошипел местный глава. — Ладно, Азалия, ты мне скажи, это действительно шархан или так — фокусник.

Ах да, забыл сказать — они же как всегда на алиатском "шпрехают", и я опять играю роль декоративного дерева.

— Что-то умеет, — пожала плечами девушка. — В защите, видимо, не очень, а в нападении я его не видела.

— Но все же шархан?

— Несомненно.

— Радует, — кивнул караванщик, почесывая свою бороду. — Два шархана в караване — лучше чем один.

Такой поворот мне не понравился, запрягаться в общую тяглу я не хотел и поэтому обратился к необычно спокойной Мии.

— О чем они? — прошептал я.

— Обсуждают преимущества твоего шарханства, — пожала плечами девушка и потом странновато-хищно, хмыкнула. — Думают, что ты им помогать будешь.

— Тогда передай им, что свои думы они могут запихнуть себе в… самое темное и трудно доступное место.

Лиамия глупо хихикнула, что явно не соответствовало её аристократичному статусу. Миниатюрная волшебница, стоявшая рядом, все это время с прищуром поглядывала на нас, пытаясь уловить хоть что-нибудь из перешептывания.

— Благородный Михейм, — твердо произнесла Гуфар. — Мой телохранитель — это мой телохранитель. Он не станет тратить свою магию на весь караван.

На мгновение в глазах караванщика промелькнула досада, смешанная со злостью, но он только кивнул головой.

— Разумно, — произнес он. — Впрочем — как вы пожелаете. Ну а сейчас, попрошу за мной, мы уже подготовили ваш транспорт.

С этими словами мы обогнули громадный шатер, который служил пристанищем караванщика, и оказались в небольшом загоне. И тогда я понял что мне не показалось. Здесь стояли три громадные лисы, одна рыжая, будто покрытая ржавчиной, а другая или другой, не разберешь, оранжево-белая. А последний был черный как смоль лис — тут уж я не сомневался, слишком он неудачно повернулся к посетителям. Оба зверя обладали мощными лапами и двумя хвостами, каждый из которых жил своей, отдельной жизнью. Зрелище было потрясающим, хотя бы еще и потому, что ни в одном библиотечном бестиарии, коих я прочел бесчисленное множество, я так и не встретил описания и изображения данных существ.

— Что это такое, демоны бездны меня задери? — прохрипел я, приходя в себя от шока.